время вынырнул обратно. Встряхнулся от набившихся в волосы и бороду соломы и пыли, чихнул и продемонстрировал нечто, завёрнутое в мешковину. Бережно уложил свою добычу на очищенный от посуды и крошек стол и гордо заявил:

— Вот, смотри!

Он принялся бережно, слой за слоем, разматывать мешковину. Под ней оказался целлофан. Под целлофаном — пожелтевшая газета. А в газете — обычная клеёнчатая тетрадь в девяносто шесть листов. Ни подписи, ни надписи.

— Держи, читай, — Филиппыч пододвинул тетрадь к фее. — Сама понимаешь, какая это ценность великая. Наружу — ни-ни, только здесь. Заклята книга: чуть в двери сунешь, хоть краешком — полыхнёт синим пламенем, и останешься ты без руководства к действию.

Мария Фёдоровна бережно погладила тетрадь и, задавив желание забывши обо всём погрузиться в чтение, сложилаеё в изголовье топчана. Заявила:

— Позже, перед сном прочту. Да и не изучить мне всего за один вечер. А сейчас надо к рыбалке приготовиться, раз уж обещала.

На слово «рыбалка» тут же отреагировал Тимофей:

— Вот это — дело, это правильно.

— А на что ловить собираешься? — влез Филиппыч.

Яга задумалась. Она знала, что рыбу ловят на червя, на хлеб и на манную кашу. Правда, готовить кашу для рыб ей не приходилось не разу. Хлеба в доме не было, а где найти червей в октябре, она не представляла.

Кот, видя затруднения, пришел на помощь:

— Сейчас, по осени, всё больше хищная рыба ловится. У тебя спиннинг есть?

— Кто его знает, сейчас посмотрим, — пожала плечами Яга и направилась к джипу.

Мужики, однажды снарядив машину для определённых целей, не трогают уложенные вещи без нужды. Самой Марии Фёдоровне повода к этому тоже не было. Так что она не без оснований рассчитывала найти под фальшполом багажника весь богатый рыболовный инвентарь мужа.

Яга подняла резиновый коврик, вытащила жесткий настил и ахнула. Тимофей рядом ахнул тоже. Чего здесь только не было! Лески, крючки, удилища — в большом количестве и всяческих видов.

— А вот и спиннинг! — ткнул кот лапой.

— Вот это?

Яга покрутила в руках странную короткую удочку с необычной катушкой.

— Это-это, — подтвердил Тимофей, — не сомневайся. Я их всяких повидал. И ещё вот эту коробочку с собой возьми. Без блёсен спиннинг бесполезен.

— Больше ничего не понадобится?

Кот оглядел рыболовные запасы.

— Это, — махнул он лапой, — для зимней рыбалки, это — для обычной удочки причиндалы. Можешь ещё взять во-он тот садок, чтобы добычу домой нести удобней было. А прочее — ни к чему. По крайней мере, на этот раз.

На этом приготовления завершились, и Мария Фёдоровна поспешила в избушку. Читать.

* * *

Григорий Павлович Васин вот уже на третий раз перечитывал рапорт старшего сержанта Мордашева. Того самого, который попытался установить контакт потеряшкой. Нашли женщину легко и просто: на камерах отследили её машину. У Васина было такое чувство, будто она и не пряталась. Просто взяла и уехала. Что же до рапорта, то выходила какая-то чушь.

По свидетельству Мордашева, женщина живым весом не более шестидесяти — шестидесяти пяти килограмм ворочала пятидесятикилограммовые мешки с мукой, причём без особых усилий. Но это ещё ладно. Бывают сильные женщины. Ходят в спортзалы, качают мышцу. Что такой полсотни килограмм, если она от груди жмёт восемьдесят, а то и сто!

Потом нестандартная реакция на приглашение сесть в машину. Объяснение, в принципе, вполне женское: обида. Тут Мордашев, конечно, прокололся. Сперва наблюдал, как тётка пластается, тяжести таскает, и пальцем не пошевелил помочь. Потом решил что-то потребовать, и закономерно огрёб. Но по словам Мордашева, эта Ферева вела себя так, словно бы что-то подозревала. Не зря Лутов предупреждал о резкой смене поведения бабы! Такая подозрительность подозрительна сама по себе. Ну прокатили бы тётку к юристу на разговор, а потом вернули обратно. Но ведь наотрез упёрлась!

И, наконец, полная фантастика. Эта Ферева грохнула кулаком по своему джипу, и сразу после этого над капотом патрульной машины повисла шаровая молния. Напарник Мордашева это подтверждает. Ну а потом — последствия взрыва этой самой молнии. Не совсем типичные, повреждения, по сути, незначительные. Могло всю машину расплавить, а патрульных в момент на небеса переселить. Возможно, это произошло потому, что шарик молнии был очень маленький. Так что отделались, можно сказать, лёгким испугом.

Машину списали: удар молнии, со стихией не поспоришь. Патрульных отправили в санаторий для поправки нервов. Напарник — тот вовсе едва не спятил, с трудом одыбался. А Мордашев всерьёз принялся утверждать, что та баба — ведьма. Мол, она это молнию призвала. И призвал натравить на неё инквизицию, попов и экстрасенсов.

В магию и ведьм Васин не верил ни на грамм. Тем более, что подобные вещи к делу не пришьёшь. А потому в официальных бумагах всё осталось официально, без чертовщины и некоторых ненужных подробностей. Но в разговоре с Лутовым Григорий Павлович досконально поведал обо всех деталях и нюансах, не забыв об ощущениях Мордашева. И, конечно, не забыл посетовать на увеличенные издержки и потребовать соразмерного увеличения гонорара.

Иннокентий Рудольфович, этот старый скряга, зубами поскрипел, но заплатил. Ничего, он потом компенсирует с клиентов

* * *

Старый скряга Иннокентий Рудольфович, а по совместительству опытный юрист Лутов выслушал Васина очень внимательно. Ещё внимательней прочёл рапорт сержанта Мордашева. Заплатил, поторговавшись для виду, но без внутреннего протеста. Судя по всему, догадка Иннокентия Рудольфовича оказалась верной.

Сразу же вспомнилось предупреждение об осторожности. Видимо, неизвестный составитель документа имел в виду именно это: если перегнуть палку, существо становится опасным. Очевидно, именно это и произошло. Правда, вместо того, чтобы просто уничтожить своих обидчиков, госпожа Ферева поступила более, чем гуманно. Всего лишь лишила их своей благосклонности. А если утверждение сержанта о связи существа и шаровой молнии истинно, то вполне могла превратить в горсточку пепла.

Сколько прошло времени с момента якобы пропажи этой Феревой? От силы неделя. Если её и впрямь настолько достали, то лучше выждать. Пусть женщина остынет, успокоит нервы, пусть подзабудутся обиды. В то, что совсем забудутся, Лутов не верил. Он бы точно не забыл. Но, по крайней мере, Мария Фёдоровна перестанет быть столь же взрывоопасной, как бочка пороха и с ней можно будет поговорить без риска быть испепелённым на месте.

Срок? Пожалуй, месяц. Или даже два. Но поисковые мероприятия не прекращать. По крайней мере, оставить объявления о розыске и отслеживание номеров машины. Полезно знать, где обитает дамочка. Хотя