Только… она нигде не могла его найти, даже обойдя весь огромный зал. Она снова просканировала помещение, замечая множество знакомых лиц среди коллег-охотников и Ноксов Кустодия. Одни присматривали за «нейтрализованными» жнецами, другие искали выживших среди обломков, а третьи уносили тела. От вида последней группы желудок Вири сжался: так много павших — Ноксов, охотников и жнецов.

Рива не было. Но странное, полное нежности притяжение внутри неё заставило её направиться к главным дверям. Ощущение было таким же, как когда её магия потянулась к нему ранее тем вечером. Она последовала за этим чувством инстинктивно, выйдя в прохладную, залитую лунным светом ночь. Пройдя за ржавые железные ворота, она, наконец, нашла его: он прислонился к дереву, растущему между группой белых могил. Его иссиня-черные волосы были в совершенном беспорядке, а серебряный взгляд следил за тем, как она приближается.

— Что так долго? — спросил он, и в его глазах заплясали искорки, когда он повторил её же слова.

Она спрятала улыбку.

— Сделала остановку на перекус.

Его губы дрогнули.

— Это очень важно.

— Я слышала.

Он оттолкнулся от дерева, его лицо стало серьёзным.

— Ты напугала меня до смерти. Когда ты не встретилась с нами, когда я понял, что Лорд-Жнец, должно быть, забрал тебя…

Вири оборвала его, шагнув вперёд и обхватив его руками:

— Я в порядке, — прошептала она. — Ты нашёл меня.

— Я всегда буду находить тебя, — хрипло произнёс он, притягивая её ближе. — Всегда.

Её сердце пропустило удар от его клятвы, а затем снова забилось, когда он прижался губами к её виску. Но он не стал развивать это дальше, отступил на шаг и окинул её взглядом с ног до головы.

— Можно? — спросил он, поднимая руку.

Она не совсем поняла, что он имел в виду, но всё равно кивнула. Всё прояснилось, когда он приложил ладонь к её груди: поток его магии хлынул в неё, и боль в теле утихла, а все раны исчезли без следа.

Одарив его благодарным взглядом, она вытянула руку в лунный свет — на коже не осталось ничего, кроме гладких, затянувшихся участков.

— Знатный фокус.

— Это так, хотя, к моему неудобству, он работает только на других. — Рив указал на мелкие порезы, покрывавшие его собственную кожу. — Но раз уж речь зашла о фокусах… — Его тон изменился. — То, что ты сотворила сегодня, было невероятно. И разрушение защитных чар собора, и защита Джессалин.

Вири судорожно выдохнула:

— Мне просто повезло. Я понятия не имела, что делаю.

— Везло тебе или нет, ты спасла её — и всех остальных.

— Это заслуга всех нас. Если бы вы и остальные не ждали снаружи, всё могло бы закончиться совсем иначе.

— За это можешь поблагодарить наших друзей, — сказал Рив. — Джонас и Уинтер нашли в старых записях упоминание места, где когда-то проводили древнее жертвоприношение Авроре, — он кивнул на собор позади них, — а Сорен, Сейдж и Ардин догадались, что внутри стоят чары, скрывающие происходящее. Вот только к тому моменту, как мы прибыли, барьеры усилили, чтобы никто не мог войти. — Его глаза встретились с её взглядом. — Я услышал твой голос у себя в голове, когда они пали. Ты словно шептала мне прямо на ухо. Как ты это сделала?

Вири замялась, переминаясь с ноги на ногу. Ей совсем не хотелось признаваться, что её магия, судя по всему, тянется к нему, из всех людей на свете. Он бы ей этого никогда не простил.

— Ты у нас маг. Тебе и решать.

Он внимательно изучал её лицо, словно чувствуя, что она не договаривает, но, к счастью, не стал настаивать.

— Как бы то ни было, ты была невероятна сегодня.

От внезапной нежности в его голосе у неё перехватило дыхание:

— Да и ты был неплох.

— «Неплох»? — уголки его губ поползли вверх. — Высокая похвала из твоих уст. Ещё немного, и ты скажешь…

Что именно он ожидал услышать, она так и не узнала. Взгляд Рива внезапно сфокусировался на чём-то у неё за спиной, а глаза расширились от тревоги — и страха.

— Нет, подожди! — крикнул он, выбрасывая руку вперед.

Но было слишком поздно. Мощный поток элликсена обрушился на Вири, и в следующую секунду…

Темнота.

Дневник небесного мага Кадмуса Кастро

ТЕФРИН АЛЕМЕДЕС

Тридцать третье Солнце, Четырнадцатый Цикл, Двенадцатая Эпоха

Пока я пишу это, маги готовятся покинуть остров Элвердин. Местные драконы уже бежали на материк вместе с магическими существами, которые называли это место своим домом. Жнецов стало просто слишком много, и риск, который они представляют для всех живых существ, слишком велик.

Но, несмотря на всё отчаяние ситуации, есть свет во тьме: те «последователи», которые смогли противостоять искушению. Их возглавляет моя дорогая подруга Анисса Солейс, дочь Магистратуса Гаррина. Она опустошена тем, что её отец и многие другие пошли за Кадмусом по столь мрачному пути, но даже в своей скорби Анисса продолжает бороться, защищая свой народ от жнецов, которых нам не удалось поймать.

Я говорила ей, что она должна покинуть Элвердин вместе с магами, что здесь её ждёт только смерть. Она не уйдёт, как и никто из других последователей. Все они потеряли близких из-за этих монстров — друзей, семью — и отказываются терять ещё и свои дома.

Как бы я их ни понимала, я хочу, чтобы они прислушались к голосу разума.

Потому что то, что мы планируем сделать — что я планирую сделать…

Они прекрасно знают, что произойдёт, если они останутся здесь.

Но они всё равно остаются.

— Это наш остров, — сказала мне Анисса, и в её лавандовых глазах, потускневших от горя и усталости, всё ещё теплилась искра жизни и решимости. — Они не получат его.

— Но вы же… — пыталась я в тысячный раз.

— Эти жнецы — наш народ, Тефи. — Она положила руку мне на плечо, утешая меня, хотя должно было быть наоборот. — Они наша ответственность. Мы будем охотиться на них, пока не останется ни одного.

— Это может занять…

— Даже если это займёт поколения, — твёрдо прервала она меня. — Мы не сдадимся. Мы не отступим. — Её губы тронула печальная улыбка. — Ты ведь знаешь меня, я не такая.

Я знала, и поэтому помогла ей, чем могла: подарила полый стилус, наполненный вечными магическими чернилами. Сами по себе последователи не могут распознать жнецов, пока не становится слишком поздно. Я не уверена, почему так происходит, почему только маги могут видеть чёрные вены, расползающиеся по их коже. Но теперь Анисса и те, кого она сочтёт способными, смогут использовать стилус, чтобы наносить