в коридор. Запахи индейки, пирога и тысячи других вещей, которые я хочу немедленно поглотить, доносятся до меня, едва я ступаю на кухню.

Но к черту все это.

Все мои чувства мгновенно настраиваются и сосредотачиваются исключительно на женщине, стоящей ко мне спиной. На ней платье такого оттенка зеленого, который просто... что-то делает со мной. Возможно, это потому, что оно сочетается с зеленым огнем ее глаз. Или потому, что оно как-то оттеняет темноту ее волос и кремовый оттенок ее кожи, что еще больше привлекает меня.

Моя жена могла бы сесть за стол ужинать в бесформенном ярко-оранжевом тюремном комбинезоне, и я бы все равно мгновенно захотел ее.

А в таком платье?

Это просто чудо, что я еще не внутри нее.

Селеста задыхается, когда мои руки скользят по ее бедрам сзади. Она вздрагивает, поворачиваясь ко мне с ухмылкой.

— Ты напугал до смерти...

Я прижимаюсь к ней губами, обхватывая ее руками, заставляя ее замолчать, приглушая все звуки кроме тихого стона, который раздается в ее горле. Мой язык ищет ее язык, танцуя с ним, пока ее тело прижимается к моему. Когда мы наконец отстраняемся, я вижу зеленый огонь, мерцающий в ее глазах.

— Наверх, — густо прорычал я. — Сейчас же.

Она краснеет, ее зубы нежно проводят по нижней губе.

— Только вот все придут через полчаса.

— И?

Она закатывает глаза, ухмыляясь.

— И у нас есть парочка трехлетних обломщиков?

— Которые в данный момент увлечены фильмом “Эта Чудесная жизнь”. — Мои брови сходятся. — Кстати говоря, разве вместо этого они не должны быть заняты чем-нибудь с участием мультяшных сестер, льда и говорящего снеговика?

— Прости, ты пытаешься одурить нас?

Я хихикаю, когда Селеста пожимает плечами.

— Они увидели его в списке праздничных фильмов по телевизору и поклялись, что именно его они хотят посмотреть. Не то чтобы он не подходил по возрасту, просто я не думаю, что они поймут большую его часть.

— Ну, что бы это ни было, они приклеились к нему.

Ее щеки краснеют, когда она погружается в мои объятия. Она встает на носочки, чтобы нежно поцеловать меня.

— Подержишь эту мысль? Они все будут здесь в любую минуту. Но...

Я густо рычу, когда ее язык дразняще проводит по моим губам.

— Лучше оставить это после десерта.

— Твоя киска будет моим десертом.

Она сглатывает, ее пальцы крепко сжимают мою рубашку, когда она снова целует меня. Затем, со стоном, она отстраняется.

— Ладно, тебе нужно переодеться, перед...

Ее брови внезапно сошлись. И прежде чем я успеваю остановить ее, она хватает мои руки в свои и подтягивает их к лицу.

— Что, черт возьми, произошло?! — Она задыхается.

— Ничего страшного.

— Адриан...

— Не о чем беспокоиться.

Она надувает губы, а я улыбаюсь, наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в щеку.

— Ты сказал, что больше нет необходимости влезать в неприятности, — вздыхает она.

— Да, но на этот раз непрятности сами влезли ко мне.

Она резко поднимает бровь, но я с улыбкой качаю головой.

— Я в порядке. Честно.

— Лучше бы так и было.

Я ухмыляюсь, целую ее снова, прежде чем отойти.

— Ладно, я пойду переоденусь.

— Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Как бы я ни ворчал по поводу прихода гостей, это будет хороший вечер. Не такой хороший, как мог бы быть, учитывая людей, которые не придут. Но это все равно будет прекрасное времяпрепровождение и столь необходимый выдох, когда мы погружаемся в праздники и новый год.

Альфи, который недавно променял свою холостяцкую жизнь, придет вместе со своей невестой. Адель и Далия, конечно же. Томас и Кассандра, вместе с шестилетней Эллой. Брэддок и Ребекка МакКрид с шестилетней Джулианной на руках. И Кристофф, который сегодня в одиночку.

Много лет назад на подобном ужине присутствовали бы Ноэль и Оливер. Но разрыв и соперничество между ними только углубились, а пропасть между ними стала еще шире.

Но кто знает? Может быть, однажды они наконец-то встретятся.

Наверху, в нашей главной спальне, я раздеваюсь догола и иду под горячий душ. После быстрого бритья, я прохожу в гардеробную и начинаю одеваться к ужину.

Именно в этот момент в гардеробную врывается взволнованная Селеста.

Я вскидываю бровь, глядя на ее суматошное выражение лица.

— Все в порядке?

— Да, хорошо, все... хорошо. — Она хмурится. — Адель здесь с Далией, а я только что пролила соус из индейки на свое гребаное платье.

Она тычет пальцем в себя, и я морщусь от жирных следов, стекающих по передней части ее платья.

— Я куплю тебе новое.

Она ухмыляется, краснея.

— Не обязательно.

— Весьма обязательно. Ты выглядишь потрясающе в этом платье.

Она закатывает глаза, но румянец на ее лице остается, ловя мой взгляд.

Как и то, что ее соски поблескивают под зеленым шелком платья, когда она отворачивается.

— Ну, я все равно пыталась выбрать между зеленым и красным для сегодняшнего вечера. Так что... проблема решена.

Я киваю, и уже потягиваюсь за чистой рубашкой, когда что-то остановило меня. Она стоит ко мне спиной, но я смотрю, и моя кровь становится все горячее, когда она тянется назад, чтобы расстегнуть молнию на платье. Оно соскальзывает с ее плеч, и что-то смертоносное и дикое сжимается во мне, когда платье падает в лужу у ее ног.

Я хотел ее весь день. Я говорил себе, что нужно подождать до окончания нашего званого ужина. Вот только сейчас она стоит в шести футах от меня в маленьких черных стрингах и черных туфлях на каблуках.

И больше ничего.

И очень быстро моя решимость рассыпается в прах.

Селеста вздрагивает, ее дыхание перехватывает горло, когда я придвигаюсь к ней сзади. Моя рука по-хозяйски обхватывает ее бедро, а другая слегка обхватывает ее горло, когда она тихонько хнычет.

— Адриан...

— Ты сказала, что Адель здесь?

Она кивает, вздрагивая.

— Она с детьми. Но я...

— Ты можешь спуститься обратно, — тихо прорычал я ей на ухо. — Но сначала я должен тебе кое-что сказать.

Она снова кивает, когда я медленно поворачиваю ее так, что она оказывается лицом ко мне, спиной к стене, так как я прижимаю ее к поверхности.

— Что?

— Во-первых, что ты потрясающий партнер.

Она краснеет.

— А еще ты потрясающая хозяйка.

Ее лицо краснеет, когда она ухмыляется.

— Спасибо...

— И идеальная жена.

Ее зубы прикусывают губу. Ее глаза встречаются с моими, когда я медленно опускаю губы к ее уху.

— Но прямо сейчас, до прихода гостей...

— О, черт...

Она тихо стонет, когда моя рука нащупывает ее киску через трусики, а