Вот она, вилка, которую мне поставили Албан и Фитц, скорее всего, при поддержке купцов из Кемкирха.

Отвратительная ситуация. Все это я и объяснил Эрен.

— И что же мы будем делать? — с тревогой спросила жена.

— Для начала я отправлюсь в контору и все выясню у Камуса, — сказал я Эрен, вставая из-за стола. — Вопрос серьезный, лучше обсудить это прямо у стряпчего. А потом… поживем-увидим.

Моя жена смотрела на меня так, будто бы я собирался совершить огромную ошибку, но ничего не сказала. С сожалением выпустив мои пальцы, она позволила мне выйти из комнаты, оставив ее в одиночестве тревожиться о будущем.

Но сейчас я не мог тратить время. Чем раньше я пойму, как именно мне стоит действовать, тем быстрее разрешится эта ситуация. Возможно, все не так и плохо и стряпчий укажет на то, что этого происшествия недостаточно для объявления междоусобного конфликта, и все будет решаться через королевский суд.

Правда, как только я дошел до конторы — идти от замка было минуты три, просто перейти от ворот всю рыночную площадь до ближайшего дома — и изложил историю господину Камусу, мои надежды на мирное решение пошли прахом.

— Говорите, у Арчибальда при себе был вексель на десять фунтов и еще семь с половиной фунтов серебром ваших финансов? — уточнил Камус.

— Именно, — кивнул я.

— Ну что же, милорд Гросс… — мужчина, который сейчас сидел в тесной комнатке за письменным столом, выглядел максимально сосредоточенно. Я же, пусть был и лордом этих земель, сидел на табурете для просителей, коим и являлся. Не время и не место качать права и показывать, кто здесь главный, мне была необходима качественная юридическая консультация. — В таком случае конфликт неизбежен. Обычно через королевский суд решаются земельные или материальные споры на сумму от пяти фунтов… При условии, что не было военного столкновения. Но если ваших дружинников взяли в плен… Вы конечно можете подать на барона Фитца в суд, но так поступать не принято.

— Ожидаемо, — улыбнулся я.

— Однако же! — продолжил королевский клерк. — Чтобы я составил протокол вашей претензии, нам следует узнать причину ареста. Возможно, это ошибка или проступок ваших людей вызвал подобную реакцию, тогда поводов для междоусобицы и нет. Я отправлю послание в Атриталь, они обязаны будут дать официальный ответ…

— А если повод для войны есть? — спросил я у клерка.

Мужчина поднял на меня глаза — Камус уже взялся за перо и стал составлять запрос в соседний город, настолько стряпчий был сосредоточен — помолчал, выбирая слова.

— Тогда я пожелаю вам удачи на поле боя, милорд, — без затей ответил он. — Ведь если вы уклонитесь, для Херцкальта наступят непростые времена… Лорды и гильдии не любят иметь дело с трусами, да и я должен буду сообщить о конфликте в Патрино, так как ваш надел является пограничным.

— Понятно, — с улыбкой кивнул я. Слова Камуса целиком совпали с моими ожиданиями. — В таком случае, скорее составляйте письмо для атритальцев, я хочу узнать, за что они посмели арестовать моего заместителя.

Камус, удовлетворенный и моими словами, и моим едким тоном, согласно кивнул и вернулся к письму.

Я же, едва вышел из конторы, задрал голову и посмотрел на ясное июньское небо. Ни облачка. Отлично. Значит, столб белого дыма от сигнального костра точно увидят на мельнице.

А мне пока нужно зайти в еще одно место и востребовать одну услугу, которую мне пообещали сегодня утром.

Заодно в первый раз посещу храм Алдира в Херцкальте.

Глава 7

Виктор

— Что значит «Петер согласен»⁈ Виктор! Ты о чем⁈

Когда я вернулся в замок, то сразу же приказал зажечь сигнальный костер на крыше и рухнул отсыпаться, так что поговорить с Эрен возможности не было. И вот сейчас, проснувшись к ужину и быстро перекусив, я решил обсудить с женой дела.

— Ну, о чем и сказал?.. — с вопросительной интонацией ответил я, намекая, что мои слова стоит воспринимать буквально. — Петер обещал мне утром любую услугу или помощь, и днем я сходил и переговорил с препозитором. Или точнее будет назвать его нашим сакратором?

Эрен схватилась за переносицу двумя пальцами, будто бы пыталась подавить приступ головной боли.

— Виктор… — вкрадчиво начала она. — Ты хочешь сказать, что подбил Петера на участие в междоусобице?

— Ага, — подтвердил я, наливая себе в кубок легкого вина.

Погода стояла душная, чая не хотелось.

— Ты же понимаешь, что это очень рисковая затея? Храм в Патрино может отреагировать не лучшим образом и…

— Петер согласен! — перебил я жену. — А что самое важное, он уже выучил несколько боевых молитв и опробовал их перед алтарем. Алдир слышит нашего толстяка четко и ясно.

Серые глаза Эрен сейчас были похожи на два огромных блюдца, но я совершенно не понимал причин удивления моей жены. То есть тренироваться два-три раза в неделю на замковом дворе вместе со мной и другими бойцами Петер может, дубленый бронежилет со стальными пластинами мы его ему на заказ изготовили в счёт его благословений горшочков, цеп и булаву подобрали, а участвовать в хорошей драке стенка на стенку жрецу нельзя? Почему это?

Тем более, сегодня я стал свидетелем силы боевой молитвы Петера. Яркое сияние окутало фигуру жреца, и он голыми руками смог согнуть подкову, которую мы подготовили специально для проверки. При этом он даже с виду не напрягся. Но что самое главное — тот же номер попытался повторить я, и у меня тоже получилось! Фактически, боевая молитва Петера превращала меня и мою дружину в отряд суперсолдат, но работать это будет не слишком долго, даже с учетом того, что Петер является крайне одаренным силой Алдира жрецом.

— Смотри на это с другой стороны, — ответил я. — Даже если мы схлестнемся с Фитцем в чистом поле, никто не погибнет! Мы с легкостью одолеем противника, а Петер потом всех откачает! Бескровная междоусобица! Идеальный расклад, не так ли?

— Никто не погибнет, если не будет серьезных травм или если люди барона Фитца убоятся идти против жреца Алдира, — ответила Эрен. — Ты вообще представляешь, на что способны сакраторы силы Петера? И какая бойня может развернуться?

— Без понятия, — соврал я, лишь бы не провоцировать Эрен еще сильнее.

Пусть Петер ее уговаривает, я не хотел ссориться с женой из-за того, что уже было решено. Потому что когда я заговорил о междоусобице и рассказал жрецу, что произошло в Атритале, Петер буквально вспыхнул от возмущения. Ведь пакостили атритальцы не только мне, но и всему наделу, а значит