Я хочу спросить, что он имеет в виду, но понимаю, что сейчас он вряд ли даст мне ответ. Я доедаю завтрак, когда раздаётся звонок в дверь, и у меня сердце уходит в пятки. Илья открывает, и я слышу голос Энни, такой родной и знакомый, по которому так скучала.

— Илья? Что ты... Мара?

Я оборачиваюсь и вижу, что она стоит в дверях, её глаза широко раскрыты от удивления, пока она осматривает пентхаус и меня, явно понимая, что я здесь живу. Она заметно беременна и выглядит растерянной и шокированной.

— Привет, Энни, — говорю я более спокойным голосом, чем чувствую на самом деле. — Проходи. Нам нужно поговорить.

Илья многозначительно смотрит на меня и уходит, и вот мы с Энни остаёмся наедине, и впереди шесть месяцев секретов.

— Ты живёшь с Ильёй Соколовым, — говорит Энни, и это не вопрос. — Мара, что, чёрт возьми, происходит? Ты несколько месяцев избегала меня, придумывала отговорки, а теперь я узнаю, что ты... что? Встречаешься с ним? Живёшь с ним?

— Это сложно, — начинаю я, но она меня перебивает.

— Сложно? Мара, ты знаешь, кто он такой? Чем он занимается?

— Да, — тихо отвечаю я. — Я точно знаю, кто он такой. И чем он занимается. Я теперь тоже в этом участвую, Энни. Уже несколько месяцев.

Она смотрит на меня так, будто видит впервые.

— Расскажи мне, — наконец говорит она. — Всё… я имею в виду всё.

И я рассказываю. Я рассказываю ей всё… о том, как впервые увидела Илью, о том, что это был тот самый мужчина из Бостона — Александр Волков, и о том, как он последовал за мной в Нью-Йорк. Я рассказываю ей о том, как он следил за мной, о Сергее, о времени, проведённом в его пентхаусе, и о том, как в конце концов мы нашли жизнь, которая подходит нам обоим. Я знаю, что он любит меня, даже если поначалу всё делал неправильно, и я люблю его. Я показываю ей кольцо и сижу, ожидая, что она скажет, что всё это неправильно.

Когда я заканчиваю, она долго молчит. А потом её губы дрожат, на лице появляется странное выражение — одновременно весёлое и виноватое.

— Если бы я знала, Мара, что ты свяжешься с боссом «Братвы» и что в итоге у тебя всё будет хорошо, я бы много лет назад рассказала тебе правду о своей семье.

Я смотрю на неё, ничего не понимая.

— О чём ты говоришь?

Энни морщится.

— Мой брат Ронан? Он главарь ирландской мафии в Бостоне, Мара. Я веду их финансы. Я работала с их документами с тех пор, как окончила колледж, чтобы у моей семьи не было проблем с законом. Мой отец был главой семьи до него. Я из семьи ирландских мафиози, и я никогда тебе об этом не говорила, потому что хотела уберечь тебя от этого. — Она смеётся. — Похоже, пришло время расплачиваться.

Мне требуется некоторое время, чтобы осознать, что она только что сказала. Энни, моя лучшая подруга, человек, которого, как мне казалось, я знаю лучше всех на свете, хранила те же секреты, что и я. Мы жили параллельными жизнями, обе скрывали, кто мы на самом деле, обе боялись потерять друг друга, если правда всплывёт наружу.

— А что насчёт Элио? — Спрашиваю я, и Энни прикусывает губу.

— Он — дон итальянской мафии. Он унаследовал её после того, как мой брат убил Рокко де Луку.

Я прижимаю руку ко рту и заливаюсь смехом. Энни выглядит шокированной, но потом тоже начинает смеяться. Мы обе выплёскиваем все накопившиеся эмоции и секреты, которые она хранила даже дольше, чем я.

— Твоя семья — мафия. Твой муж — криминальный авторитет. А я-то переживала, что расскажу тебе про Илью!

— Прости, — говорит она, её глаза блестят от смеха. — Мне так жаль, Мара. Я должна была тебе довериться. Я должна была знать, что ты поймёшь...

— Мы обе идиотки, — говорю я ей. — Обе хранили секреты, думая, что защищаем друг друга.

— Полные идиотки, — соглашается Энни. — Но теперь это в прошлом. Больше никаких секретов, Мара. Теперь мы часть одного мира. Мы можем быть честны друг с другом.

Я сразу же чувствую облегчение, и через несколько мгновений мне кажется, что последних шести месяцев и не было. Я рассказываю ей о том, что делаю для Ильи в художественной галерее, и она даёт мне советы. Мы обсуждаем её беременность и мою помолвку, просматриваем в интернете идеи для свадьбы, пока Энни наконец не уходит в свой отель, потому что из-за беременности она очень устаёт.

Вечером Илья возвращается и застаёт меня в гостиной, свернувшуюся калачиком на диване с книгой, которую я на самом деле не читаю, с улыбкой на лице, от которой никак не могу избавиться.

— Всё прошло хорошо, — замечает он, присаживаясь рядом и притягивая меня к себе.

— Ты знал. — Я качаю головой. — Ты знал всё о семье Энни и её муже. Вот почему ты был уверен, что всё пройдёт хорошо.

— Да, — признаётся Илья. — Но ей нужно было тебе сказать. Конечно. Я знал, что поначалу она может переживать из-за того, кто я такой, но вы бы с ней разобрались. Вряд ли она станет осуждать.

— Я так рада, что мы… подожди. — Я бросаю на него сердитый взгляд. — Откуда ты узнал, что всё прошло хорошо?

Он умудряется изобразить лёгкое смущение.

— Возможно, я следил за камерами наблюдения, — признаётся он.

Мне бы следовало разозлиться, но вместо этого я смеюсь.

— Может, мне тоже стоит за тобой подглядывать, — поддразниваю я. — Посмотрим, как тебе это понравится.

— Я устрою тебе шоу в любое время, когда захочешь, — обещает он, проводя рукой по моему бедру. — На самом деле я могу начать прямо сейчас.

Я укладываю его на диван и наклоняюсь, чтобы поцеловать.

— Я люблю тебя, — шепчу я, садясь на него верхом и начиная расстёгивать его рубашку.

— Я тоже тебя люблю, — шепчет он мне в губы. — Ты для меня всё, Мара. Я бы весь мир сжёг, лишь бы ты была в безопасности и счастлива.

Я снова целую его, на этот раз крепче. Он стягивает с меня рубашку, я расстёгиваю его брюки, сбрасываю джинсы и стягиваю трусики, высвобождая его твёрдый член. Я больше не могу ждать и насаживаюсь на него, жёстко скачу на нём, пока его рука скользит между моих бёдер в поисках клитора.

Я трахаю его жёстко и быстро, пока он не теряет контроль и не изливается