– Ярл… Ярл… Блин, Мирослав, проснись, пожалуйста… Где мы, брат?.. Это мы всё это натворили? Это мы разнесли гостиницу? – с полными ужаса глазами меня разбудил Дуб

Продрав глаза, вообще сначала не понял, что происходит. И только когда поднялся и окончательно прогнал остатки сна, вспомнил, что мы направились в, пожалуй, худшую из всех возможных гостиниц. Здесь руководство только и ждёт какой-нибудь поломки, чтобы потом, потирая ручки, попросить постояльцев починить всё за свой счёт.

Дежурившая в эту ночь, как и все прочие, страж гостиницы и по совместительству экс-ликвидатор, которая отъела и отсидела за десятилетия свою фигуру до формы груши, нашему прибытию не очень-то и обрадовалась. Да и меня она не сразу вспомнила. Из лощёного аристократа в спортивках я превратился в кого-то, кого она охарактеризовала как «бычара лупоглазый в замаранных портках». Ну, влез рукавом в салат, пока своих из-за стола вытаскивал и тащил к чёрному ходу, где грузовик стоял… Теперь меня что, грязнулей называть?! Сама бы хоть пыль протёрла в своих владениях! Впрочем, не послала нас – уже хорошо. Естественно, я ничего не сказал. Не хотелось как-то с давней подругой Михаила ссориться.

Пока все просыпались и приходили в себя, пытаясь понять, где они и как здесь оказались, я, разбуженный первым жаворонком с позывным «Дуб», отправился в магазин. Набрёл на какой-то ларёк. Ого! Так рано работает…

– Доброго утра!

– Ты где доброе утро увидел-то?! Наркоман, что ли?

Нет, ну что за райончик! Для аристократа – просто что-то с чем-то. Все контрасты, все возможные реакции простого народа на себе ощутить можно. Главное – кольцом и костюмами не светить. И вот я стою в одной рубашке с глупой улыбкой на лице. Ещё и колец из-за стекла ларёчного продавцу не видно. В общем, до надменного и чванливого аристократа явно не дотягиваю. Оно и понятно: многие дворяне в этот район по своей воле вряд ли пойдут, не говоря уж о покупках в ларьках вроде этого. Красили его лет десять назад… Краска лупится, ржавчина создаёт непередаваемую «атмосфэ-эру».

– А тебе не пофиг, кто я? – усмехнулся я, протягивая пятидесятирублёвую купюру.

Исчезла она из моих рук быстрее, чем гадалки на базарах исчезают при появлении стражей правопорядка. В нашей стране зарабатывать этим талантом можно лишь паре десятков человек… Или сколько там псиоников? Да и те, ясно дело, на этом не специализируются. Но предсказания внесены в какой-то там перечень способностей.

– Э, ау-у! Чё завис? Шо покупаешь? Или ты так, денег мне решил подарить?

– Водички бы мне… Минеральной.

– Сколько? Сдачи нет, сразу говорю.

– Да-а-а…

Я окинул взглядом всё доступное мне пространство ларька и приставленного к нему тарахтящего холодильника в фирменной (правда, выцветшей) раскраске знаменитого бренда «Байкола».

– Всё, что есть.

– Хм… Сейчас посчитаем… – ответил продавец и уселся на скрипучий стул за старый, склеенный синей изолентой калькулятор.

– Если прямо всю минеральную воду забрать – это двадцать восемь рублей семнадцать копеек будет. Если и простую взять, то ещё около десяти. У меня сдачи мелочью на пять рублей будет только. Что ещё брать будешь?

Как быстро у него появилась сдача…

– От бодуна что помогает? – уточнил я, ведь о подобных проблемах знать не знал.

– Пиво, – тут же ответил продавец. – Но есть риски у этого метода…

– Ну, ящик пива ещё давай тогда. Только нормального какого-нибудь. Не уличной шпане нести всё-таки.

– Ага, аристократам, скажи ещё… – фыркнул он и по новой взялся за калькулятор. – «Жигулёвское» посчитаю. Оно свежее и по качеству нормальное… Подороже выходит.

– Добро.

– Сорок четыре рубля семь копеек. Тц… Может, ещё чего доберёшь?

– Да мне бы это унести… О! Помоги-ка до гостиницы дотащить, а там сдачу себе оставишь, – предложил я. – Всё равно тут глухомань. Никого из потенциальных клиентов не видать.

– Ну так ясен пень: до конца смены двадцать минут осталось. Ещё десять на переодеться, и уж затем… Стоп, – удивлённо уставился на меня продавец. – Какой ещё гостиницы?

Я удивлённо уставился на него в ответ, ведь выцветшая вывеска виднелась прямо за моей спиной.

– Чё, серьёзно?! Поднести туда водичку – пять с лишним рублей? И там кто-то остановился?

– Согласен или нет? – отмахнулся от его вопросов.

Нечего совать свой нос туда, куда не просят. Само собой, он согласился. Даже телегу из-за ларька вытащил, на которую мы и поставили практически все мои покупки. И вот так, поскрипывая, двинули через дорогу, вдоль которой тянулись пустые постаменты, оставшиеся от некогда стоявших на них лавочек; через парковку и мимо всё ещё похрапывающей Ольги Павловны. Она даже тональность и длину храпа сменила, подстраиваясь под скрип тележки. Удивительных талантов женщина…

– Всё, спасибо. Дальше я сам, – отправил обратно продавца, не заставляя его тягать по лестнице бутылки.

Не хотелось показывать ему, насколько непростые люди там на самом деле прямо сейчас «умирают».

Взял по упаковке минералки в каждую руку и отправился наверх, в сторону шума от просыпающихся соколят.

– Щавель… Добей меня.

– Карбат… Это ты, гад, абсент вчера открыл…

– Сокол, я сегодня возьму выходной…

– Мужики! В моём толчке Хрустальный, судя по звукам, решил утопиться, так что я вашим воспользуюсь.

Кто о чём… Впрочем, они хотя бы разбавляют стоны большинства.

– Эй, страдальцы! – объявил я и поставил на пол водичку. – Принимай скорую помощь!

И я явно не зря решил о них позаботиться.

– Ярлушка… – раздался рядом голос Потешкина. – Спаситель! Из крана ржавая хлещет…

– Кто поживее прочих, айда за мной! Там ещё несколько упаковок минералки, простой воды и пива.

– П-п-п-пфива? – почти моментально отреагировал Потешкин.

Отреагировал он знатно: превратился в пульверизатор и обдал меня минералкой с головы до ног.

– Да… Пива… – ответил я, вытирая лицо и зло косясь на соратника, который как ни в чём не бывало уже умоляющим взглядом искал глазами босса.

– Сокол, ну пожалуйста… Ты же знаешь, только ради здоровья! Я же не маг яда, как Ярл. Мне лечиться надо!

– Да, тебе точно лечиться надо, – хмыкнул лидер группы, протягивая мне полотенце, затем посмотрел на команду и строгим голосом произнёс: – В воскресенье нас пригласили. Сегодня – четверг. Чтобы не ударить в грязь лицом, мы приедем и будем готовиться к встрече уже в субботу. То есть у нас всего два дня на наш плановый выход в Сибирь. Мы ведь хотели прогуляться по местам, где вояки недавно всё исколесили… В поисках трофеев, так сказать, побегать. Если сегодня будем пить пиво, то про Сибирь можно забыть.

Прямо сейчас должен был состояться совет, но Соколу никто, кроме меня, нормально ответить не мог. Мозги