сомнений уже не осталось — мысли наши подслушивают, делают это круглосуточно, и долгое время я не получал уведомлений об изменениях своей позиции только лишь потому, что действовал как-то не так, как хотелось бы наблюдателям.

Не буду строить предположений, ведь только им известны критерии «роста». Но то, что торговая скидка на личностный ранг Е открылась, а сам ранг еще нет, говорил о том, что я больше политик и «болтун», нежели практик. Но завтра, полагаю, если мои цели и методы, судя по прошлым повышениям, одобряются, то и новый личностный ранг я тоже открою.

— Марк… — Потянула меня за рукав мелкая. — У меня тут кое-чего произошло.

— Да? — Вернулся я в реальность, мысленно пожелав избавиться от мешающего текста перед глазами и заглушить излишне механизированный голос-дубликатор.

— Просканируй меня, пожалуйста. — Взгляд Лизы был обеспокоен, а я уже понял, в чем заключалось дело.

Использовав идентификацию на трансмутаторше, увидел то, что видели остальные в тот день, когда я основал стоянку греллинов.

Елизавета Акунина.

И значок рядом с ее именем. Красивая, многогранная спиралька с учащающейся линией кардиограммы, скрученной в трубочку к центру.

Глава 4

— Акунина, стало быть. — Улыбнулся я. — Поздравляю, похоже, ты сделала что-то неординарное. Или подумала.

— Черт, страшно-то как! Я ж там всякое-разное себе думала, божечки, ну я и кринж… Ой… Ух, вот, мне высветилось окошко, и там сказано, что я теперь… э-э, как бы язык не сломать, — девушка попыталась отставить язык кверху нёба, в безуспешной попытке произнести несуществующий звук единоличного твердого знака, — Лъа'ор, вот!

— Н-да? — Я удивленно вскинул бровь. — Это первый социальный ранг, так?

— Агась! — Просияла она. — А чего ты так удивился? Ты ведь… тоже?

— Так, да не совсем. — Погрузился я в воспоминания. — Мой первый социальный ранг назывался Зи'ир, и означало это в переводе на инопланетный, судя по тексту, «собиратель», да только я так и не выяснил, что именно должен был собирать.

— Людей, конечно! — Ответила взбудоражено девочка на вторую часть моей фразы, а затем, уже гораздо сдержаннее и настороженно, вернулась к первой. — А у меня не так… Это плохо?

— Как переводится? У тебя в тексте должна была быть расшифровка. — Подкинул я идею.

— Точно! Сейчас. — Взгляд девочки расфокусировался, стало понятно, что она всматривается в только ей видимые строки, отраженные на сетчатке. — Я, получается, покровительница… Ерунда какая-то, но так переводится!

— Подумай об этом, а еще скажи, с чего вдруг наши наблюдатели тебя отметили? Что ты сделала или о чем подумала в последний миг перед этим повышением? — Оставил я себе зарубку в сознании, что неплохо бы разобраться с этим, как бы сказать… интерпретированием наших слов на инопланетный, и какой истинный смысл в них вложен.

— Я просто закончила писать бумажку, как ты велел! Вот. — Протянула она мне сложенный вдвое листик бумаги.

— Прочту? — Уточнил я, дабы не вышло чего.

— Ага, я закончила. Расписала все, что думаю. — Просияла девчушка.

Листок я раскрыл. Первое, что бросилось в глаза, это не аккуратно выведенный старательно текст, а нарисованный цветок в правом верхнем углу. Ну что за чудо этот ребенок. Но, куда важнее было то, что именно она написала.

Если скомпоновать это в какой-то определенный смысл, она пошла по пути рацпредложения, и со своей колокольни вынесла предложения о том, что и кому могло бы достаться.

Белое ядро, меняющее рулетку выбор навыка, она предлагала отдать Жене — это, по мнению Лизы, повысит шансы на получение чего-то не боевого, но полезное ей для защиты себя и ее будущего ребенка. Бежевое, фиксирующее навык, она хотела передать Варе, и обосновывала этот выбор тем, что школа разрушения много раз подсовывала ей трудный выбор, и она, то есть Варя, могла бы продумать какую-то стратегию и определиться с направлением.

Желтое, снижающее стоимость нового уровня, отдать Егору, чтобы он с большим вдохновением воспринимал развитие, оранжевое отдать Борису, ведь он жаловался, как ему не нравится его набор навыков.

И вот в таком ключе она прописывала каждое ядрышко и каждого человека, полагаясь даже не на оптимизацию, а скорее на личные качества, желания и проблемы людей. Причем, что характерно, ни меня, ни себя она в этот список не включила. Я поинтересовался причинами, и Лиза с готовностью пояснила:

— Ты и так очень сильный! А мне… да ну, зачем мне, я и обойтись смогу. — Смутилась она.

— Я тебя услышал. — Сказал я, свернул листик обратно в пополам и прибрал к себе в инвентарь. — Спасибо, что постаралась, я учту твое мнение.

— Уи-и-и! — Пропищала она и, подарив улыбку, сбежала обратно под свод пещер.

Ну, раз уж начал, то на полпути бросать не стану. Прошелся по лагерю, собрал записи у тех, кто их закончил, с некоторыми людьми, кто изъявил желание пояснить свои измышления, поговорил об их выборах, и буквально через пол часа у себя на руках я имел полный расклад.

Катя, к примеру, яростно доказывала мне, что я вообще зря все это затеял, и должен был как минимум половину захапать себе, дабы усилиться перед предстоящей вылазкой. Хотя мы и поговорили о ней совсем недавно, тема разгорелась с новой силой вновь, похоже, мою заместительницу не отпускали тревоги по поводу завтрашнего дня. Я пояснил, что не могу полагаться на такую случайность в полной мере, и ведь я же продумывал план, не учитывая это открывшееся обстоятельство, а значит, и действовать буду исходя из этого.

В итоге, явно со мной не согласившись, Катя отказалась давать комментарии — я все равно ее не слышал. Исправить ситуацию не вышло, и наше противостояние мнений осталось неразрешенным. Пока что решил оставить у себя право самому решать, что для меня лучше, и спорить с ней прекратил, но в глубине души надеялся, что это разногласие нам удастся сгладить в будущем.

Боря просил черное ядро себе, посетовав на винегрет из навыков и неясную роль. Я уже в третий раз слышу эту жалобу, и пройти мимо беспокойств своего ближайшего соратника и друга не могу, значит, делаю себе зарубку на будущее. Подумаю, как можно было бы не тратя ультимативное черное ядро поправить его положение.

Варя в почти требовательной манере заявила, чтобы я передал бежевое ядрышко Егору. Ну, иной манеры речи я от нее не ждал, а вот вывод ее был с какой стороны ни посмотри, а очень даже странным. Пояснила: она впечатлена его способностью школы прорицания и хочет, чтобы фиксирующее ядрышко досталось ему, а он расширял свои возможности в этом направлении