На этот раз его реакция была молниеносной. Я не успела даже пикнуть, как мое прикрытие распахнулось во всю ширь, и меня схватили сильные руки. Киан пинком закрыл дверь ванной и прижал меня к ней спиной. Теперь он стоял вплотную ко мне, наши тела соприкасались, и я ощущала твердый бугор в районе своего живота. Тяжело дыша, кхар уперся руками в стену по обе стороны от моей головы и медленно наклонился. Я вздрогнула, почувствовав его губы на своей шее.

— Ты моя лайе, — глухо сказал он. — Это выше морали и выше закона. Другим расам нас не понять. Тебе тоже.

— Объясни, — шепнула я, чувствуя, как внутри зарождается тягучая истома.

Кажется, я опять начинаю превращаться в текущую самку. Карина, остынь! Два раза за одну условную ночь это слишком.

— Не сейчас. Потом, когда я вернусь.

Потом, потом, всегда потом! Как уже надоели эти отмазки. Ну почему нельзя взять и объяснить все именно сейчас?! Что за дешевый балаган?

Обхватила Киана руками за шею, притянула к себе. Никуда ты не уйдешь, красавчик, пока я не услышу то, что мне нужно.

— Карина? — он напрягся всем телом. — Что ты делаешь? Мне нужно идти.

— Разве? Не слышу, чтобы тебя кто-то звал. Давай, выкладывай уже, во что я впуталась по твоей милости. Хочу знать все про этих лайе, черт бы всех вас побрал вместе с ними!

34. Киан

Как бы я не хотел оттянуть этот разговор, но, видимо, отступать уже некуда. Вид у Карины решительный, она так вцепилась руками мне в шею, словно желала вытрясти из меня всю подноготную.

Вздохнув, мягко снял с себя ее руки. Нервно взъерошил волосы, пытаясь совладать с внезапно проснувшейся неуверенностью. Я, Киан Донато, офицер Галактического флота, капитан патрульного крейсера сейчас нервничал, как мальчишка.

— Обычно, мы об этом не говорим вслух, не принято, — собственный голос показался бесцветным. — Это общеизвестная информация, хоть и не слишком приятная для нас…

— Ты о чем?

Я почувствовал, как напряглась Карина. Только бы она была выше всех этих предубеждений! Мы столько лет завоевывали право быть равными этим заносчивым симаррцам и лесварра, я не смогу смириться, если моя лайе будет смотреть на меня с презрением.

— Сядь, пожалуйста, — я указал ей на кресло, а сам присел на краешек кровати.

Она молча подчинилась и выжидательно уставилась на меня. Я глубоко вдохнул, стараясь вернуть прежнее хладнокровие.

— Ты знаешь, что такое генная инженерия? — спросил ее, глядя в сторону.

Она фыркнула:

— Ну, еще бы. Я все-таки не в джунглях родилась. Почти, — добавила уже тише, видимо, о чем-то вспомнив. — А как это к тебе относится?

— Что ты знаешь об истории Галактики? — ответил я вопросом на вопрос.

— Эм-м. Да много чего. Галактика наша называется Млечный Путь, ее диаметр сто тысяч световых лет, а толщина — три тысячи. Период обращения спиральной структуры… — отчеканила она так, словно вызубрила эту информацию на зубок.

Но для меня ее слова оказались пустым звуком. Я половину не понял вообще.

— Нет, стой, я не понимаю тебя, — остановил Карину. — Мы словно говорим на разных языках. Твои термины… они не переводятся. Давай, лучше я.

Она жестом предложила мне продолжать.

— Наша Галактика имеет много названий. Каждая раса дала ей свое, но есть еще одно, которое досталось ей в наследство от Изначальных. Мириадор. Много миллионов лет назад в этой Галактике существовала только одна раса, вернее, это была сверхраса, способная создавать и уничтожать целые планеты взмахом руки. Мириадорцы, Изначальные, но по какой-то причине они исчезли. То ли выродились, то ли просто ушли, покинув эти места. Никто толком не знает. Ученые строят предположения, но ни одна теория не получила еще подтверждений. Известно, что после этой сверхрасы осталось пять ветвей потомков. Федийцы, лесварра, кхары, шумаи и симаррцы. Может быть, их и больше. Ты, например. Но основные пять. Так вот, симаррцы и лесварра это прямые потомки Мириадорцев. Когда-то очень давно их мужчины и женщины разделились, заселив две разные звездные системы. На Лесварре начал процветать матриархат, на Симарре, наоборот, женщина стала своего рода ценным призом, украшением дома.

— Слушай, — недовольно заерзала Карина, — к чему этот экскурс в историю?

— Без него никак. Ты просто не поймешь, о чем я. Так вот, лесварра и симаррцы это потомки Изначальных. А федийцы и мы, кхары, появились на свет в результате генных экспериментов. И у них, и у нас создатели не предполагали ни наличия чувств, ни желаний. Одни инстинкты и полное подчинение. А чтобы мы не вымерли, каждому из первых кхаров ввели особый маркер в ДНК. Этот маркер активируется только в том случае, когда мы чуем идеальную пару, свою лайе.

— И федийцам тоже? — изумленно спросила девушка. Она смотрела на меня так, будто видела в первые, но в ее глазах, слава Космосу, я не увидел ни презрения, ни отвращения. — Твои предки были созданы в пробирке? То есть, пока земляне, желая облегчить себе жизнь, создавали роботов и искинов, некие Изначальные уже решили этот вопрос, наштамповав живых рабов для своих нужд?

Произнеся последнюю фразу, она испуганно захлопнула рот ладошкой и уставилась на меня. Я скривился.

— Да. Именно так. Мы были бессловесными машинами для убийств. Пушечным мясом. Живым оружием. Но потом наши создатели исчезли, а мы остались. Инстинкт выживания заставил нас искать взаимопонимание. Видимо, наши праотцы все-таки предвидели подобную ситуацию, а потому заложили нам в гены коммуникабельность. Мы поняли, что теперь предоставлены самим себе, и нужно учиться выживать в новых условиях. Наша история насчитывает десять тысяч лет. Она вся заполнена войнами. Но триста лет назад мы достигли технического прогресса и вышли в космос, а еще двести лет спустя узнали, что кроме нас в Галактике обитают другие расы.

Я замолчал, ожидая ее приговора.

— А лайе? — тихо напомнила Карина, ежась под моим взглядом.

— Наши создатели не запланировали, что однажды нам захочется иметь семью, — я не смог сдержать усталой усмешки, — но они постарались уберечь нас от вымирания. Мы счастливо размножаемся внутри своего клана и касты, но только единицы из нас находят свою истинную пару… Долгое время мы существовали в изоляции на своей планете. Вполне вероятно, что наши создатели называли нас иначе, но мы зовем себя кхарами, а свою планету — Кхар. Многие подозревают, что мы лишь остатки некогда великой армии, с помощью которой Мириадорцы вели войны между собой. Наши женщины сильные, рослые, абсолютно здоровые. С ними не нужно проводить адаптацию,