пройти по той улице, где жил дядя, я боялась и обходила стороной. Говорили, что у тети были какие-то родственники и, возможно, они всем этим завладели, что осталось после дяди. Ну что ж, скряга дядя получил такую страшную смерть.

Да, теперь, как это мне не тяжело вспоминать, но необходимо нужно будет записать.

Жила я у тети Вари и, нужно сказать, жить мне было очень хорошо. Мне и Мане всегда тетя Варя и дядька покупали готовые пальтишки, там какие шапочки, шляпочки, платица, обувь, одним словом, я была, как говорится, обута, одета и чувствовала себя как в[33] родной семье.

Нужно ещё вот что записать, что меня, как уже большую девочку, никуда не пускали одну. Если мы ходили с Маней иногда, очень редко, по воскресеньям в Городской сад, то отправляли нас с приказанием, что, как только начнет смеркаться, чтобы шли домой. И вот мы, бывало, придем в сад, там очень ещё мало людей, походим, посмотрим, а музыки ещё нет. Музыка, играл духовой оркестр 2го кавалерийского запасного полка. И музыку начинали вот именно тогда когда начинало смеркаться, когда нам с Маней нужно было итти домой. А как мне хотелось особенно было послушать, как играли «Отход поезда». Эту музыку я, ещё когда жила у сестры, и работая в своем саду, и если ветер относил звуки музыки в сторону нашего дома, то я с большой радостью вслушивалась в эту музыку.

Иногда у нас в гимназии устраивали классные вечера. Сначала была художественная часть. Декламация стихотворений, пение, украинские танцы на сцене, а потом на часок открывались танцы под оркестр тоже духовой, где играли гимназисты. Вот это было 1 или 2 раза, когда я училась в 4м классе я собиралась на эти гимназические вечера. Тетя очень охотно меня снаряжала и старалась, чтобы я выглядела не сироткой, а хорошо нарядно, хотя и в форме, с белым фартучком, но была, как тетя говорила, не хуже других. Старалась и косу мне заплести, и там ленточки хорошенько в косу завязать.

И вот насколько тетя была как-то рада меня отправить на эти вечера, настолько[34] дядька надувался и всё ворчал, что тетя меня обряжает и что я там буду и петь и даже плясать, да ещё с мальчишками. Не помню, что я говорила, или молчала на все его разговоры. Но приходила всегда рано, так как вечера начинались рано, и кончались тоже рано. Один раз за всю мою жизнь у тети Вари приезжал из Воронежа мой дорогой братец Гриша. Привозил какие-то гостинцы, сладости, колбасы тете, а, видно, за то что я жила у них, то он не платил, так как ему то было не из чего платить.

Училась я хорошо. И уже с 4го класса, я стала репетировать маленьких гимназисток приготовит. и 1-го класса. Правда, плата у меня была очень маленькая, по теперешним ценам это 1.50, 2 рубля в месяц. Но это были большие заработки, и вот я эти деньги всегда отдавала тете. Но вот уже и подходит опять к тяжелому воспоминанию. Вот опять очутилась бездомная, самое тяжелое, опять таки, что могло произойти с сироткой подростком девочкой. Перед тем, как записать эти тяжкие воспоминания, у меня разболелась голова, начало покалывать сердце. И я не сразу пишу, а бросала несколько раз.

Было летнее время, да, даже точно помню, конец летних каникул, через 3—4 дней должны были начаться в гимназии занятия, и я уже ученица пятого класса.

Убрав в домике, поухаживая[35] за слепой бабушкой, а Маня где-то бегала с девченками на улице. Во дворе у тети делали какую-то стройку 2 пожилых плотника. На моей обязанности нужно было покормить их завтраком, потом в 12 ч. дня дать пообедать. Всё приготовляла рано утром тетя. Так что я должна была только покормить работников.

Так было несколько дней. И вот в один из таких дней я, управившись со всеми домашними делами, взяла книжку почитать, помнится, Загоскина[36], и с большим удовольствием, забыв всё, открыла окно в спаленке[37] тети Вари, облокотилась на подоконник, принялась читать. Было это около 5ти часов. Ах, как страшно записывать,[38] так тяжело мною когда-то пережитое. Читаю, как я уже записала, забыв всё и вся. Вдруг тихо входит дядька, муж моей тети. Я его шагов не слышу. Он хватает меня сзади за пояс и, как перышко, валит на постель. Я как-то сразу набрала сколько было у меня сил, закричала и двинула его уж не помню чем, ногами или руками, и опрометью с криком выбежала из дома в калитку, и как была на босу ногу и в одном ситцевом платице, даже не покрывшись[39], побежала по улице. Как говорится, куда глаза глядят.[40] Была близко река, у меня мелькнула мысль утопиться, но тут у меня в мыслях, или, вернее, в глазах появился призрак умершей мамаши. И я после того, как я испугалась привидения на кладбище, туда на кладбище не ходила 2 года. Когда я жила у тети, то ходили после Пасхи на кладбище, а я под всякими отговорками туда ни ногой.

А вот теперь, когда я очутилась на улице, я скоро, скоро бегом побежала на кладбище на могилу к мамаше. Пробыла я там до поздней ночи. Сидела и плакала на могиле. Подошел ко мне сторож и сказал, чтобы я уходила, так как уже скоро ночь и он будет закрывать ворота. И вот я поднялась и пошла из кладбища в город. Уже было темно, я долго бродила по улицам города и всё думала, куда же мне итти ночевать, а в дальнейшем и жить. Подошла я к дому, где я родилась, где когда-то жила с матерью, и где прошло моё хотя и горькое, но всё же детство. Села на лавочку, которая была около дома на улице, и сижу. Думаю, вот если не придумаю, куда пойти переночевать, то усну на лавочке, а рано утром опять пойду на кладбище.

Но получилось так, что, когда я сидела на лавочке, откуда-то шел домой муж сестры. Увидел меня и спросил, почему я сижу, уже ведь ночь, зачем ты пришла. Я заплакала и сказала, что если можно, чтобы Анюта и вы пустили меня, хотя в сад или куда-нибудь в сарайчик переночевать. Он меня не стал расспрашивать, видно, у меня был вид какой-то безумный, пошел сказал сестре. Сестра уже укладывалась спать. Она сказала, ну пусть идёт переночует. И вот я, как бездомная собака, пошла в сарай, взяла охапку сена и рядом с коровушкой улеглась. Долго я не могла уснуть и всё думала о завтрашнем дне. Куда и как? Но сон взял своё, и я уснула.

Рано утром сестра пришла в сарай доить корову. Я проснулась и лежала со своими думами, когда вошла сестра. А я, нужно сказать, как ушла тогда ещё будучи в 3м классе, у них ни одного раза не была. Я очень испугалась, думала, вот она опять сейчас нападет на меня. Сказала ей здравствуй. Она мне ничем не ответила. Села доить корову. Когда подоила, то спросила меня, по каким это делам ночью заявилась к ним. Я заплакала и сказала, что, Анюта, я больше к тете Варе не пойду ни за что на свете. Она выругала моего дорогого братика Гришу. Вот, мол, поумничал молокосос, взял из дома, а теперь как же быть. Стала меня расспрашивать, что, да как, и почему я в таком виде появилась ночью у ворот их дома. Я ничего ей не рассказала, только плакала и говорю, что я пойду, или попросила сестру, чтобы она на базаре подошла к тете Варе и чтобы она, если может, пришла к вам, и я тогда ей расскажу. Сестра на базаре подошла к тете Вари и спросила, что