какой причине вы числитесь среди подозреваемых?

— Числился, — поправил Константин. — Преступник уже найден. Завтра дело в отношении меня закроют.

— И кто же предполагаемый убийца?

Константин пожал плечами.

— Точно не знаю, но моя адвокат высказала одно предположение. По всей видимости, кто-то из коллег по больнице. Доктор Фрик. Возможно, это и есть тот, кого вы ищете.

— Возможно.

— А что вам известно об убийце, орудовавшем в Германии?

— Видите ли… — Пуласки провёл ладонью по подбородку. — Пока следствие не завершено, я не вправе…

Его прервало жужжание мобильника.

— Прошу прощения. — Пуласки сунул руку в карман куртки и достал телефон.

По спине Микаэлы пробежал обжигающий холод.

Я ведь не перевела свой телефон в беззвучный режим!

Она торопливо выудила аппарат и отключила звук. С облегчением опустила руку.

Если бы сейчас позвонили мне — оказалась бы в нелепейшем положении.

— Эсэмэска от дочери. — Пуласки тыкал пальцем в экран. — Невероятно, что она ещё не спит в такой час. Она за границей, на языковых курсах, — пояснил он, не поднимая головы. — Сейчас черкну, что дома всё в порядке.

— Да-да, отвечайте. — В голосе Константина сквозила скука.

Пуласки какое-то время постукивал по экрану.

— Готово.

Прежде чем убрать телефон, тот издал странный звук.

— Аккумулятор сел. — Пуласки усмехнулся. — Как раз вовремя.

Он сунул аппарат в карман.

— Так на чём мы остановились?

— Не желаете чего-нибудь выпить?

— Нет, спасибо.

Микаэла собралась было податься ещё на шаг ближе к щели, как вдруг почувствовала, что её мобильник в кармане завибрировал. Она тут же отступила за шахту лифта, в темноту лестничной клетки, и быстро вытащила телефон.

Сообщение! От Пуласки! Что это была за выдумка про дочь?

Она открыла его и прокрутила к тексту. На первой же фразе у неё перехватило дыхание.

Знаю, что вы в доме. Получил фоторобот убийцы. Это он! Вызовите полицию!

Значит, защёлку он нарочно оставил откинутой, чтобы дверь не захлопнулась. Должно быть, заметил меня в тени туй.

Она уже хотела набрать международный номер экстренной службы, когда пришло MMS. Снова от Пуласки. На этот раз он переслал сам фоторобот.

Микаэла открыла файл — и уставилась на лицо привлекательного мужчины лет пятидесяти с сединой в волосах. Как загипнотизированная, она вглядывалась в его глаза.

Так вот как выглядит убийца Натали…

И он сидел всего в нескольких метрах от неё, в уютном кресле. Сердце колотилось у самого горла. Пальцы стискивали телефон с такой силой, что трещал корпус.

В эту секунду больше всего ей хотелось ворваться в гостиную и взглянуть убийце прямо в лицо.

А дальше?

Она зажмурилась и несколько раз глубоко вдохнула.

Без глупостей. Звони в полицию.

Она опустила взгляд на экран.

— Я предчувствовал, что вы появитесь, — донёсся из гостиной голос Константина.

Микаэла испуганно вскинула голову. Мужчины поднялись и теперь стояли друг против друга. Голос Константина зазвучал громче — другой, ожесточённый, без прежней мягкости.

Она склонила голову набок и прислушалась.

— Что вам известно о фосфорных татуировках?

— А вы расскажите, — парировал Пуласки.

В следующий миг стекло двери разлетелось вдребезги, и в прихожую вылетел человек. От ужаса Микаэла выронила телефон, вцепилась в перила и, попятившись, споткнулась о ступеньку.

Телефон! Чёрт!

Аппарат укатился вперёд и теперь лежал у самой шахты лифта. Пол был сплошь усыпан осколками. Пуласки барахтался среди стекла, потирая подбородок.

Вызови полицию, чёрт побери!

Она хотела броситься вниз — подобрать телефон, — но в этот самый миг через разбитую дверь шагнул Константин.

Микаэла инстинктивно отступила выше по лестнице и оттуда, из темноты, наблюдала за происходящим.

— Лежать! — приказал Константин.

В руке у него был длинный стилет с поблёскивающим лезвием, нацеленный Пуласки в грудь.

Пуласки, упираясь ладонями в пол, отполз назад, оставляя за собой смазанный кровавый след. Рядом с ним лежал её мобильник. Экран светился в темноте.

— Ага, значит, аккумулятор сел? — иронически протянул Константин.

Он наклонился и поднял телефон. По-прежнему держа Пуласки на расстоянии острия, заглянул в экран. Видимо, на нём всё ещё был фоторобот: Константин одобрительно скривил губы.

— Неплохое сходство. Вы многое разнюхали, мистер Кто-бы-вы-ни-были. Откуда вам известно о фосфорных татуировках?

— Разве это сейчас важно? — процедил Пуласки сквозь зубы. — Лейпцигский уголовный розыск и Дрезденское земельное управление полиции в курсе. Вам конец! Лучше скажите, где Эвелин Майерс.

— Мне — конец? — выкрикнул Константин.

Не сводя стилета с Пуласки, свободной рукой он принялся расстёгивать рубашку.

— Только не это. Избавьте меня от нелепого зрелища.

— Нелепого? — повторил Константин. — Считайте, вам повезло. Немногим довелось это увидеть — и из них в живых остались единицы.

Микаэла увидела, как на коже Константина в полумраке багровым огнём засветился скорпион.

— Я одолел рак кишечника — одолею и опухоль мозга. — Константин сжал большой и указательный пальцы. — Я во-о-от настолько близок к тому, чтобы переродиться совсем иным человеком. Но в подобных вещах вы ничего не смыслите.

— И этот замшелый Алистер Кроули[30] должен вам в этом помочь? — пренебрежительно бросил Пуласки.

Константин на миг опешил.

— Не смейте поминать его имя так кощунственно!

И тут Пуласки расхохотался.

— Фашиствующий чахоточный наркоман с помутнённым рассудком, ненавидевший собственную мать и упекавший жён в психиатрические лечебницы. Вы что, не знали? И на такого человека вы возлагаете надежды?

— Заткнитесь!

— Все эти дальние поездки, все убийства, кропотливые татуировки — впустую. В тюрьме вы быстро сдохнете от своего же фосфора.

— Я сказал — заткнитесь!

Рука с ножом дрожала от ярости. Казалось, ещё миг — и Константин бросится на Пуласки и пустит в ход стилет.

Неужели Пуласки сознательно нарывается?

Микаэла стряхнула оцепенение и поднялась ещё на несколько ступеней. Константин её пока не замечал. С нынешнего места помочь Пуласки она не могла. Нужно было что-то иное.

Поднимайся выше. Найди телефон.

Пуласки снова рассмеялся, но в следующее мгновение зашёлся в хриплом кашле.

— Астма? — предположил Константин. — Поберегитесь — иначе сдохнете в муках.

Он сунул руку в карман брюк и вынул связку ключей. Микаэла не разглядела, что именно он делает, но это походило на то, как ключом отпирают дверцу лифта.

Так и есть. Кряхтя, Константин отодвинул стеклянную створку — перед ним зияла пустая шахта. Кабина, по всей видимости, стояла наверху.

— Туда!

—