заклинание начинается с вжиха. С Искры. Ты сначала решаешь, что хочешь, потом под это строишь форму, потом кормишь ее сулькой. Все наоборот. В магии крови все начинается с источника. С крови. Пока не понял, чью кровь ты используешь и зачем, даже не пытайся думать о форме.

— То есть сначала топливо, потом эффект? -уточнил Олег.

— Не совсем, -покачал головой Шод. — Сначала связь. Любое кровавое заклятье держится на трех вещах. Источник. Путь. Узел. Источник — это кровь. Твоя или чужая. Чем ближе она к телу, тем сильнее связь. Капля на земле — почти мусор. Кровь в жилах — золото. Путь — это как ты ее ведешь. Через каналы, по поверхности тела, по воздуху, через предмет. Плохой путь — заклятье рассыпается. Кривой путь — бьет по тебе. Узел — то, ради чего все делается. Ударить, связать, вытянуть, подчинить. Узел всегда простой. Если начнешь умничать, кровь тебя не поймет.

Олег медленно кивнул.

— «„Алую стрелку“» вы потому и дали мне первой. Прямой путь, простой узел.

— Вот! -довольно ткнул в него посохом Шод. — Стрела — это взять, направить, проткнуть. Даже тупой справится. А теперь важное. Кровь не любит пустоты. Если ты создаешь заклятье, у него должен быть конец. Куда уйдет сила. Если не задал, она вернется. В тебя.

— Поэтому кровавая магия считается опасной, -заметил Олег.

— Она опасна для дураков, -отрезал Шод. — Умные просто не оставляют хвостов. Вытягивание жизни — это замкнутый путь. Ты тянешь, но сразу отдаешь во вжих или в тело. Кровавая плеть — открытый путь, но с якорем. Подчинение — самое мерзкое, потому что узел не в теле, а в голове. И вот тут тебе надо быть особенно осторожным. Потому что с твоей… второй душой внутри, кровь может слушаться не только тебя.

Он замолчал, давая Олегу время осмыслить.

— Короче, -подытожил он. — В кровавой магии ты не лепишь заклятье. Ты договариваешься с потоком. А поток всегда помнит, кто у него что взял.

— Я так толком и не понял, почему магию крови ни у людей, ни ягуаев не любят, Шод.

— Опасная. Не в смысле «„можно самому помереть“», это как раз мелочь. Опасная потому, что быстро выходит из-под контроля. Один раз получилось и все, дальше хочется больше. Сильнее. Проще. Кровь к этому подталкивает. От нее хреново защищаться. От обычной магии ты можешь поставить щит, сбить поток сульки, порвать форму. А тут? Кровь уже внутри тебя. Или в земле под ногами. Или на клинке. Можно защититься, да. Но сложно, дорого и не всегда вовремя. Поэтому те, кто привык к порядку, кровавую магию не любят. Она порядок не уважает.

Шод почесал подбородок и добавил:

— А еще… ее может освоить почти любой.

— Даже без серьезной подготовки? -осторожно уточнил Олег.

— Даже без нормального вжиха. Если есть хоть капля дара и мозги не совсем пустые, уже достаточно. Не надо годы медитировать, не надо вылизывать каналы. Понял принцип и работай. Вот это и пугает больше всего. Магия, которая не требует долгой учебы, не требует разрешения и не спрашивает, кто ты такой. У людиков она рушит иерархию. У нас — баланс племен. Потому ее и запрещают, и у вас, и у нас. Оставляют только шаманам… и то не всем. А еще она плохо пахнет. Не носом, головой. Трудно потом отмыться.

Шод посмотрел на Олега внимательно, уже без насмешки.

— Поэтому, людик, если ты идешь по этому пути, будь готов: тебя будут бояться даже те, кто пользуется тем же самым. И первые, кто попытаются тебя убить, будут не враги, а «„свои“». И на этом фоне, ты еще и с двумя вжихами… Хреновая у тебя жизнь намечается.

Шод уже собирался закончить, но затем поморщился, будто вспомнил что-то неприятное, и снова постучал посохом по полу.

— А, да. Есть еще одна причина. Про нее обычно забывают. Или делают вид, что забывают. Если кровавой магией начинают злоупотреблять по-крупному, духи злятся. По-настоящему. Когда кровь льется часто и неправильно, она начинает рвать потоки сульки. Не сильно, но постоянно. Возникает дрожь. Мелкая такая, мерзкая. Ты ее, может, и не чувствуешь, а вот духам от нее башка раскалывается.

— И что тогда? — спросил Олег.

— А тогда они снисходят в мир живых, рвут стену с той стороны. Не разговаривать. Не договариваться. А прибить сбрендившего мага, который им жизнь портит. Представь, что ты спишь, а рядом кто-то всю ночь по кости скребет. Долго терпеть будешь? Поэтому кровавых магов чаще убивают духи, чем другие маги… И тут важный момент. Если ты работаешь аккуратно, дозировано, не рвешь потоки и не устраиваешь резню ради силы, Но, если начнешь жадничать, если решишь, что тебе все можно… тогда прилетят. И никакие щиты, никакая Искра не помогут. Так что кровавая магия — это не путь силы. Это путь ответственности. Хреновой такой, тяжелой ответственности. А теперь думай, людик, духи будут за тобой смотреть особенно внимательно.

* * *

Когда Шод объявился в комнате Олег без предупреждения, как он обычно и делал, то вместо очередного урока объявил:

— С тобой хотят поговорить.

Олег оторвался от практики.

— Кто?

— Бесполезно объяснять. Все равно не поймешь, пока не увидишь.

Олег прислушался к себе, собственные ощущения не сигналили об опасности.

— Как скажешь.

Они спустились ниже привычных уровней Утробы. Проходы постепенно менялись, исчезли вырубленные стены, запах дыма и голоса гоблинов. Камень стал сырым, неровным, живым. С потолка свисали сталактиты, вода медленно стекала по стенам, собираясь в темные лужи. Здесь Утроба была не городом, а древней и нетронутой пещерой. Олег здесь еще ни разу не был.

Шод шел уверенно, знал каждый поворот.

Наконец они остановились у узкого прохода, ведущего в небольшой грот. Внутри было темно, но стоило сделать шаг и пространство наполнилось бледно-голубым светом. В центре грота находилось озеро.

Вода была неподвижной, гладкой, как стекло, и при этом сама излучала мягкое свечение. Олег подошел ближе и невольно вгляделся в глубину и сразу же мир поплыл. В отражении возникли ядовито-зеленые клубы, гротескные лица, перекошенные фигуры, фрагменты мест и событий, которые сменяли друг друга без логики и порядка, будто кто-то листал чужие сны. В голове раздался болезненный стон.

— Мне не нравится это место, -напряженно сказала Лэяо. — Оно тянет. Как будто хочет затащить меня туда.

Олег отвел взгляд