стал, взял из готовых, материалом попроще. Отличалась наша форма только контр-погонами с символами факультета. Все остальное было идентично. С поправкой на пол, разумеется, потому что у Наташи была юбка, а у нас с Прохоровым — штаны. Значок с контр-погонов дублировался и кокардой на фуражке. Вообще, наш внешний вид намекал на необычайную пафосность учебного заведения, где мы собираемся учиться. Прохоров это тоже почувствовал.

— Зря мы это затеяли, — мрачно сказал он. — То есть вы, может, и не зря. А мне бы что попроще. Курсы короткие, и вообще. Еще не поздно переиграть.

— Гриш, ты на дворянство претендуешь, — напомнил я. — Какие тебе курсы?

— Короткие. Кто там смотреть будет, какое у меня образование, если зелья будут хорошими? Вот то-то. Важен результат.

— Гриш, всё важно, — возразил я. — Даже если ты скажешь, что учился в столичном университете, к тебе отнесутся с куда большим уважением, чем если всё твое образование будет по типу задрипанной школы Коломейко.

— Чего-то задрипанной? — возмутился Прохоров. — Нормальная у него была школа. И учил он нормально. Ты сам говорил, что его пригласили курс лекций прочитать. Будешь его повторно слушать.

— Его пригласили, потому что он считается изобретателем Живой печати, — напомнил я.

— То есть по справедливости лекции читать должен ты? — сообразил Прохоров.

— Вряд ли я способен нормально прочитать обучающий курс. В любом случае, Гриша, деньги мы уплатили, их уже не вернут — и теперь ты обязан за эти деньги взять по максимуму. Поэтому мы сейчас пойдем за рекомендованными учебниками.

Прохоров посчитал уплаченные деньги веским доводом, чтобы перестать говорить о необходимости поменять учебное заведение. Но новые справочники он наотрез отказывался брать, пока я не намекнул, что бывшие владельцы могли из книг вырезать что-то ценное. Например, таблицу совместимости элементов. Иначе зачем бы они сдавали справочники, которые могут пригодиться и дальше?

Прохоров возмущенно посопел, но сообразил, что проверка каждой страницы займет много времени, а если что-то было вырезано аккуратно, то он может вообще недостачи не заметить. И решил не экономить, благо экономия получалась не такая уж большая — купить нужно было только справочники, а учебники можно было взять в университетской библиотеке.

Вернулись домой мы с кучей свертков. У Прохорова их заботливо забрал 001, ожидавший его у двери. Был он непривычно молчаливый и услужливый. Идеальный паук-помощник. Не иначе как кто-то временно вправил ему мозги. И был это явно не Прохоров, который сам выглядел удивленным. Я ставил на Хикари, но спрашивать у нее бесполезно — не ответит.

Всё шло подозрительно хорошо, и, хотя от Наташи не было предупреждений, я постоянно ожидал подвох, поэтому ничуть не удивился, когда передо мной вывалился Валерон и испуганно выдохнул:

— Петь, я чуть не влип. Еще немного — и меня сожрали бы.

— Базанин?

— При чем тут Базанин? Это хилое существо мне не противник, — махнул лапой Валерон, который ничуть не успокоился, оказавшись в безопасности моего дома. — Я, кстати, с него куски реликвий успел собрать. Или не с него? Летели они с разных концов дома.

— Так что случилось-то? Если ты без проблем проник в дом и даже собрал что-то. Защита сработала?

— Если бы. К нему приехал какой-то странный тип. Базанин его явно боялся. От него даже пахло страхом. Этот наверняка тоже почувствовал, потому что поводил носом этак выразительно, а потом сказал, что ему не нравится атмосфера. И призвал своего призрачного помощника. — Валерон, не побоюсь этого слова, всхлипнул. — И тот меня почуял, представляешь, Петь. Он повернул в мою сторону башку и уставился своими огромными глазищами, каждый из которых с меня размером, а потом этак лениво, вразвалочку направился ко мне, разевая пасть. Я едва успел прыгнуть по метке. Петь, если бы он до меня добрался, он бы меня развоплотил. Отвратительная мерзкая тварь, у него слюна капала на землю и дымилась.

— Они на улице встречались?

— Ну да. Этот помощник разве что в бальный зал бы влез. Он огромен. Он куда больше, чем мог бы воплотиться я, если бы ты всё сделал правильно.

Валерон ухватил меня лапами за руку, прижался, и я почувствовал, как его трясет от пережитого. Раньше я его таким испуганным не видел.

— Он может перейти сюда за тобой?

— Вряд ли. Это короткий прокол под мои размеры. Он настолько не расширит. Пока будет расширять прокол, развеется. Но, Петь, я этой твари ничего не противопоставлю. Он в меня не влезет.

— А если тебя старательно откармливать шоколадом? — попытался я сбить градус напряжения.

Но Валерон только укоризненно глянул. Мол, такими вещами не шутят. Шоколад — это святое, а не повод для насмешек.

— Какие у него могут быть навыки? — перешел я на деловой лад.

— Полет — у него огромные кожистые крылья. На спине роговое образование под седло. То есть хозяина он носит — тот, похоже, и прилетел сюда на нем, потому что никакого транспорта не было, а Базанин сразу побежал в сад для встречи.

— Он тебя почуял, так? И что он может рассказать хозяину? Может дать информацию о том, к кому ты привязан?

— Вряд ли. Он меня не видел, только чуял. И такие туши обычно очень тупые. Даже говорит с трудом. Максимум сообщит, что был чужой помощник.

— Какие у него могут быть способности? — продолжил я. — Кроме полета и ядовитой слюны? Ты так и не ответил.

Валерон задумался, явно вспоминая, что он там у себя проходил, потому ответил:

— Из опасного — почти наверняка есть способность уходить в невидимость вместе с хозяином при полете. Огнем он не должен плеваться — все силы уходят на полет. Пространственного хранилища нет — нас не ограбит. Да и вообще в дом не влезет. Но он большой и практически неубиваемый, потому что у него мгновенный переход из материальной в нематериальную форму.

Глава 5

Пришлось сразу же консультироваться с Наташей. Пугать ее рассказом Валерона я не стал, лишь поинтересовался насчет смертельных угроз для нас в ближайшее время.

— Я не чувствую опасности для нас в ближайшие несколько дней, — ответила она. — Только неприятности, но такие, бытового плана, несерьезные.

— Наверное, связанные с твоими родственниками. Свадьба совсем скоро. Они тебя не предупреждали?

— Я не принимаю