что Дар у наследника Этира проснулся сам по себе, и именно сейчас. Элеонора, на тебе архив Академии магии и университета. Все, что касается необычных проявлений Дара у студентов, странные студенты и прочие аномалии. Начни со светлых и природников, они больше всего любят эксперименты с живой материей…

— Согласна, — хмыкнула Нора. — Хотя я бы начала с архива правонарушений и некромантов. Среди них тоже попадаются те еще… затейники…

— Ты бы начала, — согласно кивнул Шеф, — но к правонарушениям нужен спецпропуск, а я его смогу сделать без подозрений только на следующей неделе. А с темными и некромантами разберется Кайа — ее я к светлым отправить не могу. Поэтому давай пока начни с того, что есть, можешь подключить Дарина, но сильно не увлекайтесь… хе-хе…

Он перевел взгляд на секретаря:

— Линда, передашь Гарте, когда вернется, что на ней проверка общин оборотней. Пусть как хочет, но найдет мне тех, кто стоял за этими творцами тридцать лет назад. Алиниэль, эльфийский гадюшник по-прежнему за тобой. Ирма, страхуешь Али. У вас, девочки, полный карт-бланш в Тарран-карисе. Будете работать по обстановке, но не забывайте прикрывать свои зад…умки железными аргументами.

— Шеф… — недоверчиво позвала я. — Вы серьезно? Я смогу?..

— Что-то не понятно? — обманчиво-спокойно посмотрел в мою сторону Вит.

От этого взгляда мне захотелось одновременно провалиться сквозь пол и подбежать обнять мужчину. То, что он строил планы на будущее, да еще и в перспективе, могло значить только одно. Это будущее и перспектива у меня есть. А разбитое сердце — трагедия только для тех бездарностей, которые не могут собрать из осколков жирафика! Я широко счастливо улыбнулась, возможно, первый раз за последние дни:

— Нет, все предельно ясно!

— Отлично. Девочки, вы у меня каждая — бесценный бриллиант! — он обвел нас гордым взглядом. — Умные, красивые, язвительно-стервозные. Мне все мои друзья завидуют, что каждый день я провожу в таком цветнике. Али, тебе завтра предстоит нелегкий день, поэтому после четырех, чтоб духа твоего здесь не было! Завтра с утра сюда при параде, я лично отправлю тебя к отцу. А вы, — он пристально посмотрел на Ирму с Норой, — не обижайте своих мужиков, им и так сложно. Хотя и сказочно повезло, выходите на связь вовремя. Не ленитесь отписать им пару слов. Особенно, это касается тебя, Ирма! Мне Фокс однажды в три часа ночи позвонил, чтобы узнать, куда я тебя отправил…

— Я поняла, Шеф! — фыркнула магесса. — Хорошо, что этот слабак меня бросил!..

Дружный хохот достойно завершил это совещание.

— Он — тебя?.. — расхохотался Вит.

— Да, — пожала плечами огневичка, едва сдерживая смех. — Кто его за язык тянул спрашивать, сколько у меня было мужчин? Я честно ответила, что два…

— Не задался денек? — вытирая глаза, сквозь смех спросила Нора.

— Ага, так я ему и сказала…

— Все, идите работайте, — выдавил сквозь смех Шеф.

— Вит, я домой — с ног валюсь, — Кайа подняла арбалет, вопреки своим словам, легко вскидывая его на плечо. — Трое суток без сна, резерв почти на нуле. Завтра буду.

— Вижу, дорогая, — кивнул Шеф. — Собирайся, я тебя отправлю.

Я задержалась в приемной, пропуская Ирму вперед. Кайа сняла аккуратно расправленный и вычищенный плащ с вешалки, закинула его на другое плечо и обернулась ко мне:

— Наставник упомянул, что ты отлично справилась со своим заданием, и хотел пожелать тебе удачи завтра.

— Ты виделась с ним? — равнодушно спросила я.

— Нет, созванивалась, — качнула головой ведьма.

— А… Кай, он знает, что ты одна из нас?

— Нет, конечно! — оскалилась в улыбке некромант. — Точнее, очень надеюсь на это. Рассказал вкратце, почему задерживается в Тарран-карисе, дал распоряжения по Академии и сокрушался, что не может пожелать тебе удачи лично.

Я улыбнулась. Удачи. Спасибо, конечно, но вот что мне теперь с этим делать? Кайа скрылась в кабинете Шефа, а я отправилась к себе.

Тихо и аккуратно прикрыв за собой дверь нашего с Ирмой кабинета, я так же молча выпустила когти на всю длину и провела по ее внутренней стороне, оставляя глубокие царапины. Получилось негромко, и я повторила маневр, до скрипа сжимая зубы. На четвертый или пятый раз огневичка не выдержала:

— Али, Мать твою Природу! Хорош уже превращать дверь в когтеточку! Иди к Элеоноре, пусть она тебя отрегулирует! Мне жалко слышать твое сопение и скрип зубов, но и помочь тебе нечем…

Я задумчиво посмотрела на подругу, приподняв бровь. Отрегулировать состояние с помощью ментального Дара — это, конечно, можно. Но, насколько я знала, в распоряжении Элеоноры есть и более радикальные методы решения моей проблемы. Решительно распахнув измочаленную дверь, я вышла в коридор…

Тихо постучала в отдельный кабинет — его после очередного спонтанного ремонта в офисе Вит выделил тогда еще неопытной менталистке, чтобы обезопасить остальных от ее влияния и шуточек. Мне не ответили, и я заглянула так. Элеонора сидела в своем шикарном кресле, сбросив туфли и поджав ноги под себя.

— Занята?

— Вообще-то, да, но ради тебя прервусь, — хмыкнула она. — Только умоляю, чайник ткни, а то я уже час кофе хочу, а оторваться не могу.

Я включила чайник и достала себе чашку.

— Ой, Али, сыпани мне тоже, — она подвинула мне чашку, в которой кофейной гущи уже было две трети.

— Не боишься, что там зародится новая жизнь? — подколола я подругу. Нора весь день могла пить только кофе, досыпая в гущу свежую ложку и заливая кипятком.

— Нет, я ее с утра мыла, — отмахнулась менталистка, отодвигая клавиатуру и устало потирая глаза.

— Как замужем? — попыталась я завязать хоть какой-то разговор перед тем, как пытать ее своими проблемами и предлагать незаконное.

— Отлично, — понимающе усмехнулась она. — Не буду утверждать, что всем это нужно, но, кажется, я становлюсь сторонницей брака в отдельно взятом кабинете.

Сделав глоток, она тактично замолчала, уставившись в чашку и давая мне возможность начать.

— Нор, мне, кажется, помощь нужна, — неловко пробормотала я. Она молча приподняла бровь. — Я не знаю, что мне делать…

— В таких случаях обычно и приходят за помощью, — иронично подбодрила она, успокаивая одним своим присутствием.

— Ты же можешь точечно стереть воспоминания?

— Могу, — серьезно кивнула она. — Если есть необходимость. Очень острая необходимость.

— Есть! — горячо воскликнула я. — Еще какая! Я хочу… Мне надо… Это мне надо стереть воспоминания кое о ком…

Выдохнув последние слова, я почувствовала, как у меня холодеют пальцы, несмотря на горячие стенки чашки. Мне безумно страшно, но надо что-то делать! Завтра надо будет являть себя этим стервятникам, а на мне каждое второе платье болтается и глаза опухшие. Элеонора спустила одну ногу, выпрямляясь и делая