— А сейчас иди найди Хильду и приведи ко мне в кабинет, у меня есть к ней разговор. И потом уберите здесь всё… С мылом сундук помойте.

Ларс, чувствуя, что расправа откладывается, сглотнул и бросился выполнять мой приказ. Я же еще немного постоял у окна и, тяжело вздохнув, отправился обратно в кабинет. Находиться в комнате, которая, казалось, провоняла недавним сексом, у меня не было никакого желания.

Ларс буквально затолкал Хильду в мой кабинет через десять минут. Девица выглядела растрепанной, щеки — красные, волосы выбились из косы, но одежду она уже в порядок привела. И на этом спасибо. Почему-то глядя сейчас на эту стеснительную барышню, которая еще полчаса назад истерично пыталась спрятать свои груди в платье, я чувствовал только внутреннее раздражение.

— Мать знает? — прямо спросил я, глядя на купеческую дочь, которая, словно огромная белобрысая мышь, притаилась в углу возле двери. Будто бы я сейчас на нее наброшусь.

— М-м-милорд… — начала девушка. — Простите меня, мы не хотели, но заместитель Ларс…

— Еще раз… — раздражение от всей этой ситуации стало прорываться наружу. Я вообще-то собирался с женой серьезно поговорить, а тут такое! — Купчиха Мордел в курсе твоих похождений? Она знает, что ты специально набилась в слуги в замок, чтобы крутить шашни с моим заместителем?

Девица насупилась, а огромные коровьи глаза, в которых еще секунду назад стояли слезы, резко стали совершенно сухими.

— Не в курсе, — спокойно ответила девица Морделов. — Они думают, что я пытаюсь охомутать вашего заместителя, чтобы сделать его зятем и открыть на него торговую гильдию в городе. Всё, как и обсуждалось ранее с маменькой и папенькой.

— Но у тебя интерес возник раньше, чем у твоих родителей нужда в таком зяте, — то ли спросил, то ли продолжил я за дочь Морделов.

— Я… подсказала маменьке решение. И честно рассказала, что мне нравится мужчина из дружины, которому милорд Гросс лично доверяет, — ответила Хильда.

Она стояла, опустив подбородок, будто готовая драться, но взгляда не отводила. Точно не забитая крестьянка или зашуганная аристократка, которой была Эрен, едва мы познакомились и поженились. Прав был Ларс — это девица из другого теста, и растили ее совершенно иначе, чем других женщин в это время. У купчихи должна быть крепкая рука и крутой норов, если она хочет качественно управляться с семейными делами в отсутствие супруга. И если аристократы могли оставить своих сыновей, заместителей или доверенных лиц присматривать за наделом и помогать женам в их отсутствие, то купчихам, зачастую, положиться было не на кого. Они должны быть самостоятельными.

Ну, тут все понятно. Обложили Ларса со всех сторон. Я мог бы сыграть на его чувстве вины и в наказание за проступок женить на этой Хильде. Да и, строго говоря, я прекрасно знал, как легко этот жучара пользовался доверчивыми девчонками в любом городе или поселке, куда заходил наш отряд. И с какой легкостью он отвергал любые попытки на повторную связь. А тут его не просто соблазнили, хоть он и отпирался, но завалили, как школьника, прямо на сундуке в комнате для шитья моей жены… Это у него должно было все там крепко дымиться при виде купеческой дочери, если он все же поддался. Потому что в любом случае, каким бы треплом не был Ларс, он все же являлся военным профессионалом. Границы дозволенного он знал четко и общался со мной, никогда не переступая невидимую черту. До сегодняшнего дня.

— А не пожалеешь? — спросил я. — Ларс кобель. Будешь слезы лить.

— Все мужики кобели, — фыркнула девица Морделов, а потом поняла, что я вообще-то тоже мужчина. — Ой! В смысле…

— Я понял, — устало перебил я девушку. Второй раз за час слышать, что все вокруг кобели, одного меня женщины не интересуют, я не хотел. — И что, смиришься с этим?

— Главное чтобы в мою постель возвращался и ублюдков в дом не тащил от шлюх, своих детей в доме будет хватать, — упрямо ответила Хильда, демонстративно упирая ладони в широкие бедра. В своих физических способностях заполонить Херцкальт и округу маленькими копиями Ларса она определенно не сомневалась. — На все остальное я управу найду. Тем более, мы же в Херцкальте останемся, при вас, милорд. И будем семьей, которая служит наделу и барону Гроссу не за страх, а за совесть.

— Купцы отдельное сословие, — заметил я. — Вы не служите лордам. Только королю Эдуарду. Долгих лет жизни ему.

— Долгих лет жизни… — эхом повторила Хильда.

— Но ты говоришь так, будто бы уже все сама решаешь, — продолжил я. — Если я вызову в замок сейчас купца и купчиху, что они скажут?

— Папенька уже стар и скоро не сможет вести дела, они долго с маменькой молились Алдиру, но ответил он им только на склоне лет, и родилась я. Так что вся надежда семьи сейчас только на зятя. И меня готовили к этому, милорд, — ответила Хильда, склоняя голову. — Так что ничто не мешает быть нам в добрых отношениях со своим лордом.

Я еще раз посмотрел на эту рослую и не по годам упорную блондинку, после чего сделал то, чего не делал со времен, когда мне жаловали титул и весь мой отряд присягал мне на верность, из наемников превращаясь в личную дружину барона Гросса.

Не вставая с места, я вытянул ладонь перед собой и, пальцами вниз, направил в сторону Хильды.

Девушка поняла все и без слов. Едва завидев мою руку, купеческая дочь бросилась вперед, и, рухнув на колени, едва-едва прикоснулась губами к моим вымазанным чернилами пальцам. После чего — прижала тыльную сторону ладони к своему лбу.

Раз уж говорит, что хочет служить барону Гроссу, то пусть делает это на самом деле. Хоть это было и против местных сословных правил и традиций.

— Не смей потом жаловаться, Хильда Мордел. Сама так выбрала, — сказал я, давая девушке понять, что она наконец-то добилась своего. — Будет тебе свадьба. Когда мы вернемся с турнира.

Купеческая дочь вскочила на ноги, и без конца повторяя слова благодарности, попятилась к выходу. Я же остался в раздумьях в кабинете, не заметив, как на улице стемнело. Вывел меня из ступора Грегор, который сейчас безвылазно занимался варкой тушенки на четвертом этаже — процесс этот был несложный, а после изготовления котла-скороварки,