радио, тот же «Маяк». Чем больше людей захотят слушать ваши песни, тем чаще мы услышим вас по радио. А оттуда и до фирмы «Мелодия» не так далеко. И меняйте репертуар, песни должны быть только свои, — в этом плане Гуля подтвердила мои мысли.

— А как ты думаешь, есть ли будущее у музыки для дискотек?

— Не знаю, честно не знаю. Вам никто не даст устраивать левые дискотеки. А вот зарегистрировать их и записываться — это да, может получиться.

А утром я сел на поезд и полный грандиозных планов поехал домой.

— Ну, готов? Пошли к начальству, — выспавшись я направил свои стопы в филармонию, разбираться с бухгалтерией. Но меня перехватила Аванесова. Она потребовала полного отчёта, кто кому и сколько. Я имею в виду официальную часть. Не знаю, что ей доложил Аркаша, но она знает про Искакову.

— Так у тебя взяли интервью на республиканском канале? Искакова, интересно. Посиди здесь, — оставив меня любоваться токующими голубями на подоконнике своего кабинета, они стремительно вышла. Вернулась минут через двадцать, — пошли на ковёр, Сыздыкова требует пред свои очи.

— Тётенька, не надо. Я ничего не сделал, — заблажил я дурным голосом.

— Раньше надо было думать, — и Нателла Юрьевна весомо подтолкнула меня, — руки за спину, по сторонам не смотреть и думать, что скажешь начальству, — вернула она вслед.

Мария Ариповна сидит на своём троне и что-то пишет. Глянув на нас из-под очков, она отложила ручку:

— А, Дмитрий Анатольевич, проходите садитесь, — прям сама вежливость. Заместитель директора областной филармонии готова подорваться и придвинуть мой стул поближе к столу.

— Ну, рассказывайте. Нателла Юрьевна поведала, что скоро должна выйти передача о вашем ансамбле?

— Ну да, Гульжавар Тлеубековна обещала, что возможно выйдет в ближайшую субботу.

— Ну если Искакова обещала, значит выйдет, — получается, что Гулю знают в наших краях и не так она проста.

— Мы вот что подумали, ваш коллектив уже перерос заводской клуб. Пора вам переходить в профессиональную лигу. Предлагаю стать нашей штатной бригадой — влиться, так сказать, в наш коллектив. Вы на правах художественного руководителя, а ваше ребята как артисты филармонии.

Говорила она долго и в общем-то убедительно. Кроме официальной зарплаты у нас будут трудовые книжки, сейчас оная есть только у меня. Пойдёт трудовой стаж, нас включат в концертный план филармонии, будут оплачивать командировочные и всё как полагается. Появится возможность от имени филармонии участвовать в сборных концертах на престижных площадках крупных городов. Я смогу гордиться внушительной по меркам города официальной должностью худрука филармонии и даже можно будет встать в очередь на ведомственное жильё. Вроде в их планах начать строительство дома, где работникам искусства будут выделять квартиры. Бесплатно. Ну и не забывайте о прочих социальных пряниках, к примеру годовой отпуск и путёвки в санаторий.

Но есть и очевидные минусы, поэтому я поблагодарил и попросил возможность дать ответ позже, — нам нужно всё обговорить с коллективом. У меня три студента и они опасаются, что с переводом на заочное отделение их могут забрать в армию.

— Поговорите, жду вас послезавтра в 9.00.

Думал о предложении целый день. Лично я не так и много выигрываю. Я и так уже работаю на полную ставку. Но в заводском Дворце культуры. Наш заводящий Полежаев принимает от меня ежемесячную мзду в размере четвертака и закрывает глаза на мой график. Я могу не появляться на работе целыми днями. А уж клубный автобус работает больше всего на меня. Абсолютно ясно, что в филармонии свободы будет значительно меньше, усилится контроль за репертуаром и непонятно, как нас примет коллектив. И не надо забывать про парней и их стойкое нежелании идти служить Родине, — Дима, да не хотим мы убивать два, а то и три года на тупую шагистику.

Нелегкий вышел разговор — мы разделились на две почти равные группировки. Вот Вера очень обрадовалась предложению. В её ситуации, когда она не имеет возможности официально устроится, это реальный выход. Плюс мы неплохо зарабатываем на гастролях, а деньги девушке очень нужны. Александра тоже согласна. У неё какая-то странная работа. Папаша трудится в торговле и часто ездит в загранкомандировки. Отсюда и её крутые наряды. Мама работает в аптекоуправлении на руководящей должности. Туда же пристроили и доченьку. То есть Саша может спокойно уволиться и стать артисткой филармонии. Что ей, несомненно, льстит. Или же продолжать якобы работать при мамаше, которая будет её прикрывать.

А вот мои бравые хлопцы никак не хотят послужить Отечеству, отдав солдатский долг. И я не хочу, это практически одноходовка. Как только они перейдут на заочное обучение, то сразу получат повестку в ближайший призыв. Вот и приходится думать.

Если честно, у меня есть кадр, которого я ни за что не отдам. Это Верочка, её роль в коллективе трудно переценить. Любого другого я спокойно замещу. Но не Веру, это кроме того, что она единственный среди нас человек с высшим музыкальным образованием. Девушка виртуозно играет на синтезаторе, её реальный уровень значительно выше требуемого для этого инструмента. К тому же именно Вера доводит мои туманные задумки до окончательного варианта и перекладывает это на клавир. Именно ради Веры я подал заявление, так областная целиноградская филармония увеличилась на трёх человек. Остальные продолжают учиться и совмещать репетиции, благо пока что деканат идёт нам на встречу.

Порой я раздражаюсь на отсутствие элементарного сервиса в этой стране. Вот где это видано, чтобы человек не мог снять себе жильё? А тем более свободно купить за кровно заработанные деньги. После нашей единственной встречи с Олей прошёл месяц. И женщина наотрез отказывается встречаться у неё дома, — Димка, ты с ума сошёл. А если Юля нас застукает?

— И что? Мы что чем-то неприличным занимаемся? Или ты хочешь до конца жизни оберегать дочь от всего такого? Тогда сразу записывайся в монахини. Чего усложнять?

В итоге Оля пригласила меня к своей подруге, которая удачно легла в больницу на операцию. В результате два божественных вечера любви. Я любовался полураздетой женщиной, которая хлопотала на кухне, сооружая для нас перекус. Мы только что потратили океан калорий и я готов слона целиком съесть. А потом второй раунд и Оля торопливо собирается домой, как же доча голодная сидит и выглядывает маменьку в окошко. Пятнадцатилетняя девица не может себя прокормить, Оля немного перегибает палку в этом плане.

В