Ирис склоняет голову набок, распрямляет плечи, а меч танцует в ее руке, когда все новые корни устремляются к ней. А следом раздается знакомое мне дребезжание, и я с трудом удерживаю Призрака в ножнах. Потому что это звенят другие мечи, желая прийти Ирис на помощь.

О нет… Я просил ее оставаться незаметной, но похоже, это будет непросто.

«Королева мечей, королева мечей…» – слышу я шепот в толпе и понимаю, что пришло время сбежать отсюда.

Успею ли я по пути забежать за тем красивеньким колечком?..

Не успеваю я закончить мысль, а Ирис – воззвать к другим мечам, как солнце скрывается за тучей. Поначалу я думаю именно так, но следом наступает темень, и становится ясно, что виною не просто туча, а луна. Бирюзовая Хильдегарда становится абсолютно черной в ореоле солнца. Среди этого затишья, пока все отвлеклись на игру небесных светил, я утаскиваю Ирис прочь, хотя она и пытается отбиваться от меня.

На небе вскоре появляется и вторая луна, серебристая Дану, а за ней третья, Фортуна, и… четвертая.

Четыре луны выстраиваются в ряд – фиолетовая Сивилла будто застыла в нерешительности поодаль от других лун, но сомнений быть не может. Пророчество сбывается.

Даже когда мы добираемся до постоялого двора, темнота не спадает. Слышны тихие возгласы и детский плач, но ложащаяся поверх всего тишина будто предвестник надвигающихся бед.

Глава 19

Тьма наступает

… это все равно ловушка…

Витриция

– Она жива! Я же говорила, она жива! – Я бросаюсь к стеклянным дверям, выбегая на балкон.

С этого самого балкона я каждое утро выходила, чтобы поздороваться с жителями Фогстара, города, который я обязана покорить, чтобы Милшторм стал моим. Тогда мы сможем двинуться дальше, к Малым Королевствам.

Но сейчас повсюду темнота, которая накрыла нас своим саваном. А на небе, окутанные призрачным гало, сияют четыре луны Магиваррии.

Бено медленно следует за мной, но держится на расстоянии. Вновь его мучают приступы, когда он подходит ко мне слишком близко, а нам нельзя допускать промахов.

Город внизу притих и притаился, тьма принесла с собой страх и ожидание новых бед. После первого знамения на земли Магиваррии вернулись стратумы, что будет после второго? Что нам готовит эта тьма?

На перилах балкона белеют бутоны лилий, от их аромата меня уже подташнивает. По обе стороны от меня развеваются синие с золотом знамена с моим новым гербом – единорогом в окружении белоснежных лилий. Под этими знаменами я поведу армию на королевство Рут, рассадник стратумов. Одолею эту заразу и навсегда завладею Магиваррией.

– Даже если и так, возможно, она не собирается вставать на твоем пути, моя королева, – говорит Бено.

– Не будь столь наивным, король мой, – отвечаю я. – Ирис вернется, чтобы вновь внести смуту. А если ею завладеет стратум… не знаю, сможем ли мы тогда выиграть эту войну. Ты только посмотри, что она сделала с тобой! Я уверена, что изъян в твоем силоцвете из-за нее. Она что-то сделала с ним, прежде чем отдать тебе, иначе бы ты уже мог контролировать свои вспышки.

Я не свожу взгляда с этих зловещих лун. Мне страшно, но я полна желания изменить мир к лучшему. Тот единорог, что явился мне, лишь подтвердил мою избранность. Я смогу рассеять тьму светом своего Дара. Я рождена для этого.

– Может быть, нам стоит отменить свадебную церемонию? – вкрадчиво спрашивает Бено, зная, что не может переубедить меня насчет этой ведьмы Ирис.

– Ни за что, – говорю я, сжимая перила. От моего прикосновения бутоны лилий распахиваются, даже без солнечного света. Им достаточно меня. Если так надо, я буду их солнцем – светилом для всей Магиваррии. – Церемонию мы проведем, как и планировали. И казнь тоже. Особенно казнь.

Эгирна

Тамур откладывает столовые приборы и подхватывает хрустальный кубок. Опрокинув содержимое, он громко ставит кубок обратно на стол и пристально смотрит на меня.

– Наша армия Белокрылых готова? – резко спрашивает он. – Я устал ждать, Эгирна. Я создал тебя такой не затем, чтобы прождать еще вечность.

Существа, которых сотворил он, не отличаются интеллектом и готовы нападать на всех без разбора. Но стратумам нужно не это, они не планируют уничтожить все, что движется и дышит, поэтому на отряд моих ртутных Мотыльков Тамур возложил самые большие надежды.

– Все почти готово, – отвечаю я.

– Почти! – Он хлопает кулаком по столу, и кубок опрокидывается. Звенит серебро и новый перламутровый фарфор, подаренный королю. – Мне не нужно твое «почти», Эгирна. Эта мерзавка Ирис уже должна быть тут, хорошенько связанная в моем лабораториуме, а не бегать по Сфере и уничтожать моих сородичей. Она имеет наглость бросить мне вызов в открытую вместе с этим щенком из Прима. И Дракон! Почему он все еще жив? Нам нужны земли драконов, а не их огонь.

– Ваше Величество, я работаю над этим… отряд скоро будет готов, – говорю я, опуская взгляд.

На небе, как и было обещано, уже взошло четыре луны. Идеальное время, чтобы завершить работу над моим отрядом. Мать уже тоже достаточно окрепла, чтобы выйти в свет. Точнее, во тьму, думаю я и чуть ухмыляюсь.

– Над чем это ты смеешься? – спрашивает Тамур. Как же он мне надоел.

– Простите, Ваше Величество, я просто представила, как будет здорово наконец поймать Ирис.

– Если бы это было так просто, я бы уже давно это сделал. Но даже Эдна не может предсказать ее следующий шаг. К чему нам нужна была пророчица, если она не видит дальше своего носа.

– Но разве не просила Галла захватить ее? Разве не хочет она увидеть страдания своей сестры?

– И то верно, – говорит Тамур, поднимаясь из-за стола. – Оставим пока Эдну Мариссе, пусть поиграет с ней.

– Если бы нам удалось завладеть Эдной до конца, может, все бы и получилось, – говорю я. – Может, Марисса не справляется со своей задачей?

– Она сильный стратум и всегда была верна мне, – отвечает Тамур. – Этот вопрос закрыт. Займись своим отрядом, Эгирна. Нам уже пора явить свою силу. Генерал Кайо выдвинул големов в сторону Диамонта. Ни одна из армий не успеет подойти к королевству так быстро, и мы с легкостью захватим территорию внутри кольца. И двинемся дальше.

– Да, Ваше Величество, все так и будет.

До прихода Галлы остается все меньше времени, и дальше тянуть с моим планом уже нельзя.

– Ваше Величество, простите мою вольность, но куда вы дели принца Марциана? Где