Маски бархатные, кружевные, иногда с перьями. И дамы сегодня превзошли себя, многие позволили более смелые, чем обычно наряды с яркими лентами. А уж в глубоких декольте утонуло немало самых стойких мужчин. Видимо это связанно с инкогнито, чего опасаться? Хотя вроде в конце бала предстоит снять маски. Мужчины красуются в домино (накидки) и полумасках, хотя есть страдальцы, напялившие целые произведения искусств, закрывающие полностью не только лицо, но и всю голову.

Под чарующую музыку в обстановке таинственности пастушки, принцессы и цыганки кружатся в танце с рыцарями, купидонами и арлекинами.

А вскоре на меня напали, чьи-то тёплые руки закрыли мне глаза и удержали голову от подглядывания, предложив опознать стоящую сзади озорницу. Я прокрутил всех возможных персон женского пола, а это абсолютно точно женщина, судя по тонким пальчикам. Но никого, кто бы рискнул так смело подойти к малознакомому мужчине на ум не пришло. Или я не знаю до конца нравы местного общества, или это чья-то шутка. Сейчас развернусь и увижу пожилую тётку или пятнадцатилетнюю девчонку. Разведя руки в сторону, я позорно признал поражение. И только тогда мне позволили повернуться, убрав руки с лица.

Не знаю, молодая женщина среднего роста, судя по прядкам волос брюнетка. На ней наряд восточной царицы, полупрозрачные одежды не могут скрыть очертания стройного тела. Но лицо полностью закрыто и мне даже не понятно, под маской улыбаются или злобно скалят зубы, готовя мне каверзу.

Ах вон оно что. Теперь всё ясно, недалеко мелькнул знакомый силуэт и мне удалось узнать старого знакомого. Аркаша собственной персоною. А прелестница, стоящая передо мной — Симка, наша Серафима, недавно вышедшая замуж за этого балбеса. Ну держитесь шутники. Воспользовавшись лёгким замешательством, я в два шага оказался рядом с царицей Шемаханской и чуть пригнувшись подхватил её под колени. Девчонка взвизгнула и испуганно вцепилась в мои плечи. А я насладился молодым девичьим телом, прижимая подругу к себе. И только когда девчонка замолотила шутя руками по моей маске филина, я нехотя отпустил её на ноги.

— Костик, я так рада тебя видеть, — опять начались обнимашки, только на этот раз под бдительным надзором супруга. Потом пошли дружеские постукивания по спине с Аркадием, и мы поспешили удалиться в место потише. Этим местом оказался бар, где мы заняли один из столиков и официант принёс нам по бокалу охлаждённого шампанского.

«Ну как ты?», «А Вы какими судьбами в Москве?», — после обмена восклицаниями мы немного успокоились, и я с удовольствием смотрел на ребят. Аркаша вообще не изменился, а вот Симка расцвела, прямо красавица. По горящим глазам становится ясно, что ей с мужем повезло. Вот тебе и свадьба по выбору родителей. Тут уж или повезёт, или нет. Собственно, когда выбираешь по любви, происходит также. Процент неудачных браков не меньше.

Выяснилось, что хоть бал у Голицына для дворян, Аркадий смог достать пригласительный для себя и молодой супруги. Вот прохвост, везде пролезет. Мне было приятно узнать, что и у Григория Яковлевича всё замечательно. Более того, он собрался и сам жениться. Нашёл себе вдовушку по душе, у них вроде всё серьёзно и даже дата свадьбы назначена.

Сегодня великолепная погода. Солнечно и для декабря довольно тепло. Аркаша с Симой заехали за мной на самой настоящей тройке. Великолепные животные украшены цветными лентами и с нетерпением фыркают, кося на нас с Лоттой глазами. Да, я решил взять шведку с собой. Она тоже не видела современной Москвы.

А когда кучер помог нам усесться и заботливо укутал наши ноги меховой полостью, тройка рванула как тот Мерседес. Нас аж вдавило в спинку и на лицо наползла детская улыбка. Бубенчики звонко оповещают прохожих о том, что граф Синичев с друзьями выехал гулять.

До сих пор не привыкну, что первопрестольная в этом мире имеет совсем другие очертания улиц. Нет знаковых мест, таких как Кремль и собор Василия Блаженного, сотен церквей самых разных размеров. Ничего подобного, улицы заметно шире и больше подошли бы Санкт-Петербургу моего времени. Заметно, что архитектор, закладывающий главные улицы думал о будущем. И дело не только в том, что проспекты прямые и позволяют со временем расширить дороги. Меня поражает обилие зелени. Сейчас деревья в многочисленных скверах и парках стоят беззащитно голые. А пруды и каналы покрыты льдом и снегом.

А уж когда наши сани вылетели на огромную дворцовую площадь, я ощутил благовение перед создателями этой красоты.

Место очень похоже на Боровицкий холм. Но нет стен из красного кирпича с башенками. Здесь подавляет своей мощью гигантский Собор. Храм всех Стихий имеет четыре башни по количеству природных стихий, они покрыты черепицей своих цветов. И доминирующий центральный купол, покрытый золотом. Он отражается в окнах домов на противоположной стороне площади. Нам удалось проехать по площади и прогуляться вдоль Собора. Но на более тщательное изучения этого чуда света нужно потратить не один день. Фасады комплекса покрыты мозаикой с изображением наиболее ярких проявлений буйства природы.

Интересна и сама площадь, она образуется четырьмя проспектами и улицами. С юга подходит Тверская, с востока Никольская, с севера Лубянская, а с запада широченный Воздушный проспект. На нём расположены дворцово-административные здания. В квартале от Собора красуется дворцовый комплекс. Прежде всего это императорский дворец с многочисленными пристройками. Дворец построен в стиле ампир с многочисленными колоннами и статуями неведомых мне героев старого эпоса. Крылья комплекса отданы под приёмные палаты, зал заседаний Сената магов и прочие казённые учреждения. Высокие башенки увенчаны флюгерами в виде драконов, единорогов или символов стихий. Мы поглазели на широченную парадную лестницу, внизу неподвижно застыл почётный караул, полицейские отгоняют зевак за ограду. Кроме нас здесь полно праздношатающейся публики.

— Сюда надо приехать попозже, когда стемнеет. Красота необыкновенная, — авторитетно заявил нам Аркадий. Он в своей стихии, всё про всех знает и, наверное, может подрабатывать гидом широкого профиля.

А потом нам показали окрестности города. Здесь в новом для меня мире Москву не окружают многочисленные слободки и выселки. Просто каменные солидные дома постепенно переходят в частное жильё попроще. Но строить стараются тоже из кирпича. Видать городские пожары и в этом мире доставляют властям немалые проблемы.

Поэтому город закончился внезапно, мелькнула застава и наша тройка выметнулась в чистое поле. По накатанной дороге, усыпанной конскими яблоками наш экипаж помчался так, что слёзы полились из глаз. Но когда я поставил свой универсальный щит, все пассажиры облегчённо расслабились. Мимо проносятся медленно плетущиеся крестьянские сани. Нам уступают дорогу, никто