выбор прост. И если честно — я не позволю Бенедикту погибнуть из-за моего страха. Вопрос лишь в том, перевесит ли результат цену. Потому что, если всё сработает, моя теневая магия окажется разрушительнее сепаратистов.

Сжав челюсть, я кивнула.

— Ладно. Тогда по рукам, — сказал Нодал, поднимаясь и передавая бумаги помощнику. — Подключим тебя к связи и отправим тебя и твоего партнёра в «Джип», младший рейнджер Грейди.

Младший рейнджер?

Я медленно встала и вздрогнула, когда Плак сжался в тонкий завиток и нырнул в мой лодстоун.

Тень тебя побери. Я работала на этого человека — и даже не знала, сколько мне за это платят.

Глава 31

— Не уверена, что это сработает. — Я с сомнением посмотрела на наушник у себя в руке, пока молодая женщина в форме возилась с приёмником.

— Да, мэм. Это позволит нам держать связь, пока вы в городе. Вставьте его, и я настрою звук.

Я поморщилась от «вставьте». Но всё же чувствовала себя непривычно… официально, сидя на ступенях крыльца ранчо Нодала в темноте и ожидая сопровождение. И дело было не в наполовину съеденном сух пайке у локтя. И уж точно не в чистых джинсах и чёрной майке, пахнущих чужим кондиционером для белья. Всё из-за новых ботинок. Военные, из списанных. Мне они не нравились. Я не маг, чтобы вести войну. Я чистильщик. Я убираю.

Плак сейчас был не более чем ядовитой тенью под лестницей, и моя хандра усилилась, когда он послал тонкую прядь себя, чтобы обвиться вокруг моей лодыжки. Хотя я наполовину ожидала этого, всё равно дёрнулась, когда его мысли забурлили в моих, как холодная газировка, и ночь вспыхнула рассеянным дроссом. Он интересовался наушником.

Нет, подожди! — подумала я, когда тонкая лента его поднялась, чтобы коснуться устройства.

Пронзительный визг вырвался из приёмника, женщина вздрогнула и выругалась.

— Извините. — Я поставила наушник на ступеньку между нами; от него в свете крыльца тянулась тонкая струйка дыма.

Она нахмурилась.

— Никогда не видела, чтобы они так себя вели.

— Наверное, это я, — сказала я, держа за спиной руку с запястьем, оплетённым тенью. Она улыбнулась, будто я пошутила. Я — нет.

Раздражённая, я села на верхнюю ступеньку и слушала, как пересмешник надрывается где-то в темноте, пока она рылась в сумке за новым наушником. Мысль о том, что нужно вытащить Бенедикта и Херма до дедлайна Нодала, грызла меня. Меня мало волновало усмирение сепаратистов — разве что это облегчило бы мне жизнь. Но если среди них всё ещё Эшли, я, возможно, получила бы от этого некоторое удовольствие.

И тогда я стану младшим рейнджером ополчения. Ура-а-а.

Я поднялась, когда «Джип» резко остановился у подножия лестницы. Фары выхватили неровную полоску пустынной земли, и я задумалась, как долго ополчение уже здесь — и собираются ли они сделать это постоянной демонстрацией силы, меньшей, но, вероятно, более смертоносной, чем обычная военная база у трассы.

— Вот что, — сказала я, беря жезл в руку. — Дайте мне пару монет. Я позвоню, когда закончу.

Женщина посмотрела на меня, явно не поняв шутки.

— Да, мэм, — ответила она, поднимаясь, когда Лев вышел из темноты — его шаг был быстрый, голова опущена.

— Она готова?

Женщина вместо салюта едва заметно кивнула — уважительно. Мы, вероятно, считались на вражеской территории, где салют мог стоить жизни. А может, в ополчении так просто не принято. Из званий я слышала только «рейнджер», «младший рейнджер» и «мастер-рейнджер» Нодал. Как будто я разбираюсь.

— Да, сэр. Нет, сэр. Возникли сложности с защищённой связью.

Я спустилась по ступеням, подавив дрожь, когда прядь Плака скользнула с меня, и ночь снова потемнела. Я остановилась на нижней ступеньке, обернувшись, когда специалист по связи ахнула. Плак проявился в виде той гладкой, внушительной гончей. Она застыла — явно не знала, что он вообще здесь. Но столь же ясно было, что она понимает, что он такое.

Лев настороженно следил за ним, пока Плак неспешно спускался по ступеням.

— Не думаю, что что-то электронное продержится в Сент-Уноке, — сказал он. — Слишком много дросса.

Я смотрела, как Плак проходит прямо перед фарами. Его избегание света было предпочтением, а не необходимостью. До этого я не была уверена. Лев поднял брови, когда теневой пёс запрыгнул в кузов пустого «Джипа»; машина даже не просела, когда его массивный силуэт приземлился, когти скребнули металл.

— Похоже, мы готовы. — Лев махнул мне. — Загружайся, младший рейнджер Грейди.

— Ещё раз меня так назовёшь — и я затолкаю тебе в горло ком дросса, — сказала я, шагая к машине и чувствуя себя не в своей тарелке, когда прошла сквозь свет фар и опустилась на пассажирское сиденье перед Плаком.

— Решила пойти «всё или ничего», да? — бросил Лев, устраиваясь за рулём.

— Ты отвратителен, — ответила я кисло. — Это был твой план с самого начала, да?

— Пока ты не встала перед своей собакой с одним жезлом и не потребовала, чтобы то, что исказило её, убиралось к чёрту, — усмехнулся он. — Сама виновата.

Сама виновата. Раздражённая, я осела в кресле. Лев рванул «Джип» с места, и меня бросило вперёд, пока мы подпрыгивали по неровному двору к выезду. Небо на востоке светлело, и тревога стянула живот. Что я творю?

— Я могу высадить тебя за пару кварталов, — громко сказал Лев, когда мы выехали на дорогу и скорость возросла. — Ближе — риск засветиться, а у меня строгий приказ не вступать в бой. Оставлю тебя там, дальше сама. Согласна?

— Да, как скажешь, — буркнула я, подавляя вскрик, когда он резко дёрнул руль, и я врезалась плечом в дверь. Я сильнее сжала жезл и упёрлась ногами в пол, стараясь удержать равновесие, пока он, похоже, намеренно ловил воздух на каждом бугре.

Но ветер приятно трепал волосы, и я подняла взгляд к ревущим в небе реактивным самолётам, когда дорога выровнялась, и мы покатили по главной улице Сент-Унока. Плак снова сжался, его силуэт едва намекал на собаку — низкий ком дымных прядей, развевающихся на ветру. Поймав мой взгляд, он послал тонкую нить себя обвиться вокруг моего запястья холодом давно мёртвого.

Я подавила вздрагивание от его прикосновения, дыхание перехватило, когда поздняя ночь изменилась. Так быстро, что впору считать это полуднем: каждая прядь дросса, прятавшаяся во тьме, засияла, как пятно отражённого солнца, подсвечивая ночь снизу. Он был повсюду. Я мысленно поблагодарила Плака; его мысли холодно заискрились во мне с нотками радости. Похоже, ехать в машине — почти как лететь. Только без необходимости искать ветер.

Десять лет магических отходов создавали красивое, почти