я ошибся тогда, - пожал плечами я, - посчитал себя слишком крутым, и расслабился. Не ожидал удара от Онслоу. Теперь надо покончить с угрозой, сам Онслоу для нас недосягаем. Не теперь.

Миллер с Оцелотти кивнули. Неприятно, но факт – в лучшие времена я мог грозить Онслоу через его агентов, говоря, что вендетта дорого обойдётся нам обоим. Сейчас от «Солдат без границ» осталась лишь тень, мои люди гибнут каждый день в африйском аду, мощь же концерна Онслоу вряд ли пошла на спад за эти годы. А ведь ещё несколько недель назад я сидел в считанных футах от самого Онслоу, и мог запросто прикончить его – ни Корморан, ни Корвдейл не смогли (да попросту не успели бы) мне помешать.

- Ну, мы ему дали по зубам, прикончив Корморана, - напомнил Оцелотти, - тот был его правой рукой, и Онслоу многого лишился вместе с ним. К примеру, своего человека среди военных, а это много.

Возможно, Адам прав, не знаю. Отставной майор «буревестников» был ключом ко многим дверям, закрытым для штатского, что критично для того дела, которым занимался Онслоу. Вот только концерн слишком силён, чтобы гибель одного человека, пускай и столь важного, могла подорвать его могущество.

- Нам надо заставить его форсировать события, - решил я. – Действовать быстрее и без нужной подготовки. Поэтому к прорыву будем готовиться открыто, пускай об этом даже в Нейпире знают. Сколько тебе нужно времени, чтобы собрать людей в кулак и выдвинуться на север?

- Неделя, полторы максимум, - ответил Миллер.

- Пять дней, Бен, - отрезал я. – Через пять дней мы должны покинуть Домабланку, а через десять, атаковать веспов и розалю на линии соприкосновения.

- Узнаю твой стиль, командир, - усмехнулся Миллер. – Нереальные сроки и задачи. Это по-нашему.

Он тяжело поднялся, опираясь на костыль.

- Пойду выполнять приказ.

Козырнув двумя пальцами, Миллер зашагал к выходу и кафе. С каждым шагом его походка становилась энергичней, а спина выпрямлялась. Миллеру давно надоело сидеть в Кого и ждать непонятно чего, теперь же у него был приказ, и он готов его выполнить. Для нас, солдат, определённость в жизни, пожалуй, важнее всего, именно за этим люди и идут в армию.

- Найди Бомона, - сказал я Оцелотти. Тот сидел за столом, потягивая холодное пиво, - пускай сегодня или завтра утром организует мне встречу с Пайтоном. Нужно вытрясти из этого ублюдка всё, что он знает.

- Думаешь, именно он стоит за делишками Онслоу в Кого? – допивая пиво, поинтересовался Адам, прежде чем подняться на ноги.

- Если и не он лично, то такой проныра, как Пайтон точно должен знать, кто именно занимается нашим уничтожением.

Адам кивнул, вытер усы и подбородок, и вышел следом за Миллером.

Я тоже не задержался за столиком, но из кафе уходить не спешил. Мне нужно было переговорить ещё с одним человеком.

Я подошёл к стойке бара, расплатившись за всех, и поинтересовался у бармена, где сейчас сам Рик Богарт.

- Странный вопрос, сеньор, - свернул белоснежными зубами, особенно ярко выделяющимися на фоне его чёрной как смоль кожи, бармен, - конечно же, за своим персональным столиком.

Он указал на место в углу, отделённое от остальных небольшим пустым пространством. Сидел там один человек в светлом летнем костюме. Что интересно, стул, на котором он расположился, был единственным, стоявшим у этого столика. Ну да я человек не гордый, взял себе один из-за соседнего, благо в этот день в кафе было достаточно свободных мест.

- Вам не показалось, что отсутствие стульев за моим столом, намекает на то, что я никого не желаю видеть, - выдал вместо приветствия Богарт стоило мне только подойти к его столику.

- Оставьте, мистер Богарт, - усмехнулся я, безцеремонно усаживаясь прямо напротив него, - это же Домабланка. Здесь все приходят к Рику.

- И с чем вы пожаловали? – Он глянул на меня с отменным равнодушием, сделав глоток виски.

В его стакане приятно постукивали кубики льда. Без толики магии тут явно не обошлось, Рик цедит стакан мелкими глоточками, а стенки его всё ещё запотевшие, да и кубики льда выглядят так, словно их только что опустили в виски. В такой жаре и духоте, что стояла в кафе, лёд давно должен был растаять.

Я жестом указал бармену налить мне того же, но Богарт покачал головой.

- Не стоит, - сказал он. – Вам нальют местную мочу под видом виски, это, - он покачал стакан в руке отчего кубики льда снова зазвенели, - из моих личных запасов, и я им ни с кем не делюсь.

- Верный подход, - кивнул я, но всё же взял у подошедшей официантки стакан виски с парой уже начинающих таять кубиков льда, и положил на поднос пару гномьих кредитов, расплатившись сразу. Задерживаться в кафе дольше необходимого я не собирался. – У меня к вам небольшое и довольно несложное дело, нужно всего лишь отправить телеграмму.

- Отправляйтесь на почтамт, там есть станция телеграфа, - посоветовал мне Рик.

- Если бы всё было так просто, - усмехнулся я, - то я бы уж точно не пришёл к вам. Нужно найти аппарат для приёма за пределами цивилизованного мира, в районе Архипелага.

- Разве там остались телеграфные станции? – удивился тот. – Всем известно, что самый крупный остров контролируют пираты-обдиратели, а на мелких вряд ли найдётся достаточно сильный приёмник.

- Разве это так важно, - глянул я ему прямо в глаза.

- Ничуть, - покачал головой он, - и даже не является ценообразующим фактором.

- Замечательно, - поднял я свой стакан, и Рик против моих ожиданий чокнулся со мной, - что мы так легко нашли взаимопонимание.

Я залпом выпил дрянной виски, почти не ощутив его сивушного вкуса. Рик продолжал смаковать свой из личных запасов. Я оставил его и дальше смаковать виски, и вышел из кафе. Дел было невпроворот, а времени, как обычно, в обрез.

Глава двадцатая. Разговоры под дождём

Я удивлялся, отчего Кого зовут зелёным адом, ведь в первые дни, что я провёл в Домабланке, он был скорее жёлтым от пыли. Однако стоило начаться сезону дождей, а это ближе к концу октября, как вся растительность, которую просто не замечал в засушливое время года, стремительно навёрстывала упущенное. Лозы и лианы пёрли непонятно откуда, опутывая здания. Засохшие, как