ну почему я как половая тряпка. Меня даже прожжённая аферистка на раз делает. Выдавила натужную слезу и я моментально поплыл? Ведь знаю же, что эта дамочка цинично использовала наше семейство, но всё равно лезу в эту ловушку.

— Стойте, Вам есть куда идти?

Девушка мотнула головой и подошла к двери.

— Ну а раз некуда, зачем Вы уходите? — Анна остановилась и развернулась ко мне. Сейчас стало особенно заметно, что она далеко не юница. В глазах плеснула надежда.

— Нет, между нами ничего не может быть. Об этом забудьте, — я оценивающе смотрю на неё.

— Скажите, как у Вас с науками?

Женщина недоумённо смотрит мне в глаза, потом до неё дошло, что это вопрос без подвоха.

— Ну, кроме русского и польского, я в совершенстве знаю французский и немецкий. Английский и голландский немного хуже.

— С этим всё понятно. А считать умеете?

— Я закончила Институт благородных девиц в Нойштадте. Там мы изучали и точные науки.

Хм, вот бы не подумал, — Нойштадт это где? В Вене?

— Недалеко от неё, пятьдесят вёрст. Мой батюшка не жалел средств на моё обучение.

Задумчиво посмотрев на вид проспекта и гуляющих по тротуару праздных господ, я сел в кресло.

— Евдокия, хватит подслушивать, — дверь открылась и показался хитрый нос.

— Дуся, организуй-ка нам чайку. Да пошли кого-нибудь в кофейню на углу. Там пекут замечательные пироженные. Подай нам с Анной сюда в кабинет.

А пока Евдокия шуршала с чаем, я рассматривал сидящую напротив женщину. Не знаю, почему-то мне стало её немного жаль. Да и не предполагал я, что она получила действительно хорошее и качественное по современным меркам женское образование. К тому же я её совсем не знаю. Преподавателем французского она вроде была неплохим. А ведь вокруг меня есть верные люди, оброс потихоньку. Но таже Варвара вчера ещё в носу ковырялась. Лотта — та другая, но её кругозор ограничен семейным кругом. Она милая, мягкая и любящая. Но я не представляю её за конторкой, проверяющей счета и занимающуюся моими делами. Это просто не её.

Анна ест аккуратно, чувствуется школа. Здесь она мне даст сто очков форы. Мы молчим, но каждый тайно наблюдает за сидящим напротив. И делает свои выводы.

Наконец я решил, что просто пить чай дальше глупо. Поэтому когда мы закончили, я спросил:

— Анна Витольдовна, понимаете. Я сам не знаю, зачем Вам это говорю. Но я чувствую в Вас потенциал. Вы образованны, знаете местную жизнь. Наверняка батюшка ввёл Вас в свой круг общения, — тут я замолчал, чтобы дать её отреагировать.

Женщина мягко кивнула, давая понять, что внимательно меня слушает и соглашается моими словами.

— Одним словом я хочу предложить Вам договор. Я снимаю Вам квартиру и обеспечиваю Вас в определённых пределах. И пока я вхожу в наследство, предлагаю Вам продумать о том, в каком качестве Вы можете мне быть полезны.

В её глазах мелькнула тень иронии, — нет, нет, Вы зря так обо мне думаете. Сегодня внезапно вылез тот прежний Костик. Прошу прощение за него, это больше не повторится. Я имею в виду Ваши связи и знания. Я ведь по сути был удалён от батюшкиных дел. По понятным нам причинам он удалил меня от дома, а последнее время я вообще находился в Архангельской губернии. Вы меня понимаете?

Женщина ушла, а я задумался. Зачем мне это нужно? Чем полячка мне может помочь? Я поручил Дмитрию выдать барышне сто пятьдесят рублей ассигнациями. Этого хватит снять квартиру в городе и питаться согласно её требованиям. Без роскоши на жизнь хватит. Осталась предательская мысль, что она смоется с моими деньгами. Но это даже будет к лучшему и решит все мои моральные проблемы.

Вспоминая произошедшее, я лишний раз убеждался, что совсем не знаю эту женщину. Я могу подыскать ей работу. Но только в том случае, если она невиновна в смерти моего отца.

Вот этим вопросом я и решил заняться в первую очередь.

Первым делом крикнул запрягать свой выезд. Я чай граф и у меня в каретном сарае пылятся две кареты для города и одна покрепче для природы.

В полицейской управе я сразу сообщил о цели своего посещения и меня препроводили к дежурному приставу:

— Сожалею о Вашем горе, Ваше сиятельство. Ваш батюшка был человек известный в нашем городе, служил в департаменте водных путей. Дело тут не простое.

— Вы кого-то подозреваете, есть основания?

— Вы не так меня поняли. Вам лучше обратиться в городскую управу, прямо к господину городскому голове. Он и распорядится, чтобы до Вашего сиятельства довели все подробности дела.

Может он и прав, делами такого уровня городская полиция вряд ли занимается.

В помещения тепло, пахнет сургучом и воском. За столом сухощёкий чиновник в чёрном сюртуке, с аккуратно уложенными седыми волосами. Он встал, кивнул и жестом предложил сесть:

— Господин Синичев, — почему-то нарушив принятую форму обращения к графу, начал он, — Примите наши искренние сожаления. Мы были поражены вестью о скоропостижной кончине Вашего батюшки. Вы желали бы узнать обстоятельства?

— Именно так, ведь не мог полноценный маг водной стихии тихо и так мгновенно умереть в своём доме. Что этому предшествовало? Было ли разбирательство?

— Я Вас прекрасно понимаю, — чиновник положил бумаги на край стола и переплёл пальцы.

— Признаюсь, наша управа не ведает всех подробностей дела. Этим занимается департамент, которым управлял Ваш батюшка. Советую Вам направиться туда. Обратитесь к временно исполняющему обязанности начальника. Он Вам всё объяснит.

Ну и порядочки у них. Скоро окажется, что в курсе моего дела только какой-нибудь младший истопник в этом их департаменте. Скончался важный человек, цельный граф, а меня гоняют как пацана, — понял. Благодарю за совет.

— И ещё, возьмите мою записку, — чиновник подал бумагу, которую только что нацарапал пером.

— Это моё распоряжение, чтобы Вам не чинили препон там, — я кивнул и вышел в коридор, где пахло старыми досками и мокрыми тряпками.

Расположено здание Департамента водных путей на набережной. Массивное с колоннами, потемневшее от времени и осадков. Я предъявил письмо с городской управы дежурному чиновнику. Тот взглянул на печать, кивнул и провёл меня длинным коридором в кабинет начальника департамента.

Значит тут работал мой отец. Мне навстречу встал полный широкоплечий мужчина с аккуратно подстриженной бородкой.

— Я статский советник Оболенцев Александр Михайлович. Временно назначен исполняющим обязанности