многих частях мира. В том числе и для этого были организованны экспедиции в Скандинавию, на Ближний Восток, в Исландию, Боливию, Тибет и даже на Канарские острова.

И вот сейчас, перед обычным немецким лейтенантом, который лишь по случайности уцелел после очередного налёта русских, находился один из тех, кто непосредственно был в курсе многих тайн Третьего рейха.

Оберштурмбанфюрер подождал пока лейтенант придёт в себя и соберётся с мыслями, а потом произнёс:

— Теперь, после того как я вам назвал место своей работы, вы догадываетесь почему я здесь?

— Кажется — да. Вы тут из-за летающих объектов, что атакуют наши войска, — прошептал Браун.

— Да! Да! Тысячу раз — да! — неожиданно закричал Бильдерлинг. — Я тут именно из-за них — «антигравов» — если они созданы руками людей, или из-за живых летающих созданий, что стоят на службе у советов! — огорошил он раненого. Потом немного успокоился, присел на стул, что стоял рядом и спросил: — А вы сами, Курт, к какому мнению пришли после знакомства с ними?

— Э-э, с кем? — не понял Браун.

— Ну разумеется с теми, кто летает в небе! — поморщился эсэсовец. — Что это по-вашему? Кто на вас постоянно нападает? Кто уничтожил вашу роту и ваш полк?

— Я… я не знаю… Нам, ни разу чётко не удалось рассмотреть эти объекты. Мы не знаем, что это, как оно выглядит и как называется. Также мы не смогли понять — живые эти пятна или нет.

— Но ведь это нечто, оно ведь не было самолётами?

— Нет.

— Почему вы так в этом уверенны? Вы ведь сказали, что ничего подробно рассмотреть не смогли.

— Потому что самолёты так не летают. Эти тени, они почти мгновенно меняют траекторию полёта. При этом жужжат словно бы механизмы, но у них нет никаких винтов. Но, с другой стороны, зачастую они ведут себя как живые и их жужжание иногда больше похоже на визг какого-то ужасного хищника. Кое-кто из моих подчинённых видел, что они будто бы…

— Машут крыльями на фоне звёзд, — закончил за него подполковник.

— Да. Признаюсь, мне тоже так однажды показалось, — вздохнул Браун вспоминая ужасные минуты, когда лежал весь израненный под завалом из горящих и дымящихся брёвен, что остались от избы, и, сквозь застилающую глаза кровь, видел в тёмном небе мечущееся нечто что неистово сбрасывало мины на его солдат.

— Про крылья говорят почти все, кому суждено было выжить при встрече с ними. И хотя выживших немного, но они есть и смогли дать показания!

Браун, видя, что визави сейчас находится в довольно хорошем нестроении, набрался смелости и умоляюще спросил:

— Но что это, господин оберштурмбанфюрер? Вы знаете? Скажите, прошу вас!

Его разбирало любопытство, но одновременно с этим бросало в дрожь от мысли, что ещё хоть когда-то, хоть раз в жизни ему доведётся быть под ударами невидимого противника и пережить тот страх, что он пережил.

Сотрудник зловещей организации задумался, словно взвешивая, имеет ли смысл делиться информацией с низшим чином, а потом, вероятно решив, что никакого вреда от этого не будет, неторопливо проговорил:

— Скажу честно, Курт, к определённому мнению мы пока не пришли. Но возможно мы имеем дело действительно не с механизмами, а с птенцами дракона.

— Не может быть! — обомлел лейтенант.

Бильдерлинг усмехнулся.

— Вам ли не верить в тех с кем вы не раз сталкивались воочию? Драконы — повелители мира, которых русским удалось пробудить, версия невероятная, но пренебрегать при таком количестве свидетельств, мы ею не должны! И если это правда драконы, и они на их стороне, то нужно понять и принять простую истину — дракона может победить только дракон! Или, — тут он посмотрел на лейтенанта и улыбнулся, — драконоборец. Дракона у нас нет, — продолжил размышлять эсэсовец. — А что у нас с драконоборцем? — Он пристально посмотрел в глаза Брауну и, прищурившись, спросил: — Может быть, это вы? Ведь как я вижу именно вы — притягиваете дракона и всякий раз выживаете при этом. Значит сражаться с ним — это ваша судьба!

— Но драконы же — сказки!

— Хорошо, — легко согласился человек в чёрной форме и оскалился: — Если не хотите считать те летающее существа драконами — ваше дело. Можете не считать. Считайте их теми же антигравами — то есть механизмами, левитирующими, не обращая внимание на гравитацию Земли. Но невзирая на ваше мнение, с поимкой этой сущности или механизма, поможете нам именно вы!

От таких слов лейтенант аж дышать перестал. В голове его завертелись не весёлые — совсем не весёлые мысли:

«Какой кошмар! Какой ужас! Кажется — я влип! Кажется — этот сумасшедший фанатик собрался меня окончательно угробить! Кажется это всё! О боги подземного мира, помогите мне выбраться из этой западни! Получив очередные ранения, я думал, что меня оставят в покое и отправят на лечение домой в Германию! А теперь — что? Что меня ждёт теперь?»

Оберштурмбанфюрер же словно бы прочитал его мысли, усмехнулся и успокаивающе произнёс:

— Не волнуйтесь вы так. Никто не собирается отправлять вас на бой с этими драконами или антигравами прямо сейчас. Вначале окрепнете, подлечитесь, а уже потом, через дня три можно и на охоту…

— Дня три? Да я весь израненный! На мне же места живого нет! — изо всех сил захрипел Браун. На его глаза накатывали слёзы.

— Да не волнуйтесь вы! Я с врачами поговорил. Они вас вылечат настолько насколько это возможно, и вы войдёте в состав группы поиска. Уверяю вас, что мне сказали вы обязательно встанете на ноги. А если нет, то вас будут перевозить на кресле.

— О какой группе поиска вы говорите? — прохрипел лейтенант, понимая, что всё уже давно решено и от него ничего не зависит.

Бильдерлинг пояснил:

— Это специально созданный отряд, что будет вооружен всеми современными видами вооружения, прожекторами, зенитными пулемётами и пушками, радарами и в его подчинении будут даже самолёты. Ваша цель — найти, приманить и захватить дракона или то летающее устройство, которое мы условно называем антигравом.

— Но с чего вы взяли, что у нас получится?

— Обязательно получится! Обязательно! — вскричал тот, вскочив на ноги. — Не может не получится! Тем более у нас кажется есть тот, кто не так как вы — ментально связаны с этими драконами,