завтра планировали, но… получилось сегодня? Вот и отлично!

– Тащи его в рамбиль! Сейчас за Веберами и поедем в горы! А с утра к Слифту, пусть шустрит!

Никлас кивнул и послушно потащил. А что ему еще оставалось делать?

* * *

– Что сначала?

– Сначала мы доезжаем до нужного места, – командовал Фабиан. – Устраиваем вот этого… в пещере.

Парни не переглядывались.

Но… убивать-то его там и придется. В той самой пещере, в которой они и веревку бросили, и пустой мешок, и даже кусочек леония в углу…

А как его убивать?

То есть КАК – понятно. Просто вот как-то оно… парни никогда и никого не убивали. Животные на охоте – не в счет, тут ведь живой человек, которого трое из них в первый раз видят.

– Едем, – согласился Никлас, – я могу… это. Но если все рядом будут.

Будут, конечно, куда они денутся? Такие вещи им придется делать вместе. Не настолько они друг другу доверяют, а сейчас будут повязаны кровью, и никуда им друг от друга не деться, и… страшно это.

Вот Фабиану и правда было страшно. И Полу. Марко страха не испытывал, ради своей хорошей жизни он бы кого угодно убил, Никласу тоже было безразлично, он бы и десяток довернцев придавил, не беда. А Фабиан, пожалуй, больше боялся не убить, а того, что за этим может последовать.

Государство такое… даже довернцев нельзя убивать без суда и следствия! Даже если очень нужно!

Вот где справедливость?

Нет ее, справедливости!

* * *

Может, и обошлось бы все у парней. Но…

Ночь. Рамбиль приехал, да еще так близко, да сразу четверо парней… и чего-то тащат такое, увернутое в ткань.

И что может сделать честный работорговец?

Пойти и посмотреть, что тут происходит. Потихоньку, полегоньку, подобраться поближе и послушать. А вдруг они клад закапывать приехали?

В Доверне клад тоже пригодится, тем более им ни с кем и делиться не надо будет. Жамиль кивнул Веньяту, мол, посторожи баб, и отправился узнать, что случилось.

Подобраться поближе тоже труда не составило. Парни по скалам ходить не умели, спотыкались, шумели, ругались, матерились – чего стесняться-то? Они тут одни, эта местность безлюдная, они еще и магические фонарики достали и перед собой дорогу освещали. А фонари эти дорогие, но, как у всех фонарей, у них один недостаток.

Кроме конуса света, ты ничего не увидишь. Человеческий глаз дольше перестраивается на темноту, чем на свет, и видим мы в темноте хуже, так что… за Фабианом и компанией можно было идти хоть впятером. Не поняли бы. Но Жамиль все равно прятался за скалами.

Первое, что он понял: на клад рассчитывать не приходится. Они явно несут человека.

Убили кого-то? Собираются прятать труп?

Тоже надо посмотреть. Он подождет, посмотрит, что и где, а потом труп-то и раскопает, и перепрячет… в следующем году, по весне, они сюда вернутся. И можно будет чуточку пошантажировать парней. Понятно, в свою пользу и в свой карман.

Если они на рамбиле ездят, то не бедные, а раз так – пусть делятся. От богатого немножко – не грабеж, а дележка, на том и стоим!

Вот и пещера.

Парни занесли туда сверток, задели им неудачно за стену, а тот и застонал.

– Так, клади его! – распорядился Фабиан. – Марко, ты все из багажника взял? Дерево, освященное в храме, широкий нож?

– Взял… грязно это, – поморщился Марко, который отлично понимал: сейчас тут будет грязно и кроваво.

Чтобы не призвали некроманты, надо отрубить голову и пробить сердце. Голову потом или выкинуть куда, или сжечь… а когда голову отрубаешь – кровь идет. Так что начать лучше с сердца.

– Давайте мне сюда кол и молоток, – приказал Никлас, – я сейчас забью этому Тьян… Фьян… как его там?

– Тьянху, – подсказал Пол.

Было неприятно, словно имя как-то очеловечивало… вот без имени убивать было бы легче! Ей-ей!

– Вот. Сейчас я этому Тьянху кол в сердце забью, подождем, пока сдохнет, и можно будет голову отделять.

Дальше ждать Жамиль не стал.

Он сильно сомневался, что в округе найдется еще один Тьянху, а если так…

Рука полезла в карман, сжала маленький магический снаряд. Такие давно применяются… правда, чаще в больницах или там, где надо срочно усыпить людей, животных – да всякое в жизни бывает.

Небольшой шарик. Сжать его – и кинуть вперед.

Работает у всех. Вообще.

Стоит дорого, но пару раз себя оправдывал, когда бабы бесились, так что работорговцы чуток потратились. Сейчас вот и пригодилось.

Жамиль сжал шарик и кинул вперед. И метнулся в сторону, в кусты, спасаясь от густого фиолетового дыма, который мгновенно заволок всю пещеру.

Минут через пять все развеется, все, кто находятся внутри, – уснут. И тогда можно будет войти внутрь, кого надо – связать, кого не надо – освободить, дождаться пробуждения и подробно расспросить у Аарена, что случилось.

Жаль только, шарики эти рассчитаны на двенадцать часов сна. Так что…

Придется подождать до завтрашнего дня.

Ничего, подождут.

* * *

Раньше в библиотеке сидели двое. Теперь трое мужчин обживали кресла. Алан Юрлих чувствовал себя не слишком уютно, но Робин и Матео были безжалостны.

– Привыкай! Ты как с его высочеством разговаривать собираешься?

Алан и не представлял себе такого. Для него уже мэр города – недоступная величина, а чтобы принц…

Как говорится, все люди равны, но некоторые равнее других[15].

Вроде бы и титулов давно нет, и монархия в стране достаточно скромная, конституционная, и совет при короле есть, и теоретически к королю может подойти и поговорить каждый…

В теории – да.

А на практике Алан и вообразить этого не мог! Что вы!

Вместо дискуссии он тщательно обмерял ноги Робина. А потом и Матео.

Да, магия может многое, но далеко не все. И лечить магов, которые ее потеряли, сложнее, и помощь была оказана не сразу. Матео лечили уже после освобождения, а переломов у него за эти пять лет набралось много, до сих пор прихрамывает.

Робина старались вытащить, лечили самое серьезное, остальное уже вторично. Вот и…

Обувь – мелочи?

Так наденьте неудобную обувь – и вперед, на работу! На весь день, да побегать, да побольше… мигом мнение поменяется!

Вот Алан и обмерял.

Кожу он уже заказал, Хью уже все привез, и теперь парни смотрели, как на столе творится почти волшебство.

Алан все тщательно обмерил, ощупал, прикинул, а потом чуть ли не одним движением руки принялся рисовать выкройки. Талант у парня определенно был.

Начать решили