нужны, нашими луками даже и лучше их бить. Уже там, на подходе, настрой с них слетит, когда кровь возьмём.

— Эх, ещё бы угандийцы поспели, — произнёс командир нарвских пешцев. — Даже в те же болота их выставить, чтобы своих из сотен не отвлекать. Не слышно ничего, идут хоть к нам они?

— Вот же при вас Доброслава к нему посылал, — кивнул на своего заместителя Онни. — А ну расскажи всем.

— С Айгаром виделся, — доложился тот. — Помощь свою он обещал, но говорит, что людей не так-то просто сейчас собрать. Многие в лесные селища с долей добычи ушли, кто-то в работах на Юрьевской крепости. Гонцов при мне разослал по своим городищам, а я уж ждать не стал, обратно поспешил.

— Значит, на союзных эстов нам надёжи никакой нет, сами будем отбиваться, — сделал вывод Семён Васильевич. — Это когда они ещё соберутся, и соберутся ли вообще…

— Кто-то на сухом месте будет сидеть, а нам опять в трясину лезть, — проворчал, щупая слегой густую жижу, Некрас. — Вот что за судьбинушка такая во владеньях водяного воевать?

— Чего ты тут-то бухтишь, старый ты пень?! — воскликнул напарник. — Там бы, в становище, и сказал сотнику, чтоб не посылал. Слушай теперь тебя, заноза.

— Ты рот-то громко особо не разевай, Федька! — буркнул дядька. — Молод ещё на меня покрикивать, да и лес шума не любит. Хоть он даже и заливной, с болотиной, а всё одно шёпотом лучше в ём говорить. Вон он, глянь, тот самый островок, у которого мы в прошлый раз бегущих лесовинов прищучили. На нём и засядем, никто мимо просто так не пройдёт, а нам чуть посуше на горбушке будет.

Ратники, промерив шестами путь, подошли к небольшому, поросшему чахлыми деревцами и кустарником островку. Забравшись на самое высокое место, огляделись. Перед ними расстилалась большая трясина, но именно тут пару седмиц назад и пробирался бегущий в сторону крепости Феллин десяток от разбитого у Педьи вражеского войска. Поглядев на топь, Фёдор передёрнул плечами и, скинув с головы войлочную шапку, перекрестился.

— Ты чего? — покосился на него Некрас.

— Да как представлю, что тут, совсем рядом, в трясине все те лежат, — прошептал тот. — Не по себе как-то становится.

— Это да-а, жу-утко, — согласился напарник. — А ведь нам всю ночь тут придётся сидеть. Сегодня, сказали, точно никого не будет. Похоже, с утра находники от крепости в нашу сторону двинутся, а значит, после полудня их ждать. А может, и вовсе не полезет никто в болото. Чего им в него лезть, когда у них ещё и сухой, хороший путь есть?

— Ну не зна-аю, сотник говорит, что могут, — пожав плечами, промолвил Фёдор. — Чтобы хоть нашим за спину зайти. Так что глядим, не зря же десять пар в болотине выставили, хотя воев и так мало. Опасается начальство. Ну что, вощанку расстилаем, и дальше по очереди глядим?

— Давай, — согласился Некрас, доставая со спины заплечный мешок и тугую скатку.

Через минуту пропитанная воском плотная материя была расстелена на влажном мху, и уже на ней сверху разместились сами ратники. Пожевав вяленого мяса с сухарями, запили еду водой из фляги и смазали тетивы луков особым защитным варом. Некрас накрыл себя сверху второй разложенной скаткой и, свернувшись калачиком, засопел. Фёдор положил около себя на полог сигнальный рог и лук со стрелами и превратился в слух, стараясь уловить малейшие звуки.

Потянулись долгие часы ожидания посреди болота. Так же, как Фёдор и Некрас, сидели на своих постах два десятка ратников их ополченческой нарвской сотни.

За спиной у стоящего на лесной опушке отряда небо начало светлеть, а вскоре глазу открылась большая поляна с проходящей по ней дорогой. По левую руку от неё виднелась покрытая высокой травой болотина, по правую — заросшее кустарником и петляющее русло реки.

— Жарко сегодня будет, — поглядев на всходящий оранжевый диск, произнёс Селиван. — Вона какое солнце, и небо с ночи чистое, не облачка.

— Это да, и роса обильная, — согласился с ним Крива. — Умыться к ручью ходил, ноги по колено мокрые от травы. Ну как там, Славко, ничего на дороге не видать?

— Не-ет, — откликнулся сидящий на дереве наблюдатель, — тихо всё. Так-то развиднелось хорошо, если что — загодя угляжу.

Командующий отрядом всякое движение с разведением костров запретил, и вои перекусывали, затаившись в зарослях, всухомятку.

— У болотины птицы множество, ночной обход делали с Вавилом, прямо из-под ног выпархивали, — рассказывал Мирко. — Я чуть было одну рукой не схватил.

— Да-а, сейчас бы костер развести, уху из утки сварить, или того же гуся запечь в углях, — размечтался Лузга. — Птица сейчас ох какая скусная, отгнездилась, жирок для перелёта набирает.

— Корней Агапыч даст тебе «костёр», — Селиван хмыкнул. — Забудь, паря, пока энтих находников не отгоним, так и будем сушину жевать.

— Так уж скорей бы отогнать, — проворчал Лузга. — Сколько у крепости в сырых лесах ползали, таясь, а к себе пришли, два раза только горячее поели — и опять на сухомятку.

— Ну а что тут поделать, в пластунах оно так, — заметил десятник. — Никто тебя в них ведь не гнал. Может, хочешь обратно в пешцы перейти? А то я Семёна Васильевича спрошу?

— Не-не-не, — замотал головой молодой пластун. — Я же просто так, Пяткович. Куда я от своего десятка? Да и скучно мне в пешцах, тут оно в пластунах гораздо интересней.

Время тянулось медленно. Солнце подбиралось к зениту, показывая, что совсем скоро будет полдень. Никакого движения на дороге с запада всё ещё не было, и воины, ожидая, негромко переговаривались. Пару раз назначенные командиром отходили к привязанным неподалёку коням и переставляли их на свежую, не выщипанную траву. Наконец, наблюдавший с дерева Славко выкрикнул, что видит всадника.

— Тревога! — рявкнул десятник. — Беляк во весь опор несётся! Видать, враг по дороге пошёл!

К опушке подлетел всадник и, остановившись, вздыбил коня.

— Корней Агапыч, две сотни передовыми идут! — доложил он выскочившему из кустов командиру взвода. — За ними ещё следом тянутся, но где-то в версте от головных. Сколько всех, посчитать никак невозможно. По виду они из балтских, на немцев совсем не похожи. К старшинам я доложиться, а скоро и Якун к вам подскочит!

— Лети! — махнул ему рукой Корней, и всадник, пригнувшись, понёсся по дороге. — Огляделись вокруг, ребятки, потоптались, где надо кусты надломили, чтобы стрелу не мешали метать! — крикнул, оглядывая воинов, взводный. — Сейчас Якун ещё подскачет, а значит, совсем близко уже неприятель. Ждём пока, братцы!

— Вишь, как хорошо, что мы давеча коней с собой прихватили, — Вавила толкнул локтем Селивана. — Вона как пригодились! И