— Опять сестрицу потеряла, эрлита Блэк?

Льериель. Фрида сжала кулаки. Заносчивая принцесска из-за гор. Ее брат-король мог все их семейство отправить в полную опалу, а отправил… в Империю. Ей в печенки.

Обернулась. Медленно. Льериель стояла под ручку с кавалером. Судя по выправке и минимуму финтифлюшек — буканбуржцу. А тут на праздник Благодарения в Стольный кого только не понаехало.

— Ого! — удивился спутник Льериель, заметив ее руку. — Так ты с Гудру?

Фрида досадливо одернула рукав, но заслонял татуировку он только до локтя. Просила ведь главную фрейлину — выдавайте мне платья с рукавами, гудруитянские узоры привлекают ненужное внимание. И фрейлина Тия бы и рада, да вот императрица приказала не прятать. Толерантность, чтоб ее. Если бы народ таким и был. А ведь лезут.

— Позволь представить тебе, Годфри, — пропела зануда Льериель, — Фрида Блэк, дочка матроса и шаманки с острова Гудру. Двор называет ее эрлитой авансом, все же — она присматривает за моей сестренкой.

«Сестренкой»! Надо было видеть, каким восторгом полыхнули глаза Годфри от показной нежности в ее голосе, если вообще было возможно еще больше восторгаться. Бедняга пират был счастлив вообще гулять под ручку с принцессой, и ни разу ему это не светило прежде, а тут еще такая милая девушка.

Эта милая девушка раз выдрала клок волос своей сестренке, когда обе взбесились из-за чего-то своего дикого мираханского и полезли в драку не хуже островитян. Иери объяснять гувернантке причину не захотела и мариновалась в углу кушетки два дня. Лион тогда уломал Фриду слазить в пустующие временно покои тайной канцелярии и тем принцессу и вернули к прежней жизнерадостности. Императрица вроде про шалость не прознала, а они обнаружили обезвреженные ловушки прежнего дознавателя и тайный ход — весело ведь!.. Теперь детки уговаривают ее исследовать, куда он ведет.

Фрида вскинула голову, одергивая желание броситься в драку. Ей уже шестнадцать, она дама двора и подает пример принцессе, что, возможно, из-под скатерти наблюдает сейчас.

— Ваше высочество, — изобразила она небрежный книксен, — господин Годфри… Как вам понравилась опера вчера?

Задавака Льериель тут же спала с лица. Фрида торжествующе подняла один лишь уголок губ.

— Я был впервые, — не понял ничего простофиля Годфри, — не думал, что песнями можно истории рассказывать. Но драконов в Зеркальном море я непременно посмотрю. Вы их видели, ваше высочество?

— Каждый вечер они приплывали под окна моей спальни, — буркнула Льериель, отворачиваясь.

Фрида знала — ее отец был тираном и погиб в ту ночь Алых Рубах случайно, но все же — он был ее отцом. У нее тоже была… есть мать. Которая поила ее желтым туманом, чтоб внушить свое… Фрида мотнула головой — она не любила вспоминать, хоть и знала, что просто трусливо сбежала, и однажды придется встретить боль лицом к лицу, просто… не сейчас.

— Мне жаль, Льериель, — тем не менее, в искреннем порыве коснулась она руки принцессы, позабыв про место и время и титулы. — Прости меня.

Глаза принцессы вспыхнули, когда она взметнула взгляд на гувернантку сестры. Что за фамильярность, что за сочувствие, что за… все считали ее неправой в этой скорби, а он был… отцом, что ее любил. Правда. Она ведь чувствовала… Губы ее дрогнули, а рука отпустила локоть Годфри.

Буканбуржец вдруг вытянулся по струнке:

— Командор Блэквинг!

Дознаватель… По полуобнаженной спине пробежались мурашки, хотя Фрида и знала, что Бартоломью Блэквинг куда мягче своего предшественника Фаррела Вайда, да и вообще он последние четыре месяца выполняет службу в районе добычи ларипетры в горах.

А все же — вдруг прознал про их вылазку в тайную канцелярию?..

Иери. А если они решили под шумок бала пройтись по тайному ходу?! Это ведь идеальный момент, никто туда и не заглянет…

— Ваше высочества, Фрида…

Голосок Коры Мельверн. Девушки из лесов Мирахана, фрейлины, горячо влюбленной в дознавателя, который честно не знает, что с ней делать. Однажды он обнаружит, что они женаты, и, может, тогда дойдет.

Фрида едва не хихикнула, оборачиваясь и снова делая книксен. Кора ей поможет. Коре она нравится. И Кора с первого дня встает на ее сторону, когда фрейлины или принцесса пытаются унижать Фриду.

А еще у Коры Мельварн волосы такого похожего на ее медный цвета. Ей плевать, что двор смеется над ее происхождением, потому как ей благоволит сама императрица. И она позволяет себе даже обращаться к Исмее Басс на «ты».

— Эрлита Мельварн, — поприветствовала ее Фрида.

Дознавателю, если что, она тоже Фриду в обиду не даст… Дознаватель взирал на них всех безмятежно и с доброй улыбкой. А на Кору — с обожаемым неверием.

Почему-то платья и прически заставляют мужчин смотреть так. Что Бимсу, что Годфри, что сам Бартоломью Блэквинг. Даже король Раг-Астельмар так смотрит на императрицу.

Хотя она всегда элегантна и неповторимо прекрасна. Король Мирахана приехал с помпой на день Благодарения, чтобы к ней посвататься официально. Прямо на площади Увядших Роз после ее речи.

Руки чешутся написать заметку в завтрашнюю газету, и это все же важнее рецепта мазилки, а тут бал и еще побег принцессы. Снова придется сидеть до рассвета и пить цитрусовое, и оправдываться за круги под глазами, как говорит дядя ШурИк — «седьмой и восьмой по Данте». Он так и остался дядей, пусть и работодатель. Слишком у нее много работ…, но ведь все так интересно!

В том числе — куда ведет потайной ход из башни канцелярии. И точно ли Иери с Лионом не прячутся под тем последним столом.

Точно нет. Она на из месте уже давно бы или лезла в дыру в книжном шкафу башни Вайда, или активировала его обезвреженные ловушки.

— Ваше превосходительство… — все не мог прийти в себя от счастья ухажер Льериель, — говорить с вами — это настоящая честь для меня!

— Годфри, — рассмеялся командор Блэквинг, — я пока лишь дознаватель, не «превосходительство».

— Но о вашей доблести и службе Империи ходит столько легенд! — возразил Годфри.

— Сегодня императрица награждает командора медалью за доблесть, — довольно сообщила Кора.

И взглядом словно спросила Фриду: «ты в порядке? не обижают?». И Фрида рассеянно улыбнулась в ответ. Детям было просто, но как улизнуть в башню ей?..

Сбоку вмешался тихий голос:

— Ваша история достойна сюжета следующей премьеры, командор.

Принц Флик, брат Льериель. Он умел улыбаться открыто, хотя и был жутко бледен. Упрашивал не