тебе, что случилось на самом деле, чтобы ты могла по достоинству оценить роль нашего господина в этом адском бардаке. — Шакал снова отпил из бокала — медленно, с удовольствием, — ожидая, пока я сяду. Я осторожно устроилась в кресле напротив.

— Тебе известно, что Кэнин похищал вампиров и передавал ученым для экспериментов, — начал Шакал, довольный появившейся у него аудиторией. Это напомнило мне речь, которую он произносил на арене, перед армией мародеров, скандировавших его имя… прямо перед тем как бросить Дэррена на растерзание бешеному для их развлечения. В ушах у меня до сих пор стояли крики моего друга, разрываемого на части. Во мне закипела ярость, я подавила рвущееся из горла рычание и постаралась сосредоточиться на словах короля мародеров. — Все делалось во имя борьбы с Красным вирусом, — продолжил Шакал, словно не заметив моей вспышки гнева, — или в этом убеждал себя Кэнин, когда предавал наш род. Он выслеживал добычу, протыкал колом, отправлял в спячку, а потом доставлял в лаборатории, где ученые, как у них принято, вовсю развлекались со своими злосчастными подопытными. — Я неловко поерзала в кресле — неприятно было представлять, как Кэнин занимался такими делами, хотя я об этом уже знала. Или думала, что знаю. — Дело в том, — проигнорировав сердитый взгляд Азуры, Шакал водрузил ноги на лакированный журнальный столик, — что лекарство от Красного вируса искали не только в лаборатории Нью-Ковингтона. Да, вампиров держали именно там, но исследования проводили и в других местах. Здесь, в Вашингтоне, что-то произошло — и случилась массовая вспышка бешенства. Сотни людей обратились в течение нескольких часов. Нам известно, что лаборатория в Нью-Ковингтоне сгорела и все материалы то ли куда-то пропали, то ли были уничтожены, однако о здешней лаборатории мы не знаем ничего. Сохранилась ли она? Можно ли обнаружить там информацию об экспериментах, проведенных десятки лет назад? Что там вообще можно найти? Лекарство? Хорошо бы. Но что еще — может быть, материалы по эпидемии и Красному вирусу и информацию о том, как возник вирус бешенства? — Шакал прищурил золотистые глаза, и у меня почему-то пробежал по спине холодок. — Если какие-то из этих материалов сохранились, то кого к ним точно нельзя подпускать? Саррен талантлив, безумен и, мягко говоря, неуравновешен. Только подумай, что он способен натворить, попади ему в руки такие сведения.

Я вздрогнула, чувствуя, как иссякает мой дух протеста. Если Саррен что-то задумал, его необходимо остановить. А если лекарство от бешенства существует, мы должны его найти. Так или иначе, похоже, мне придется действовать сообща с моим кровным братом. По крайней мере, какое-то время. Я отчаянно надеялась, что сделала правильный выбор и что Кэнин сумеет нас дождаться.

— Я так и думал, что ты согласишься. — Улыбнувшись, Шакал поднялся с кресла, полы его плаща всколыхнулись. — Ну что, раз уж мы наконец в одной лодке, начнем веселье?

Глава 4

Бешеные вернулись, они снова осаждали особняк, но Азура показала нам туннель, ведущий из дома к пустой площадке за пределами ограды. Она не слишком огорчилась нашему уходу, однако снабдила нас картами, термосами с кровью и неохотно предложила возвращаться, если будет крайняя на то необходимость.

— Метро в нескольких кварталах в том направлении, — сообщила Азура Шакалу, указав место на полураскрытой карте. — Так вы быстрее всего доберетесь до их логова, но помните: едва взойдет солнце, как туннели окажутся битком набиты бешеными, которые приходят туда спать. Советую поторопиться. И держитесь подальше от улиц. Идите по крышам — бешеным редко приходит в голову туда подниматься.

— Спасибо, дорогая. — Шакал многозначительно улыбнулся. — Может, я еще заскочу к тебе, и мы «освежим отношения», когда времени будет побольше, м-м?

— Да, только дай мне знать, когда тебя ждать, — сдержанно улыбнулась Азура. — Я постараюсь не забыть отключить для тебя ток.

— Шалунья, — ухмыльнулся Шакал, и Азура закрыла дверь туннеля.

Раскинувшийся за оградой город был темным и зловещим, он весь зарос деревьями и кустами, словно лес поглотил его целиком. Двум вампирам не составило труда забраться на крышу ближайшего здания. Мы двинулись вперед по расшатанным черепицам, огибая проломы. Иногда расстояние между домами было слишком велико, чтобы преодолеть его прыжком, и нам приходилось спускаться на землю, но лишь за тем, чтобы добраться до ближайшего дома и залезть на крышу. Идти поверху было легко, луна освещала нам путь, который подсказывала карта Азуры.

Внизу открывалась совсем иная картина.

Бешеные бродили по улицам, прятались среди машин, вылезали из окон, носились по растрескавшимся тротуарам. Они рычали и шипели друг на друга, слепые от ярости, обезумевшие от Голода. Людей здесь было не видно — неужели уцелели лишь те, что жили за оградой в доме Азуры? Незадачливая кошка попыталась перебежать через дорогу — на нее немедленно бросился бешеный, ухватил животное зубами за голову и разорвал пополам. Запах крови привлек других тварей, и началась жестокая схватка — бешеные с воплями рвали друг друга за останки кошки.

— Что-то ты неразговорчива.

Я не ответила, продолжая глядеть прямо перед собой. Шакал легкой походкой шагал рядом со мной по крышам, изредка поглядывая в карту.

— Нечего сказать? — продолжил он. — Удивительно. В нашу первую встречу ты была так многоречива. Должен признаться, я убил нескольких своих братьев и сестер, но ты была первой, с кем я, как мне показалось, мог бы поладить. — Он вздохнул. — Но потом, разумеется, ты убила моих людей и сбежала с пленниками, которых я с таким трудом захватил. Ты и тот парень, — голос Шакала стал чуть резче, — как там его звали? Сынок старого проповедника, пленники все плакали по нему, думали, что он погиб. Какое-то у него было библейское имя, верно? Джеремайя? Захария?

«Иезекииль, — подумала я, и внутри все похолодело. — И я ни за что не расскажу тебе о Зике. Я вообще не должна быть здесь, не должна тебе помогать. Я должна бы вытащить меч и разрубить твою ухмыляющуюся физиономию напополам».

— Так что случилось с твоими людьми? — осведомился Шакал после нескольких минут напряженного молчания. — Они ушли? Сбежали? После того как ты столько всего вытерпела, выводя их из моего города? — Он ухмыльнулся. — Или ты в итоге все же их съела?

— Заткнись, — наконец рявкнула я, не смотря на него. — Они в безопасности. Это все, что тебе следует знать.

— Вот как? — Мы шли по разбитым крышам, и я чувствовала, как он ухмыляется, как разливается в воздухе его радостное самодовольство. — Значит, отвела их в Эдем? Как великодушно. — Я бросила на Шакала злобный взгляд, но он лишь