казалось ещё пару дней назад, деревья покрывались кронами шелестящих зелёных листьев. За ноги хватала длинная трава, соперничавшая с лианами и лозами. Всего на пару дней проливных дождей, обрушившихся на Домабланку и весь Кого, город сменил окраску, из жёлтого став зелёным.

- Сколько раз торчали мы под таким дождём, а? – спросил я у Миллера.

Мы сидели уже не в кафе «У Рика», а в небольшом домике, который занимал штаб «Солдат без границ». Серьёзный разговор вести смысла не было, мы ждали новостей от Бомона и Оцелотти.

- Траншеи под Недревом заливало семь или восемь месяцев в году, - кивнул он, - да и потом было не сильно лучше. Что на юге Арики, что на островах, где угодно. Отчего-то война идёт в таких местах, где погода всегда редкостное дерьмо.

- Может, потому тут и не могут жить нормально, - предположил я. Не знаю уж с чего меня потянуло на философские разговоры, - климат не позволяет.

Тут дверь открылась, но вместо кого-то из наших на пороге оказался среднего роста немолодой чернокожий человек в промокшем, несмотря на накидку костюме и совершенно не вяжущейся с ним шапочке из шкуры леопарда. Мне прежде не доводилось видеть его, но именно по этой шапочке я узнал лидера восставшего Кого, чьё имя мог правильно выговорить только Миллер.

- Баас Нгбенду, - приветствовал его Бенедикт, не поднимаясь. Инвалидность позволяла ему пренебрегать многими правилами приличия. – Ваш внезапный визит всегда честь для нас.

- Называйте меня Жозеф, - ответил тот, проходя и без церемоний садясь на свободный стул. Кресел в комнате не было. – Вашему командиру будет непросто выговорить моё полное имя, да и обращение баас теперь не в чести, как и сеньор. Лучше всего называйте меня гражданин Жозеф, так будет точнее всего.

- И что привело вас к нам? – поинтересовался Миллер. – Да ещё и так внезапно.

Я предпочёл сидеть молча и не отсвечивать лишний раз, чтобы лидер повстанцев и фактический глава полупризнанного государства Кого, не обратил на меня внимания. Но не тут-то было.

- Хотел своими глазами увидеть легендарного наёмника и террориста номер один, - усмехнулся гражданин Жозеф.

- Вы знали с кем имеете дело, - ледяным голосом произнёс Миллер, но Жозеф остановил его взмахом руки.

- Нет-нет, - сказал он, - никаких претензий к вам нет. Я лишь рад, что лучший наёмник Эрды наконец, спустя столько лет, возглавил своих людей. Надеюсь, это позволит добиться коренного перелома в нашей затянувшейся борьбе с колонизаторами.

- Пока нам нужно решить несколько проблем в тылу, - осторожно произнёс я, выдавать сведения, полученные от Дюкетта, Жозефу не очень хотелось, с другой стороны, помощь лидера государства в нашей затянувшейся вендетте с Онслоу будет весьма полезна.

- Какого рода? – тут же заинтересовался он.

Я рассказал ему об угрозе со стороны оружейного магната, умолчав, само собой, об их источнике. Жозеф интересоваться им и не стал, понимал, если не говорю сразу, значит, и на вопрос не отвечу или же солгу.

- В Домабланке дела Онслоу ведёт некто Кхару Пайтон, - сообщил он мне то, что я и так знаю. – Его подозревали в связах с «Флешас», их агенты точно к нему подбирались и вели беседы, однако уверен, Пайтон с ними никаких дел не имеет. Он курирует поставки оружия из Зоны имперских колоний, следит, чтобы там ничего не пропало по дороге.

- Онслоу не доверяет своим торговым партнёрам, - удивился, кажется, даже не слишком наигранно, я.

- Здесь Афра, - усмехнулся Жозеф, - здесь все всем не доверяют, иначе очень скоро проснёшься либо с мачете в затылке, либо с пулей в нём же. Отсутствие прямого контроля у нас воспринимается как слабость, а слабых едят. Кое-где до сих пор в прямом смысле этого слова. И, к слову, о контроле, я приехал к вам не только из праздного любопытства. К нам едет ревизор из Имперских колоний.

- Ревизор? – приподнял бровь я.

- Именно ревизор, - кивнул Жозеф. – После разгрома и выдворения из Кого «Диких гусей» война застопорилась на несколько лет. Вы держите линию фронта в считанных сотнях миль от Нейпира, но полуостров Носорожий рог и сама крепость всё ещё в руках веспанцев и их союзников. Война свелась к стычкам на линии фронта и партизанским вылазкам, и так на протяжении нескольких лет. Это не нравится тем, кто оплачивает ваши услуги, граждане наёмники, и, надеюсь, с вашим прибытием что-то изменится.

Жозеф весьма выразительно глянул в мою сторону.

- Мы готовим прорыв линии фронта, - заявил я. – В ближайшие десять дней начнётся наступление.

- Будете атаковать во время зелёного чудовища? – кажется, сейчас Жозеф глянул на меня как на полоумного.

- Зелёного чудовища? – совершенно искренне не понял его я.

- Так называют первый месяц сезона дождей, - пояснил Миллер. – Всё идёт в рост, дороги пропадают – их либо размывает, либо они зарастают быстрее, чем их успевают чистить. К тому же местная агрессивная фауна выходит на охоту, и отбиться от неё есть шансы лишь у сильных отрядов.

- Идеальное время для большого наступления, - кивнул я, и увидел во взгляде Жозефа удивление и какое-то даже восхищение моим безумием, - как раз когда тебя никто не ждёт. Сколько вы готовы дать мне людей?

- Не понимаю вас, - покачал головой Жозеф.

- Сколько патриотов своей родины готовы отправиться с нами, чтобы окончательно изгнать подлых поработителей со своей земли?

- Вот это риторика, - изобразил аплодисменты Жозеф, - словно передо мной подлинный пламенный революционер.

- Знаете сколько раз я встречался с такого рода риторикой, особенно, когда у меня просили скидку.

В ответ Жозеф впервые искренне рассмеялся. Смех у него был каким-то гавкающим, словно у гиены, и очень неприятным.

- Это станет весьма неприятным сюрпризом для генералов де Рибейры и Наварра, - отсмеявшись, высказался Жозеф. – У вас все шансы застать их со спущенными штанами.

- Мой любимый приём, - кивнул я.

- Давно никто меня так не веселил, друзья мои, - перешёл на почти панибратский тон Жозеф, прежде чем откланяться, - искренне рад, что мой визит оказался приятен и вам и мне. А теперь, прошу простить, дела зовут, пора возвращаться в Моанду, пока там против меня не состряпали очередной заговор.

Он рассмеялся, и мы с Миллером вежливо усмехнулись в