не нужного внимания, уже анализируют всех основных руководителей СССР. Было бы, конечно, забавно узнать к какому выводу уже пришёл «Центр». Кто, по их мнению, является нашим непосредственным куратором? Но боюсь, что узнать нам это не суждено. Равно, как и все другие версии и гипотезы, что уже формируются в умах тех, кто непосредственно занимается нашим делом и нашим отрядом. А жаль.

Что же касается ответа на полученную шифровку, то ответить, мы должны будем либо через двое суток на запланированном сеансе, либо завтра в дневном эфире по тому же дополнительному каналу.

Следовательно, время на раздумья у нас ещё будет. А пока нужно продолжать заниматься сборкой и восстановить дрон возрождающийся как Феникс из пепла.

Вдвоём дело пошло быстрее. Лазутин прикручивал моторы к лучам-направляющим, я подсоединял разъёмы к контроллерам. Затем он фиксировал крепления, докручивал их при надобности, а я проверял надёжность. Каждый винт, каждый хомут, каждый зажим были нами проверены-перепроверены по три раза.

Работа шла в нормальном спокойном режиме, с перерывами на обед и чай. Однако где-то за час до ужина в лабораторию прибежал Ванюшка.

— Дядь Коль! Дядь Коль! Ты можешь к мамке подойти? — звонким голосом прокричал он.

— А что случилось? — вытер я руки об тряпицу.

— Мы там коробки со странными дронами откопали. Меня вот за тобой послали. Идёшь?

Я посмотрел на Лазутина и улыбнувшись скомандовал:

— Эдуард Алексеевич, откладывайте отвёртку в сторону — перерыв. Пойдемте, посмотрим, что там наши труженики-землекопы нашли.

А нашли они действительно странные и удивительные дроны.

Пять новеньких БПЛА были надёжно упакованы в противоударные коробки, а потому при произошедшей катастрофе не пострадали. Равно, как и ящики, в которых оказались продолговатые цилиндры, что лежали рядом.

— Во, блин, накаркали, — хмыкнул я, удивлённо рассматривая новинки.

— Кто? — не понял Сергей, выразив всеобщее удивление.

— Так «Центр», кто ж ещё…

— А что они накаркали?

— Так это ж они нам про драконов шифровку отправили. Или вы забыли?

— Не забыли, — удивлённо произнёс Кудрявцев и задал закономерный вопрос: — А причём тут накаркали? Причём тут драконы? Ничего не понимаю! Объясни!

— Да что тут понимать-то⁈ Вот этих самых драконов они нам и накаркали, — хмыкнул я и спросил: — Всё ещё не понимаете? — Столпившийся вокруг находок народ покачал в отрицании головами, и я принялся объяснять: — Тогда слушайте и смотрите. Что мы видим перед собой? Вам кажется, что это обычный дрон? Нет — не обычный. Это дрон, который атакует врага, и его инфраструктуру разбрызгивая горящий жидкий металл. Теперь понимаете, почему я вспомнил про драконов? А потому, что, если эта система окажется рабочей, — посмотрел на Аню и специально сделал акцент, — я помню, о чём мы говорили — на этом объекте, все дроны в рабочем состоянии. — Она согласно кивнула, и я продолжил. — Так вот, если дроны работают, то вскоре немцы воочию увидят, что такое капающий им на головы раскалённый термит и тогда легенды о драконах из мифов придут в этот мир и оживут.

Глава 5

Определение сущностей

Могилёв

Немецкий военный госпиталь в оккупированном Могилёве не мог вместить всех раненых, которых везли и везли из окрестностей тылового Согравска. Морги были переполнены. Русские партизаны уничтожили более половины личного состава 286-го охранного полка. Его командир Эрих Вольф погиб под ударами бомб и мин. Кроме обычных солдат погибли почти все командиры рот. Все, кроме одного — командира третьей роты лейтенанта Курта Брауна.

В который уже раз, находясь в ста километрах от линии фронта, он был серьёзно ранен. Ранения были множественные, и сейчас всё его тело было перемотано бинтами после изматывающих операций. От них он ещё не отошёл, а потому лёжа на койке с удивлением и даже страхом смотрел на подошедшего к нему человека в чёрной форме. О том, что с ним хочет поговорить какой-то высокий чин из СС, он узнал буквально минуту назад. Именно тогда к нему подбежал доктор и узнав о самочувствии сообщил, о визитёре. Разумеется, его мнения, готов ли он принять посетителя или нет, никто спрашивать не собирался, ведь он был обычным лейтенантом. Его просто проинформировали о том, что будет прямо сейчас и ушли. А вскоре появился тот, кто излучал уверенность, силу и власть.

— Итак, Курт, начнём. Меня вам представили?

— Нет, господин оберштурмбанфюрер, — сориентировался Браун по знакам отличия.

— Моё имя Карл Отто Бильдерлинг, — представился тот. — А теперь скажите: вы догадались, где я работаю?

Брауна как человека военного несколько удивило, что незнакомец сказал, что он именно работает, а не несёт службу. Но Курт не стал обращать на это внимание, а озвучил очевидное:

— СС…

— А конкретнее? — хмыкнул подполковник и, видя замешательство раненого, решил помочь. — Вы разве не догадываетесь, какая именно структура могла вами заинтересоваться?

Лейтенант вновь замялся, не понимая, куда клонит эсэсовец и, покачав полностью обмотанной бинтами головой, тихо прошептал:

— Никак нет, господин оберштурмбанфюрер.

— Хорошо. Я вам помогу. Я работаю в недавно созданном Институте военных исследований. Слышали о таком?

— Нет.

Посетитель холодно и натужно улыбнулся и с ноткой обыденности сказал:

— Эта недавно созданная структура, включает в себя части другой реорганизованной структуры. Возможно, о ней вы слышали: — Эсэсовец чуть подался вперёд и негромко сквозь зубы процедил: — «Аненербе».

Браун сглотнул. О столь странной и даже мистической структуре, о которой ходило множество слухов он, конечно же, слышал. Эта организация занималась многим — от эзотерики до теории рас. В 1936 году Гитлеру не понравилось, что общество больше занимается мифами, чем реальными исследованиями, и оно было влито в состав СС, которое тогда возглавлял и сейчас возглавляет Генрих Гиммлер. Ему, в отличие от фюрера, импонировали идеи «Аненербе», и он очень быстро подмял всю организацию под себя, сместив тогдашнего руководителя Вюста после чего стал её президентом.

«Аненербе» — немецкое общество по изучению древней германской истории и наследию предков, занималось, в том числе и историческими исследованиями и организовывало научные экспедиции, целью которых было доказать превосходство немецкой или индо-немецкой расы над другими людьми.

Но кроме этого, организация занималась экспедициями и попытками найти оружие предков — оружие которое с лёгкостью может сокрушить любого врага. Вундерваффе — «чудо оружие» — должно было помочь немецкой армии в войне на два фронта. И его искали во