Боже, о чем я думаю! О цацках! Я все-таки не выдержала и разразилась визгливым истерическим смехом, вырывавшимся из меня вперемешку со стонами и слезами.

— У вас истерика, лирра, позвольте, я введу вам лекарство, — в руках врача мелькнул прибор, похожий на серебристую капсулу с короткой инсулиновой иглой.

— Не смейте ко мне прикасаться! — заорала я, собираясь вскочить с кровати. — Хватит колоть меня всякой дрянью! Ничего я вам не отдам!

Дернулась так сильно, что пара трубок отпала.

Тут же заверещала сирена, и в палату вломилось несколько громил со зверским выражением на рожах. Меня прижали к койке, удерживая вчетвером, пока я бесновалась, выкрикивая ругательства, а доктор пытался поймать мою руку и сделать инъекцию. Следователь благоразумно отступил в сторону, позволяя остальным делать свое грязное дело.

Я почувствовала укол, а через мгновение тело сделалось ватным, желание сопротивляться начало медленно угасать. В голове появился туман, в котором вяло плавали мысли.

Громилы отошли, оставляя меня лежать, распластавшись, точно выброшенную на солнце медузу. Мои веки стали тяжелыми, налились свинцом. Захотелось закрыть глаза.

— Что с ней? — Левицкий нетерпеливо щелкнул пальцами, привлекая мое внимание. Они у него были вполне человеческие, с коротко стрижеными ногтями.

— Это реакция на смерть родных, — сообщил врач со знанием дела. — В данном случае ее разум избрал лучший вариант защиты — полное отрицание очевидного.

— Понятно. И долго она пробудет в таком состоянии? — он бегло осмотрел меня.

У меня появилось непреодолимое желание улыбнуться во весь рот, демонстрируя приобретенные клыки, но я не могла даже моргнуть. Не было сил.

— Я ввел успокоительное, к утру она придет в себя. Но вы же понимаете, девочке нужна психологическая помощь. Вам придется немного подождать с допросом.

— У меня не так много времени. Она должна дать показания до того, как за дело возьмутся горауканцы.

— Это невозможно. По крайней мере, сейчас.

Левицкий еще раз прошелся по мне пристальным взглядом. И судя по выражению его лица, он не очень-то верил в мою неспособность давать показания.

— Тогда позвольте откланяться. Но, на всякий случай, вот мой сетевой номер.

Он взял мою руку, которая сейчас была абсолютно безвольной, немного засучил рукав своего комбинезона и приложил свое запястье к моему.

Что-то щелкнуло, у меня в мыслях вспыхнул и погас длинный ряд непонятных значков.

Услужливая фантазия тут же идентифицировала их как местные цифры. Я бы эти каракули в жизни не разобрала, но почему-то была уверена, что они непременно всплывут в памяти, когда понадобятся.

— Когда будете готовы к конструктивному диалогу — сообщите. Следствие по вашему делу полностью в моей компетенции.

С этими словами он развернулся на каблуках и вышел в бесшумно отъехавший люк. Я прикрыла глаза, потому что окружающий мир расплывался с ужасающей быстротой.

— Лирра, — голос доктора отвлек меня от невеселых мыслей, — пришел ваш жених. Ему сообщили, что вы очнулись, и он очень хочет увидеть вас.

"Жених, — вяло подумала я, — уж не тот ли единственный, которого я заказала?"

— Я скажу, что вы утомлены, пусть приходит завтра.

"Господи, когда от меня все отстанут? Дайте мне спокойно умереть…"

Я с удовольствием бы отвернулась и закрыла уши руками, но ни того, ни другого сделать, к сожалению, не могла.

Последнее, что я услышала, это шаги Нуррана и звук отъезжающего люка. А потом все — сознание отключилось.

***

Проснувшись во второй раз, я прислушалась, прежде чем открыть глаза. В окружающем мире что-то было не так. Чуть слышное монотонное гудение никак не могло быть гудением моего холодильника или стиральной машинки, а еще мой нос улавливал странные незнакомые запахи. Так не пахнет в моей квартире…

Открыв глаза, я уставилась в потолок, потом перевела взгляд на стены. Нет, мой кошмар никуда не делся, я по-прежнему оставалась в том странном месте, в которое меня неизвестно как занесло.

Посмотрела на руки. Моя кожа была все такого же голубого цвета, с узором из серебристых чешуек. Не удержавшись, я откинула одеяло, решительно задрала рубашку до пояса и тяжело задышала, пытаясь справиться с охватившим меня приступом паники.

Ноги оказались зафиксированы эластичными держателями, а под колени уходило штук пять разноцветных трубок. Как я ни старалась, мне не удалось пошевелить нижними конечностями. Успокаивало только одно: их было две, ровные, бледно-голубые и безволосые. "Ноги как ноги", — облегченно подумала я. Хотя, на лодыжках и коленях была видна чешуя. Между ног тоже ничего нового не обнаружилось, разве что вместо привычной растительности на лобке блестели все те же серебристые чешуйки. Интересно, а под мышками они тоже есть?

Я извернулась, заглядывая себе в рукав. Нет, там только гладкая голубоватая кожа.

Оттопырила широкий ворот и заглянула под рубашку. Фух, слава богу, грудь на месте. И ничего такая грудь, не очень большая, зато красивой формы и крепкая.

А еще у меня теперь неестественно узкая талия. Такую обычно создают хирургическим путем, удаляя нижние ребра.

С одержимостью маньяка я внимательно осматривала себя во всех местах, где только могла, и даже пощупала. Новое тело казалось чем-то нереальным, способным исчезнуть в любую минуту, и меня посетила надежда: а вдруг мне все это снится? Я вот-вот проснусь у себя в кухне, за столом, с больной от перепоя головой, побреду в душ и буду собираться в офис. Потом, как всегда, позвонит маман и устроит мне взбучку. А еще предложит на выбор с пяток великовозрастных сыночков своих подруг, которые, как и я, прозябают в одиночестве…

Осознание действительности не пришло ко мне как гром среди ясного неба. Я могла бы сколько угодно доказывать себе, что окружающая реальность — плод моего не в меру разыгравшегося воображения, но в конце концов мне пришлось бы посмотреть правде в глаза. Слишком уж четко я запомнила яркий свет фар, оглушающий визг тормозов и монстроподобную кабину тяжеловесной фуры, несущейся на меня.

Я напрягла память, пытаясь вспомнить промежуток времени между моей идиотской попыткой привлечь суженого и сегодняшним пробуждением.

Кажется, со мной говорили двое: один длинный, затянутый в серебристый комбинезон, а второй такой красный, будто обгорел на солнце, и комбинезон у него был черный. Первый назвался моим врачом, второй — следователем. И оба уверяли меня, что я нахожусь на космической станции.

Вспомнился старый фантастический сериал, кажется, он назывался "Квантовый скачок". Там герой путешествовал во времени, вселяясь в тела разных людей. Неужели со мной случилось нечто подобное? Но почему именно со мной? Почему именно я? Ответа на эти вопросы не было…

Очень спокойно и даже отстраненно я