усмехнулся. — Что? Удивлена, что мне известно об Эдеме? Не удивляйся. Я всегда знал, что где-то есть город, где нет вампиров, только отъевшиеся людишки бегают по улицам, притворяясь, что они тут хозяева. Я знал, что старик тоже его ищет и что в конце концов он совершит ошибку и попадет прямо мне в руки. Он со своим маленьким отрядом не мог убегать от меня вечно, нужно было лишь проявить терпение. И терпение себя окупило — мы их поймали. Все шло по плану, — он прищурился, — точнее, шло, пока не объявилась ты.

— Ага, извини, что помешала тебе завоевать мир.

— Неправда. — В голосе Шакала прорезалось оскорбленное достоинство. — Я хотел найти лекарство от бешенства.

Я фыркнула. Любое живое существо, укушенное бешеным, само обращалось в бешеного, но эти твари появлялись и другим способом. В результате мутации Красного вируса носителями вируса бешенства стали и все вампиры. Укусив человека и выпив его крови, они не обращали его, но при попытке создать нового вампира, влив человеку свою кровь, большинство из нас порождали лишь бешеных. Лишь немногие Мастера, Государи городов, теперь могли продолжать свой род, и даже для них существовал риск создать бешеного. Кэнин, наш господин, был Мастером, но мне все равно очень повезло переродиться в вампира, а не в жуткое безмозглое чудовище.

— Старик был мне жизненно необходим. — Теперь уже Шакал сердито смотрел на меня. — Он владел всей нужной нам информацией. У него было все: материалы исследований эпидемии, результаты экспериментов, сведения о том, как появились бешеные. Я пытался спасти наш род, сестра. Я был так близок к победе, а ты все разрушила.

— Ты пытался найти лекарство от бешенства, чтобы превратить своих слуг-мародеров в вампирское войско и захватить мир, — парировала я. — Даже не пытайся выставить себя святым. Ты просто злокозненный кровожадный убийца, жаждущий власти. И кстати, где эта твоя мародерская армия? Твои люди все-таки обратились против тебя, когда ты не смог дать им обещанное бессмертие?

— О, не волнуйся, никуда моя армия не делась, — недобро улыбнулся Шакал. — Управлять городом, где нет законов, легче легкого — подчиненные творят что хотят, а я им не мешаю. Однако после того, как старик погиб, мне пришлось разрабатывать новый план. Тут-то я подумал, что надо переговорить с сестрой, но это невозможно, когда за тобой по всей стране следует банда мародеров. — Шакал пожал плечами. — Они будут наготове, когда я вернусь с лекарством. Ты меня не остановила. Лишь немного замедлила.

— Это если лекарство существует. Мы не знаем, создали его в вашингтонской лаборатории или нет, не знаем даже, закончили ли ученые работу над ним.

— Я бы поделился с тобой. — В голосе Шакала звучали одновременно гнев и обида. — Мы с тобой, сестра, могли бы получить все. Абсолютно все.

— Мне это было не нужно. — Я метнула в Шакала злобный взгляд. — Мне не нужен был твой город, не нужны твои слуги и твои завоевательские планы. Я хотела лишь спасти своих друзей.

— Ну-ну. — Шакал поднял бровь. — И что в итоге получилось? Что-то я не вижу здесь никаких твоих друзей. Где они? Полагаю, сидят в Эдеме? Почему они не с тобой, если у вас такая замечательная дружба? — Фыркнув, он продолжил, не дожидаясь моего ответа: — Мне кажется, случилось вот что: ты привела эти кровяные мешки в Эдем, как и обещала, но ой — оказалось, что вампиру в город нельзя. Это ведь вызовет панику — как же волк может разгуливать среди овец? Так что тебя либо не пустили, либо выдворили. А твои дружки, люди, которых ты спасла от злого-нехорошего короля мародеров, люди, ради которых ты рисковала жизнью, вмешиваться не стали. Потому что понимали, кто тут прав. Потому что ты чудовище, живущее за счет человеческой крови, чудовище, и ничего больше — как бы ты ни убеждала себя в обратном.

— Напомни-ка мне еще раз, зачем я тебе помогаю?

Шакал рассмеялся:

— Ты знаешь, что я прав, сестра. Можешь отрицать это, пока небо на землю не упадет, но ты только будешь обманывать себя.

— Ты меня не знаешь. — Шакал снова фыркнул, и я стремительно развернулась к нему. — И вот еще что. Прекрати называть меня сестрой. То, что Кэнин обратил нас обоих, не делает нас родственниками. У меня есть имя — Эллисон. Так меня и зови.

— Конечно, Эллисон. — Шакал обнажил клыки в усмешке. — Но мы оба знаем правду. Вампирская кровь сильнее человеческих уз — мы с тобой связаны так, как людям и не снилось. Как думаешь, почему ты чувствовала, где нахожусь я и где находится Кэнин? Потому что ты становишься сильнее, а чем сильнее вамп, тем легче он определяет, где сейчас члены его семьи. Потому-то большинство ковенов состоят из родственников Государя, из тех, кого он сам обратил. Государь чувствует, где его подчиненные, а иногда может даже читать их мысли. Так мятеж не поднимешь. Но связь действует в обоих направлениях.

— Вот почему мы чувствуем, где сейчас Кэнин.

— Ага. — Шакал посмотрел на запад, и мы продолжили наш путь. — А еще мы чувствуем друг друга, хоть и слабее. Самый сильный зов исходил от нашего господина, во всяком случае, до того, как его погрузили в спячку. Когда вампир на пороге смерти, зов слабеет, однако не исчезает.

— Почему?

— Потому что где-то в самой глубине своего подсознания Кэнин просит нас о помощи.

* * *

Минуло несколько часов, но вход в метро мы так и не нашли.

— Хм-м. — Шакал остановился на краю крыши, вертя раскрытую карту так и эдак. — Да что за хрень. Где-то на этой улице должен быть вход в метро, но как, черт возьми, его отыскать, если нет никаких указателей?

Оставив его возиться с картой, я стала рассматривать бледные силуэты бешеных, снующих в сумраке внизу.

— Зачем Саррену понадобилась эта лаборатория? — пробормотала я тихо, чтобы не привлекать внимания тварей. — Как думаешь, что ему надо?

Шакал рассеянно хмыкнул.

— Меня не спрашивай. Я не маньяк-психопат. Ну то есть не до такой степени маньяк-психопат. Так, вот вход на станцию Фогги-Боттом. Где же проклятый туннель? — Он взглянул вниз, на улицу, и вздохнул. — Может, Саррен тоже ищет лекарство от бешенства, — бросил Шакал через плечо. — Ой, да тебе-то что за дело до этого?

Большая стая бешеных вошла в проулок между двумя зданиями прямо под нами. Не обращая внимания ни на них, ни на меня, Шакал продолжал изучать карту. На мгновение мной овладела кровожадная мысль сбросить его с крыши к бешеным и посмотреть, удастся ли