самоуверенной, но фокус в том, что мне нечего терять. Я прожила бурную жизнь и готовилась уходить на небо, когда заявился этот сомнительный божок со своим сомнительным заданием.

Так что терять мне нечего. Жить пленницей я не собираюсь и твердо намерена осуществить все свои смелые планы. Благо пресса в Дургаре развита хорошо — у них есть как солидные издания, так и бульварные газетенки.

Кухня находится довольно быстро, я узнаю ее по запахам и шуму. Проскальзываю в помещение, оборудованное огромными артефактами для приготовления еды. Они похожи на газовые печи, но поверхность подогревается при помощи магии.

Кстати, газеты дали много информации о повседневной жизни и быте Дургара. Они активно используют магию как сырье. Она греет, освещает, приводит в движение автомобили и поезда. Только летательных аппаратов у них нет — небо драконам надежно закрыли.

Стены в кухне кирпичные, мебель из светлого дерева, вокруг мраморные "острова", белоснежные раковины и холодильные камеры, обшитые все тем же деревом.

Мир Дургара я бы назвала "винтажным".

Впрочем, на кухне все же имеется старинный камин, в котором весело потрескивают дрова.

Я двигаюсь несмело, не знаю — вдруг прогонят?

Но повара слишком заняты делами, а вот старушка у камина, оторвавшись от вязания, вскидывает на меня глаза.

— Можно присесть? — спрашиваю я, действуя инстинктивно, на авось.

— Садитесь, — улыбается женщина и мне вдруг чудится, что она знает, кто я. — Желаете горячего чаю?

— Не откажусь, — отвечаю, возвращаясь к роли Мари.

— Я попрошу принести кекс.

Киваю и улыбаюсь.

Мой план прост. Если меня не обнаружат и не перекроют возможность ходить на кухню, я отыщу служебные выходы из дворца.

Мне жизненно необходимо попасть в город. Да, я все еще надеюсь на успех, хоть и дико рискую, но выбора-то нет.

Божок сказал: потом устраивай свое будущее, как захочешь. Вот я и кручусь, а газеты дали понять, что Дургар империя цивилизованная, очень похожа на наш двадцатый век... только с драконами.

Раса эта малочисленная, но мощная. Драконы, даже в человеческой ипостаси, в десять раз сильнее человека и обладают мгновенной регенерацией.

Старушка откладывает вязание и, встав с кресла, направляется к одному из "островов", а в кухню заносится паренек лет пятнадцати.

— Да не брал я эти часы! — кричит он возмущенно.

Вслед за ним врывается смуглая темноволосая мегера, затянутая в черное шерстяное платье.

— Кого волнует правда? Сенешаль приказал найти и наказать преступника, — кричит она, разрываясь от злобы.

— Я не преступник, мисс Крок, пощадите.

— Комнаты слуг обыскали, мерзкий мальчишка, и у тебя нашли цепочку от тех часов, — мисс Крок достает из кармана цепочку и тычет ею в лицо мальчика.

Повара и слуги продолжают суетиться и, спрятав глаза, не вмешиваются в скандал. А мальчишка чуть не плачет, пытаясь хоть как-то оправдаться:

— Я знаю, кто взял часы сенешаля...

— Ты взял. И успел толкнуть их на черном рынке, негодяй!

— Нет... Я...

— Сенешаль милостив и за подлую кражу у тебя всего лишь вычтут зарплату за три месяца.

— Но у меня же больная мать... — потерянно шепчет парень. Его лицо вмиг теряет цвет и он покачивается. Опирается ладонью о стол.

Старушка, вставшая налить нам чаю, закрывает рот рукой. А мисс Крок бросает ей с издевкой:

— Вы были няней императора и вот какого внука вырастили. Он сформировавшийся вор. Позор на ваши седые волосы, миссис Лойд.

— Я поговорю с императором, — возражает женщина, но мымра остеревенело трясет указательным пальцем.

— Бесполезно. В комнате вашего внука нашли цепочку от часов сенешаля. Уверена, если покопаться в делах мелкого мерзавца, можно отыскать много чего любопытного. А вы бы постыдились беспокоить императора по таким незначительным вопросам, миссис Лойд.

— Моя мать погибнет без лекарств, — мотает головой мальчишка. — И бабушка... Она всю жизнь служит императорской семье!

— Вот и начинайте искать другую работу. За три месяца найдете. А для больных, как твоя мать, существуют государственные больницы.

Старушка опускает голову, не в состоянии бороться с вышестоящими. А мисс Крок вдруг замечает меня и вздрагивает. Ее маленькие глаза суживаются, пока она пытается понять, что за девица сидит у камина.

Боже, и что мне делать? Сохранить инкогнито и ускользнуть, или заступиться за мальчика?

11.

Я ненавижу несправедливость. Всегда ненавидела, хоть и понимала, что в мире это обычная вещь, с которой бороться себе дороже.

Казалось бы, сиди себе и смотри в пол. Зачем рисковать и подставляться, спасая чужую семью?

Косо поглядываю на мальчика, который стоит убитый и потерянный. Перевожу взгляд на его бабушку, что вдруг сгорбилась и постарела на десяток лет.

— Вы ведь получаете солидную пенсию, назначенную еще прежним императором? — мисс Крок ухмыляется. — Так ведь, миссис Лойд? Думаю, сенешаль добьется ее отмены.

Я встаю и тихонько пробираюсь к дверям, не раскрывая свое инкогнито.

По возможности пытаюсь анализировать ситуацию. Такая злоба не могла родиться на пустом месте и няню императора травят вполне целенаправленно. Поэтому действовать необходимо предельно осторожно.

Буквально спиной ощущаю, что Крок смотрит мне вслед, но я семеню ногами и делаю вид, что рассматриваю обстановку.

Нужно найти Эдриана. Черт! Мы с ним так плохо расстались. С каким лицом я должна предстать перед мужем после его приказа: сгинь и не попадайся мне на глаза.

Но когда подобные слова останавливали истинных журналистов?

Я прохожу мимо охраны, понатыканной на каждом углу, с милой и стеснительной улыбкой. А сама мучительно раздумываю над тем, как получить аудиенцию у императора.

Здравый смысл подсказывает, что мне откажут, особенно, если мой венценосный супруг занят государственными делами.

По ходу дела я изучаю дворец, запоминаю его переходы и коридоры. Думаю, что разумнее всего обратиться к своей камеристке, а она посоветует, как переговорить с императором.

Решив обратиться к камеристке, я меняю путь и понимаю, что короче будет пройти через зимние сады. Их тут много и все наполнены буйными цветами и ароматами лета.

Я поправляю чуть взлохмаченную косу и поворачиваю в нужный коридор, где неожиданно сталкиваюсь с высоким пожилым мужчиной в красном форменном костюме.

Увидев меня, он иронично приподнимает брови.

— Изволили выйти погулять, ваше величество? — спрашивает вроде бы вежливо, но в каждой нотке я улавливаю яд. — Как вам понравились приставленные мной служанки? А охрана?

Кажется, это и есть сенешаль. А присланные им слуги и стражники, получается, шпионы?

Ох, не нравится мне старик. И еще эта история с часами тревожит, подключая интуицию, а она меня редко подводит.

— Я ищу супруга, — грустно вздыхаю и кручу кончик косы. Кажется, обращаться к камеристке уже нет смысла.

Снова вздыхаю и смотрю