Их прогулка отняла два часа времени, солнце зашло, стало темнеть, и голод напоминал о себе.

В комнате, что предназначалась ей, подходящей одежды для дома не нашлось, только спортивный костюм, Кэрри решила остаться в свое одежде, только кардиган сняла, но надела тапочки. Ноги устали от каблуков, не смотря на то, что она почти всегда ходит на них.

Около получаса спустя, девушка спустилась вниз и прошла на кухню. Дэвид вовсю трудился.

— Давайте я порежу салат, — предложила Кэрри.

— Хорошо, — отозвался мужчина.

Дэвид снял свою джинсовую куртку и остался в серой футболке, поверх которой накинул фартук. В духовке пеклась пицца из магазина, Дэвид мыл овощи в мойке. Посушив их бумажным полотенцем, мужчина передал овощи девушке, которая уже нашла для себя дощечку и нож.

Ужинали двое в гостиной приготовленной пиццей, салатом из овощей и фруктами, запивали белым вином, которое Дэвид достал из семейного погреба. Ужин на скорую руку получился вкусным и сытным. Мужчина скрашивал ужин своими рассказами из университета, как им приходилось готовить в общежитии. Иногда Кэрри поддерживала рассказ и со своей стороны. На удивление, Кэрри обнаружила, что позабыла о своей ненависти к мужчине, или неприязни. Словно перед ней сидел малознакомый, но приятный мужчина, с которым было хорошо проводить вечер. А в их случае целый день.

После ужина, Дэвид отправился загружать посуду в посудомойку, а Кэрри могла осмотреть дом. Идея бродить по чужому дому ей не нравилась, но в этом доме жил и умер ее отец, которого она так мало знала. Кэрри поднялась на второй этаж, и пока Дэвид был занят, мельком заглянула в его комнату. Комната была чисто мальчишечьей. Белые, коричневые и темно-серые тона, широкая кровать по центру, телевизор на стене, изображение футболиста на другой стене, около окна рабочий стол, рядом с ним гитара.

Кэрри двинулась дальше. Заглянула в комнату Фрэнка и Мэри. Традиционно обставленная комната в коричневых тонах, широкая кровать, женский столик с зеркалом и ящиками. В воздухе еще витал запах лекарств, который перебивал даже ароматический диффузор, стоящий на столике. Возле кровати были какие-то рамки с фотографиями, но Кэрри не стала заходить ближе и разглядывать их, все-таки хозяйка этой комнаты может заметить чужое присутствие после приезда.

Кэрри вышла из комнаты и направилась вниз, в гостиную. Дэвида еще не было. Увидев столик с фотографиями, Кэрри подошла к ним. Рамок с фотографиями было много, как в альбоме. Везде была запечатлена их семья: счастливые свадебные фотографии, их поездки в отпуск: море, горы, кемпинги. Поцелуи на праздниках или банкетах, фото втроем с Дэвидом, отдельно выпускной Дэвида, большая фотография их выпуска. Кэрри забила мелкая дрожь. Взяв в руки фотоснимок их всех вместе, из глаз полились слезы.

«Это была ее жизнь! Ее! Это она должна была стоять по центру в конфедератке, а ее мама и папа по краям!»

Неожиданно снимок выпал из рук на пол, стекло разбилось, но счастливые лица продолжали смотреть на девушку. Поддавшись эмоциям и истерике, девушка вовсе повалила все фотографии. Истерика душила. Она не может тут оставаться! Не может! Ей нужно уйти!

Кэрри рванула на второй этаж за сумкой и кардиганом. Пусть Дэвид делает, что хочет, она тут не останется.

На обратном пути ее встретил Дэвид, прибежавший на звук.

— Что случилось? Куда вы идете? — спрашивал девушку ошеломленный мужчина.

— Пропустите меня, — кричала Кэрри, потому что Дэвид преградил ей путь с лестницы, — я здесь не останусь.

— Что произошло, объясните?! — Дэвид пресекал попытки Кэрри обойти его, удерживая ее руками.

— Это все вы! — Кричала зареванная девушка. — Все вы! Вы украли у меня это! Это была моя жизнь!

До сознания Дэвида слабо стало доходить, что произошло с девушкой, ему нужно было ее как-то остановить и успокоить.

— Кэрри, вы не можете уйти отсюда, на улице ночь, там темно и никого нет.

Дэвид цеплялся за руки девушки, за сумку, старался уцепиться за предплечья, но Кэрри активно боролась и не поддавалась.

— Пропустите же меня, черт возьми! Я лучше на улице останусь, чем здесь.

Наконец, ее упорство возымело действие, Кэрри резко толкнула Дэвида в грудь, что мужчина не удержался и отступил на несколько шагов назад к двери. Кэрри продолжала метаться, чтобы выбраться из хватки Дэвида и убежать на улицу.

Ее истерика не подпускала близко здравый смысл, ее не волновало, куда она пойдет, как только выйдет за дверь и что будет делать. Что бродить одной по поселку не безопасно ее тоже не убеждало. Дэвид был растерян, в голову приходило только связать ее.

— Как же я вас ненавижу, зачем вы привезли меня сюда! — Продолжала кричать Кэрри.

Дэвид смог схватить ее за плечи, на ее заплаканном лице читалась боль и обида. Они стояли близко друг к другу. Дэвид смотрел в глаза Кэрри, которые излучали ярость и бессилие. Далее произошло то, что не мог себе объяснить даже Дэвид, неожиданно для самого себя мужчина накрыл своими губами губы девушки.

____

Финал главы:

Образ Кэрри

Образ Дэвид

Глава 5

Кажется сознание девушки вернулось.

«Что происходит?!» — спрашивал внутренний голос. «Этот мужчина целует меня?!»

Кэрри открыла глаза и убедилась сама, мужчина склонил голову и осторожно касался своими губами ее. Видимо почувствовав, что девушка пришла в себя, Дэвид отстранился. Несколько секунд они смотрели друг на друга: Кэрри находилась в шоковом состоянии и смотрела на мужчину изумленными глазами, Дэвид был расстроен и растерян, он смотрел на Кэрри в ответ, но словно мимо нее.

Кэрри хотелось задать вопросы, спросить, что это было, но слова застряли в горле. Дэвид аккуратно снял с плеча Кэрри сумочку и забрал себе.

— Завтра верну, — тихо произнес мужчина, после чего обошел девушку и начал подниматься по лестнице наверх.

Кэрри стояла как вкопанная. Сердце билось в бешеном ритме, сознание все еще было туманным, а дыхание прерывистым.

«Какой странный способ привести ее в чувства. Но он сработал».

Кэрри развернулась и побрела наверх в свою комнату, уходить из дома на улицу больше не хотелось. Зайдя в комнату, Кэрри повернула замок на ручке, хотя и не думала, что Дэвид может к ней зайти. Девушка села на кровать и смотрела на свое отражение в зеркале. Непроизвольно, Кэрри коснулась своих губ, на которых еще, как ей казалось, сохранялся вкус поцелуя Дэвида. Указательным пальцем правой руки она водила по губам, прокручивая в голове этот поцелуй. Ее так давно никто не целовал, не касался ее.

Внезапно, ее словно током ударило.

«Господи, Кэрри, это