Рози сказала, что я найду Калу и что она жива. А ей я верила намного больше.

В очередное утро я проснулась раньше подъема. Тело ныло от тренировок и неизрасходованной энергии. На уроках «развития сил» только и объясняли, насколько это опасно, и перечисляли, чего нельзя делать. Никакой практики, никакого сброса накопившейся энергии.

«Так себе развитие сил».

И это только мешало, ведь энергия постоянно напоминала о себе, бурлила и так и рвалась на свободу. На Утесе не было глушителей, поэтому мне постоянно приходилось держать себя под контролем. Любой выплеск был бы замечен уловителями, которые стояли в техническом помещении академии. Еще на вводном занятии по силам нам показали это чудо-помещение, где безустанно дежурили смотрители. Даже ночью.

Видимо, поэтому ученики третьего блока казались напряженнее и собраннее, чем все остальные. Мы не только должны были постоянно доказывать, что имеем право быть здесь. Но еще приходилось сглатывать обиды и не обращать внимания на неприязнь учеников других блоков и некоторых командующих, на мерзкие шутки в наш адрес и толчки в коридорах. Я могла ответить всем обидчикам взаимностью, но не могла дать гарантии, что сдержу закипающую энергию.

Я сходила в женскую купальню, пока еще не было очереди, и, быстро собравшись, вышла из комнаты. Хотелось прогуляться до столовой в тишине и подышать воздухом. Покинув крыло, я пересекла внутренний двор, прошла через площадь и повернула в сторону столовой. Но, добравшись до здания, двери которого были еще закрыты, я прошла мимо и обогнула лекарную. Завернула за склады, обошла неказистое хозяйственное здание и вскоре вышла к обрыву. Волны внизу разбивались о влажные камни, пенясь от злости, ветер нагло трепал мои волосы, а в небе расцветал день. Я села у края обрыва и глубоко вдохнула. Воздух был свежий и солоноватый. Совершенно иной, чем в Топи, где все пропахло тиной. На мгновение можно было почувствовать свободу. Но это было не так. Из одной клетки, где я провела четыре года, я попала в другую. И сбежать отсюда казалось невозможным.

Половину дня я проторчала в душных залах, выслушивая то, что уже проходила в Топи. А после обеда нас опять заставили бегать вокруг утеса, подниматься и спускаться по бесконечным лестницам. Раз за разом. На вечернем построении я валилась с ног. Хорошо, что теперь мы стояли в самом конце колонны. Я уже собиралась ползти в комнату, но увидела, что меня зовет Айс. Хлоя и Люма пошли к входу, а я направилась ко второму блоку. Она обняла меня и повела через арку. Мы обошли площадь и зашли за тренировочные залы.

– Ты как?

– Разваливаюсь.

– Ничего. Привыкнешь. Это всего лишь физическая нагрузка. Ты каждый день собирала часами сгустки.

– Собирала. Но бегать по лестницам вверх и вниз, отжиматься, таскать мешки с камнями – это совершенно другое. У меня руки не поднимаются, ноги не сгибаются, а все тело безостановочно ноет.

– Понимаю.

– А по тебе этого не скажешь.

– Я тренировалась с детства. И все эти ощущения стали частью меня. А последние пять лет мы бегали от стражей, прятались на обрывах скал. Наша с Итаном жизнь зависела и от того, на что мы были способны и к чему готовы. И сейчас ничего не изменилось. Теперь и ты зависишь не только от собственной силы, но и от возможностей твоего тела. Заметь, подготовка едина для всех.

Я шумно выдохнула. Айс была права.

«Когда я стала таким нытиком?»

– Ты что-нибудь узнала о Кале? – спросила Айс.

– Только то, что вплавь отсюда не убежать. И прятаться тоже негде. Негусто, да?

– Ничего. Я понемногу налаживаю контакты с учениками второго курса. Скоро доберусь до третьего. А ты постарайся сильно не высовываться. Лучше выкладывайся на полную в учебе.

– Зачем?

– Мы планировали найти себе знатных, закрепиться за ними и с их помощью попасть на Равнины. Но если ты станешь наездником кондора, то ты доставишь нас туда.

– Я? Наездником? Айс, я проходила курс наездников в Топи и за несколько месяцев даже не смогла оторваться от земли. В симуляторе! Я даже не представляю, как сделать это на реальном стальном кондоре. Ты же знаешь, что наездником становится один из ста.

– Вот ты и должна стать этим одним. Это наш шанс. Тогда мы сможем улететь в любое время. Нам не надо будет торчать тут три года. И тебе не придется рисковать своей жизнью.

Я серьезно посмотрела на нее.

– Рисковать жизнью? – уточнила я.

Она огляделась по сторонам.

– Итан кое-что узнал, – сказала Айс и замолчала, будто собираясь с силами. – Все, кто пропал из третьего блока, были энергиками.

Воздух резко покинул легкие.

– Но почему эти явные совпадения не натолкнули стражей на мысль провести полное расследование и выяснить, что тут творится? Это же очень странно.

– Я не знаю. Может, потому что так было нужно кому-то?

– Или мы для них ничего не значим.

Айс вздохнула.

– В любом случае тебе опасно находиться в академии. Будь осторожна.

– Хорошо, – ответила я и стала теребить свой браслет. – Сама ты как?

– Ничего. Пытаюсь не проявиться, – ответила она с улыбкой.

– А Итан?

– Он уже освоился.

– Ясно, – только и ответила я.

– Не переживай. Мы с Итаном рядом. Мы будем приглядывать за тобой и искать информацию о Кале. И, конечно, попробуем закрепиться за знатными наездниками. Так у нас всех будет дополнительный шанс. Пусть и мало кто захочет взять первогодку себе в защитники… Хотя, я уверена, Итан себе кого-нибудь присмотрит.

– Девушку?

Айс пожала плечами и поджала губы. Она делала так, когда не хотела что-то говорить.

– Через неделю вернутся наездники с учений. Тогда и подумаем. Время у нас еще есть. А пока будь осторожна.

– Постараюсь.

Она обняла меня, и мы вернулись к зданию академии.

Следующая неделя пролетела между учебой, тренировками и безрезультатными попытками выяснить что-то новое. Но я только узнала, что действительно бесследно и таким же странным образом, как Кала, пропадали только энергики. Я даже стала замечать, что старшекурсники посматривают на меня с жалостью. Как будто быть энергиком – это проклятие, и нас утаскивает в океан неизвестная сущность.

Утром в воскресенье я открыла глаза от странного поднимающегося отовсюду гула. Я нагнулась со своего яруса и посмотрела на Хлою. Она уже сидела на кровати и смотрела по сторонам.

– Ты тоже это слышишь?

– Да.

– Сколько времени?

Хлоя взяла часы с полки и ответила:

– Начало седьмого.

– Что происходит? – спросила Люма, пытаясь открыть глаза.

Я слезла со второго яруса, натянула форму и пригладила пальцами спутанные волосы. Подошла