Здесь кустов не было, на землю подстилали лапник с деревьев, но он так легко не ломался. Я подошла к ещё сидящим у костра солдатам.

- Можно топорик взять? - указала на инструмент, воткнутый в брёвнышко.

- Свой надо иметь, - мне ответили поучительным тоном, но неясно, дали разрешение или нет. Ну и пёс с вами. Хотите быть сами по себе, флаг вам в руки. Одна, конечно, не попрусь, останусь с ними, но игнорировать окружающих можно и с моей стороны.

Кое как наломала лапника с помощью тяжёлого ножа. Всё-таки в поход отправлялась, взяла с собой некоторый набор туриста, но не ожидала, что потребуется рубить ветви. Нож после такого точно надо править и подтачивать.

На следующий день в очередной таверне хозяин оперативно, пусть и удивившись, собрал мой заказ пока все обедали. А чего ему не поторопиться, если клиент переплачивает втрое? Успела пристроить свёрток к остальной поклаже до отъезда. Если Лагрем с остальными и видели покупку, но виду не подали. Мои проблемы, что я там вожу, лишь бы продвижению не мешало. На гитару в полужёстком чехле тоже только молча косились. Сначала думала, может, на привалах поиграю, но с таким отношением достану только по прибытию.

...

- Перегнули, - прокомментировал один из солдат, глядя на мальчишку де Графа. Тот даже не пытался в этот раз подходить к общему костру, несмотря на то, что вечер выдался холодным. Он срезал дёрн в стороне и в ямке развёл собственный костерок. Откуда-то достал небольшой котелок, как раз на одного и поставил готовиться ужин.

Лагрем заметил днём, что он что-то купил в таверне, но не придал этому значения. Оказывается, мальчишка приобрёл топорик с котелком и припасами. Господин де Граф предупреждал о возможных истериках, скандалах, избалованных капризов, но такого поворота никто не ожидал. И приказ всё больше тяготил старого солдата и его отряд.

Странные и несколько непривычные указания были получены накануне отъезда. Доставить молодого человека до линии фронта к лорду-защитнику господину де Графу. С этим понятно, перед признанием родства лучше проверить, чего человек стоит, и война одно из наиболее подходящих средств. Но продолжение - контакты свести к минимуму, лучше вообще игнорировать, не помогать и сделать всё, чтобы запросился домой. Но при этом возвращаться только если уж совсем плохо станет. Конечно, подивились, но наутро причина стала понятна при виде ухоженного домашнего мальчика. Какая ему война? Дома сидеть, в солдатики играть. Хорошо если ему хотя бы тридцать пять исполнилось.

Несколько часов Лагрем тщательно присматривался к мальчику, выискивая признаки избалованных капризов, но тот показал себя на хорошем уровне. Меч длянего хоть и непривычен, но видно, что не для красоты. В седле держится уверенно, даром, что конь для него слишком огромен. И последующий разговор убедил старого солдата в том, что этот мальчик не сам рвётся в бой геройствовать. Скорее всего, он даже не сын главы службы безопасности Империи, а внук. И по возрасту тоже подходит. Как раз лет тридцать назад лорд-защитник был ещё той оторвой, вполне мог заделать бастарда. Успокоился и остепенился он только после отставки отца и своего приближения к трону. И о том, что отец и сын друг друга весьма недолюбливают, Лагрем тоже знал. Логично предположить, что, обнаружив внука, старший князь не придумал ничего лучше, как послать его с глаз долой на фронт к отцу. Но для защиты чести рода назвал своим. Всё же заиметь внебрачных отпрысков главе службы безопасности приличней, чем лорду-защитнику.

- За что с ним так? - спросил кто-то, когда мальчишка устраивался на ночёвку чуть в стороне.

- Бастард, - короткий всеобъемлющий ответ. Мало кому нравится иметь перед глазами доказательства грехов молодости и не самого достойного поведения. Особенно не любили таких среди высшего дворянства.

- А ведь он уже принёс присягу.

- Тоже заметил перстень?

- Конечно! Странно, что с ним, и не признанный.

- Наверно, со стороны матери присягал, а недавно законный наследник появился, вот и выпнули к отцу. Или мать умерла, и родственники подсуетились.

Разговор тихо угас и весь лагерь погрузился в сон за исключением оставленного часового.

...

Утро не задалось. Для началаночью с ручья задувал холодный ветерок, и я не выспалась. Потом костёр упорно не хотел разгораться. И, под конец, едва не зашиблась проклятым седлом. Пока я примеривалась к очередной попытке, молча подошёл Лагрем, забрал седло и водрузил его на место. Также молча пристегнул сумки и отошёл.

- А как же распоряжение? - тихо спросил молодой парень, когда Лагрем вернулся к ним, наверно, думал, что я не слышу.

- Плевать. Я лучше службу покину, чем становиться сволочью.

Распоряжение? Ими командует де Граф-старший, получается, это из-за него такое игнорирование? Интересно, что конкретно он им сказал делать. Я знаю, что он ярый шовинист, но со мной сдерживался. Ещё он активно выступал против подобного образа передвижения, настаивая на карете, а не с отрядом и ночёвками под кустом. Видимо, решил отыграться, доказать, что неженское это дело, верхом ездить. Ладно бы это была моя идея, нет, предложил это лорд-защитник, тоже ещё тот тип, себе на уме. Вон, меч выдал, Эрику обучать меня предложил. И мужская одежда тоже не сама по себе в гардеробе появилась. Подозреваю, с его подачи. Но с ним тогда не обговаривали, кем представиться, для меня моё "родство" тоже оказалось неожиданностью. Объяснил де Граф-старший тем, что иная причина менее убедительна, ведь мне надо прибыть не просто на фронт, а в офицерскую ставку, с высшим командованием, а другие на роль родственника не подходили. Посторонних посвящать не захотели, Эрик не подходит в силу своего происхождения. Крис из-за того, что сам остался в замке, с чего бы посылать ребёнка на фронт. К тому же у рода де Венов слишком характерный цвет волос, возникнут сомнения. Остались только де Графы.

До обеда в таверне двигались прежним образом. Расплатилась за себя самостоятельно. Не обеднею от десятка медяков, с собой, как чувствовала, взяла весь мешочек мелочи, оставшейся с покупки волкодава. Лежал больше года нетронутый, а тут пригодился. Подавальщица принесла еду и пару монет сдачи. Блестящие, новенькие, они сразу привлекли внимание. На реверсе, как и у остальных выбит номинал, а на аверсе красовался мой профиль. Не скажу, что хорошего портретного сходства, но признать при некоторой фантазии можно. Меня изобразили с уложенной вокруг головы косой и объёмной причёской с которой обычно появлялась