Спасибочки - Лебрута алей Ла

Лебрута алей Ла

Спасибочки

ПРОЛОГ

Жёлтое платье облегает меня так, что я сама завидую себе. Ушки лисы криво приклеены, но это даже лучше — выглядит как я проснулась в костюме после пьяной ночи. Розовые волосы падают на плечо, когда я наклоняюсь к камере и подмигиваю, как полная идиотка.

— Привет, сладкие мои, — улыбаюсь томно. — Cherri Sweet в деле. Сегодня уборка в костюме лисы, и обещаю, это будет так горячо, что вы забудете про свои проблемы.

Беру подушку и поднимаю её медленно, делаю движение таким, как будто это не подушка, а что-то совсем другое. Платье немного задирается, я делаю вид, что не замечаю, хотя замечаю всё.

Донат 500 от nick2847.

— Спасибочки, милый, — говорю без интонации, целую в воздух. — Ты лучший. Наверное.

Вдруг телефон звонит. НЕ вибрирует. Звонит как в кино про убийц. Звук резкий, холодный, пугающий. Я вздрагиваю так, что ушки съезжают на глаза.

— Ой, блин! — смеюсь нервно, поправляю ушки. — Кто это звонит как маньяк?

Номер неизвестный. Три звонка подряд. Я игнорирую, кладу телефон подальше. На экране горит красный свет, как предупреждение в фильме ужасов.

— Неважно, кто звонит, — машу рукой кокетливо, хотя рука дрожит. — Может быть, это просто спам. Или может быть, кто-то хочет меня убить. Кто знает!

Наклоняюсь низко к полу, позволяю волосам упасть вперёд, закрыв лицо полностью. Вижу мир сквозь розовую завесу. Хвост обвивается вокруг моей ноги так, что платье поднимается. Встаю очень медленно, как в замедленной съёмке, поправляю ушки одним движением пальца, как звезда кино.

Донат 1000 от xXSamuraiXx.

— Спасибочки, Самурай, — говорю сладко, оборачиваюсь спиной к камере, наклоняюсь собирать книги со стола. — Видишь, как я работаю? Видишь, как я красива, даже когда убираюсь?

Под диваном что-то блеснуло. Серебро. Я нагибаюсь и вытягиваю дорогой портсигар — точно не мой. Он тяжёлый, холодный, как пистолет. Открываю его дрожащей рукой, хотя стараюсь делать это красиво.

Внутри записка, написанная чёрными чернилами очень аккуратно, как угроза:

«Я знаю, кто ты на самом деле, Майя».

Буквально холодеет. На лице я остаюсь улыбающейся, но глаза становятся стеклянными. Сердце колотится так, что, кажется, камера его слышит.

— Ребята, это интересно, — смеюсь жеманно, бросаю портсигар обратно под диван, как ничего не произошло, хотя весь мир только что рухнул. — Кто это оставил такой подарочек?

Начинаю танцевать, чтобы скрыть паранойю. Двигаюсь медленно, но внутри я дрожу. Кто это? Как он узнал? Никто не должен был узнать моё настоящее имя. Никто!

Телефон звонит снова.

И снова.

И снова.

Три раза подряд, как отсчёт в триллере перед взрывом.

— Кто-то оооочень хочет меня достать, — поёшу, пытаюсь кокетничать, но смех звучит как у сумасшедшей. — Может, это мой тайный поклонник? Или может, это мой худший кошмар?

Беру тряпку, начинаю протирать зеркало медленными, чувственными движениями. В отражении вижу, как напряжены мышцы, как я пытаюсь казаться спокойной, как я лежу самой себе. Делаю движение бёдром, кокетливо улыбаюсь зеркалу, но зеркало не верит моей улыбке.

Донат 2000 от Admin_23.

— Спасибочки, Admin, — тихо говорю, не отрываясь от зеркала, голос звучит как у привидения. — Ты добрый человек. Надеюсь, ты не убийца.

Вдруг в чате появляется комментарий от DarkAngel_77:

«Привет, Майя. Помнишь меня? Помнишь волонтёрский отряд? Помнишь, что ты мне должна? Я помню ВСЁ».

Я резко поворачиваюсь к камере. Лицо бледнеет, как у труупа. Ушки съезжают со лба и висят как павшие символы.

— Кто такой DarkAngel? — спрашиваю в пустоту, голос звучит как писк. — Кто ты? Кто ТЫ?!

Звонок в дверь.

Я замираю посередине комнаты, как статуя.

Звонок звучит ещё раз, потом ещё. Настойчиво. Агрессивно. Звук проходит сквозь меня, как электрический ток.

— Ребята, — смотрю прямо в камеру, голос дрожит, ушки полностью съезжают. — Кто-то пришёл. Прямо сейчас. И я знаю, кто это. И я знаю, что он хочет.

Подхожу к глазку медленно, как в фильме про привидения. За дверью парень в чёрной куртке. Лицо знакомое, но безумное. Это Игорь. Мой бывший коллега из благотворительного отряда. Тот самый, которого я молилась не встречать. Три года я молилась об этом.

Он смотрит прямо в дверную камеру и улыбается. Эта улыбка не человеческая. Это улыбка человека, который знает все твои тайны и готов их продать.

Я отскакиваю от двери, вскрикиваю так, что чат начинает массово писать: «ЧТО ПРОИЗОШЛО?»

— Спасибочки за эфир, ребята, — говорю в камеру очень быстро, хватаю волосы, мои розовые красивые волосы, которые теперь выглядят как волосы убегающей девушки. — Мне нужно открыть дверь. Мне нужно узнать, что он хочет. И мне нужно рассказать вам кое-что очень, очень страшное.

Звонок не прекращается. Звонок, звонок, звонок, как биение смертельного сердца.

Беру портсигар, читаю записку ещё раз дрожащей рукой:

«Я знаю, кто ты. Я знаю про Cherri Sweet. Я знаю про миллионы. Я знаю про волонтёрский отряд. Но главное — я знаю про Максима. И если ты не откроешь дверь, я ему расскажу ВСЁ. Прямо сейчас».

Имя Максима звучит как выстрел в грудь. Как ледяная рука на горле. Как конец всего.

Я смотрю в камеру последний раз. Розовые волосы липнут к лицу. Жёлтое платье больше не выглядит красивым — это клетка, в которую я сама себя заперла.

— Продолжение в следующем эпизоде, ребята, — шепчу в камеру.

Беру ручку двери.

Звонок звучит ещё раз.

На этот раз я открываю.

КОРОЛЕВСТВО ФЛАМИНГО

Бирюзовые обои кричат о богатстве, как павлин на свадьбе олигарха. Резной жемчужный подголовник кровати блеснул под люстрой, как украденный бриллиант из королевского хранилища. Две статуи фламинго в углах гостиной стоят как немые свидетели ночных истерик и одиночества. Люстра с кристаллами висит над диваном, как Дамоклов меч, готовый упасть и разбить всю эту фасадную красоту.

Двадцать пять миллионов рублей за стены в центре Москвы. За стены, которые слышат каждый стон, каждый смех, каждое молчание девушки, которая забыла, как выглядит нормальная жизнь.

Квартира — не дом. Музей безумия с ценником, растущим каждый месяц.

Даша сидела на диване цвета шампанского, ела йогурт (третий за сегодня, потому что калории не считаются, когда ты чужой в чужой жизни подруги) и смотрела на меня так, как смотрят психиатры на пациентов, которые прошли точку невозврата.

— Это невозможно, — произнесла подруга, не отрывая глаз от ноутбука, где светился интерфейс платформы. На дисплее танцевала я в жёлтом платье,