остальные пусть самостоятельно попытаются построить на руинах новую, более счастливую жизнь. Никаким иным путем в данном случае эта задача не решается».

«Жертвы при такой операции будут исчисляться десятками миллионов человек, — ответил я, — причем в основном это будут не отъявленные бандиты, а рядовые обыватели и праведники, которых мы не сможем вовремя обнаружить и извлечь, потому что рассеяны они по всей Америке. Быть может, все же попробовать сделать президентом-наместником Билла Клинтона — человек он вроде не злой и вполне понятливый, только недалекий, а потому легко манипулируемый».

«Попытайся, Сын мой, — громыхнул голос Небесного Отца. — Вот только супругу его ты должен изъять заранее. По своим моральным качествам это существо по имени Хиллари ни разу даже не королева Виктория. И еще. Если на американском направлении у тебя ничего не получится, то это не будет засчитано как неудача. Считай это задание факультативом. Бип-бип-бип».

Вот и поговорили с Небесным Отцом. Не скажу, что на душе полегчало, зато многое стало понятно. Сравнения с Всемирным Потопом и Содомом для этого было достаточно. Мой Патрон считает, что для выживания человечества много понимающая исключительная нация должна умереть, и совершенно не верит в эффективность реанимационных мероприятий. А я так не могу, потому что живой человек и ответственность несу не только перед наивысшим начальством во всем Мироздании, но и перед собственной совестью. Кому многое дано, с того многое и спросится, и спрашиваю в первую очередь я сам с себя. Значит, придется самым настоящим образом поработать с шалуном Билли, и помогут мне в это Роберты Хайнлайны, Саманта Смит и Мэри Смитсон. Ведь им тоже далеко не безразлично, что станет с американской нацией в этом и последующих мирах…

И тут команданте Фидель прервал мои размышления.

— Что это было, товарищ Серхио? — спросил он.

— Это мне по внутренней связи позвонил мой Патрон, он же Творец Всего Сущего, он же Всевышний, он же Первое Лицо Троицы, — ответил я. — Всемогущий Боже полностью одобрил ваши слова, более того, Он сравнил нынешнюю Америку с допотопной цивилизацией, а также с Содомом и Гоморрой. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит, однако у меня есть право попытаться спустить все на тормозах, но только не в ущерб основной задаче. Поэтому давайте вернемся к вашим кубинским делам, которые как раз входят в эту самую основную задачу.

— Да, — кивнул товарищ Фидель, — давайте вернемся к нашим делам, которые, сказать честно, совсем нехороши, тем более что вы пока так и не сказали, в чем именно заключается ваше предложение, и даже не представили своих спутниц. Я понимаю, что случайных людей в вашем окружении быть не может, но все же хотел бы знать, с кем имею дело.

— Начнем с последнего вопроса, — сказал я. — Рядом со мной стоит одна из моих ближайших соратниц товарищ Кобра. Она, как и я, тоже имеет честь состоять почетным членом ЦК партии российских большевиков в мирах шестнадцатого и девятнадцатого годов. Еще эта женщина является Магом Огня высшей девятой категории и Адептом Хаоса. Поскольку я являюсь Адептом Порядка, вдвоем мы составляем единство противоположностей, которые не борются, как положено по Гегелю, а сотрудничают во имя общей цели. Завидев нас двоих на горизонте, сам Сатана с визгом убегает и прячется в самую глубокую нору, ибо боится прекращения своего существования. Вот эту госпожу в белом зовут Риоле Лан, она является представительницей внеземной расы светлых эйджел и работает у меня социоинженером. С другой стороны от меня стоит главный тактик темная эйджел госпожа Тулан Мала. Однажды я победил ее клан, застигнув его за ловлей пеонов, но не убил плененных темных эйджел и не обратил в рабство, а предложил пройти через процедуру инверсии и присоединиться к моему войску, принеся все положенные в таких случаях клятвы. У расы эйджел много разных недостатков, но все свои клятвы и обещания они всегда соблюдают с железобетонной стойкостью, а не как ваши соседи с севера — только тогда, когда хочется.

— Да, — усмехнулся Фидель, — есть за гринго такой грешок. И еще: что такое тактик мне примерно понятно, объясните, пожалуйста, смысл профессии социоинженер.

— Социоинженер, — пояснил я, — это гражданский чин, который занимается отладкой взаимодействия внутри человеческих сообществ, минимизирует внутренние конфликты и оптимизирует действие управляющей вертикали. Социоинженеры не командуют и не руководят, а только дают советы, однако ценой их несоблюдения может стать торможение развития и даже человеческие жизни.

— Ваше общество изнутри устроено достаточно хорошо, поэтому прежде, чем давать советы я подожду решения его материальных проблем, а до тех пор моя позиция чисто наблюдательная, — сказала Риоле Лан. — Быть может, потом я вам скажу что-нибудь по своей профессиональной части, но пока я вижу только, что вашим людям нужно вернуть нормальный образ жизни и надежду на лучшее будущее.

— Золотые слова! — воскликнул команданте. — Надежда на лучшее будущее в окружающем беспросветном мраке нам нужнее всего. А сейчас, товарищ Серхио, расскажите мне суть вашего предложения стать имперскими федератами.

— Для начала, — произнес я, — федерат — это полноправный союзник, который по своим возможностям не дотягивает до статуса соседа с фланга. Размер, знаете ли, тоже имеет значение. Далее Империя обеспечивает федерату безопасность по военной, политической и экономической части, не останавливаясь перед применением грубой вооруженной силы и прорывных галактических или магических технологий, а тот, в свою очередь, обязуется согласовывать с Империей свои внешнеполитические шаги и слушаться советов социоинженеров, когда они касаются устройства внутренней жизни. Очень тяжело бывает тащить из воды утопающего, когда тот сопротивляется своему спасению изо всех сил. А сейчас, пока вы еще не сказали ни да, ни нет, так сказать, авансом… Лилия, ты мне нужна.

Хлоп! — и моя приемная дочь тут как тут.

— Да, папочка, — заявляет она. — Кого тут надо вылечить?

— Вот этот хороший человек, — сказал я, — нуждается в восстановлении здоровья и омоложении, чтобы был таким же, как сорок лет назад, когда поднимал свой народ на бой с проамериканской диктатурой Батисты.

А у команданте Фиделя глаза сделались даже не по пять копеек, а по рублю. Вот не было ничего — и вдруг прямо из воздуха появилась девочка в древнегреческом хитончике.

— Сейчас, папочка, — воскликнула Лилия и, крутанувшись на месте, облачилась в свой докторский прикид. — Замрите, больной, дышите, не дышите. Все нормально, папочка, никаких препятствий к оздоровлению и радикальному омоложению нет.

— Это, — пояснил я. — моя приемная дочь и в тоже время античная богиня Лилия, которой мой Патрон присвоил звание Святой Лилии-целительницы. Если человек еще не умер, то для нее по части восстановления его