И какие гарантии, что после всего этого нас отпустят живыми? Как только хозяин «Славного кабачка» получит сокровища – для нас игра закончится полным поражением.

Возможно он инсценирует несчастный случай или вывезет нас и утопит где-то в болоте. Зачем ему лишние свидетели.

А ведь я никому не сказала про то, что нашла ключ. Даже Сильвиану. Получается, что Луиджио вообще не заподозрят ни в чем. Он так и останется соседом, которому приют должен денег.

У них было много времени, чтобы все как следует продумать.

Я медленно выдохнула и заставила себя успокоиться. Остается одно: хитрить. Тянуть время. Делать вид, что я сломалась и лихорадочно придумывать план спасения.

Я повернулась к решетке и сказала:

– Хорошо. Я согласна отдать вам ключ от сокровищницы в обмен на Пола и фамильяров.

Герберт замер, затем буквально подпрыгнул на лапках.

– Вот видите! – воскликнул он с облегчением. – Вы сразу мне понравились, такая разумная дама, с позволения сказать, умная и решительная. Побегу обрадую Луиджио!

Он сорвался с места и посеменил по коридору, а я воспользовалась этим мгновением. Сердце колотилось, но руки не дрожали – уже хорошо. Я сняла цепочку с шеи, быстрым движением вытащила ключ и спрятала его в манжете платья. Главное теперь не жестикулировать.

Успела я вовремя потому, что уже через секунду на кухне послышались тяжелые шаги Луиджио. Тучный хозяин «Славного кабачка» сиял от радости.

– Алиса, дорогая, – заговорил он почти ласково, – как же я рад, что вы оказались женщиной разумной. Знаете, я ведь не люблю проливать кровь. Хотя… – он пожал плечами, – был готов и к худшему.

– Где Пол? – перебила я.

– С удовольствием покажу, – кивнул он. – Но сначала мы немного… обезопасим ситуацию. Свяжем вам руки.

– Боитесь слабой женщины? – фыркнула я, изображая презрение.

– Нет, – Луиджио мерзко улыбнулся, потирая свой круглый живот, – Не люблю сюрпризы.

– Хорошо, – я гордо подняла подбородок. – Только сначала отведите меня в уборную. Со связанными руками я там не справлюсь.

Луиджио рассмеялся.

– Конечно, конечно. Я же не зверь. Но если это уловка, то знайте, я все предусмотрел. В туалете остался только туалет. Остальное я вынес на всякий случай.

Я сделала вид, что меня совсем не расстроила эта информация. В тайне я надеялась плеснуть ему в лицо чистящим порошком, который стоял там на полочке, но что ж.

– Туалетную бумагу хотя бы оставили? – съязвила я.

– Всенепременно…

Я сложила руки на груди и демонстративно не смотрела больше на своих пленителей. Луиджио отпер решетку и меня повели в маленькую уборную при кухне. Крошечное помещение – раковина, унитаз, крючок на стене.

Мой взгляд упал на рулон бумаги, висящий на тонкой проволочке. Хоть что-то. Я аккуратно сняла ее, скрутила в плотную спираль и сжала в ладони вместе с ключом. Затем для убедительности спустила воду и вышла.

– Это унизительно, – обронила я, вытягивая кулаки вперед, – Вяжите.

– Потерпите, – пожал плечами Луиджио, – это ненадолго.

Луиджио крепко связал мне руки веревкой, так, что запястья тутже начали затекать, но я промолчала. Сейчас главное добраться до Пола, а потом сбежать.

Меня повели в крыло с фамильярными, где в коридоре были выставлены вещи Фиалки. Видимо из ее комнаты сделали тюрьму для Пола.

Луиджио отпер дверь ключом и я увидела своего слугу, привязанного к стулу. Во рту торчал кляп, на скуле расплылся синяк, а белый ворот рубашки был в засохшей крови. Сердце болезненно сжалось.

– Пол… – вырвалось у меня.

Я бросилась к нему и обняла, насколько позволяли связанные руки. Слуга проморгался и принялся отчаянно мычать.

– Все хорошо, – сказала я быстро и уверенно, хотя внутри все дрожало. – Я отдам им ключ. Ты будешь свободен.

Пол замычал громче, бешено вращая глазами. Я незаметно вложила ему в ладонь ключ и проволоку.

– Ты цел? – спросила я громко. – Кивни, если цел.

Он кивнул. Едва заметно. Но кивнул.

– Все будет хорошо, – повторила я, уже тише и отстранилась, вглядываясь в лицо слуги. Понял ли он, что у меня