— Угрожаеш-ш-шь мне? Думаеш-ш-шь одолеть меня? — хвост Матери Леса приподнялся, задрожал и принялся издавать трескучие звуки. — Ты лишь бледная тень той, что была когда-то. Тебе понадобятся годы, чтобы восстановить свои силы полностью! А ты пришла в мой Лес и говоришь слова такие⁈ Да на что ты надеешься⁈

«А она совсем шипеть перестала. Надо же…»

— На благоразумие…-тихо прошептала Сирина. — Я знаю о твоём яде, что он убивает и живых, и неживых, да всех, кроме бессмертных богов! Но даже если ты меня укусишь, то я умру не сразу и заберу немало твоих дочерей с собой! Думаешь, я не слышу, что они таятся в кустах⁈

По чешуйкам хвоста Матери Леса словно волна пробежала! Нагиня опустила его кончик обратно в снег и треск прекратился.

— Выбирай, Нагиня, — устало произнесла воительница. — Будем биться или…

Мать Леса открыла рот и громко зашипела.

Из-за запорошенных снегом кустов вышла девушка, а точнее, девочка лет двенадцати на вид. Одетая в необычный наряд, состоящий из сотен ладно подогнанных друг к другу пожелтевших листьев, она внимательно посмотрела на Нагиню.

«Глаза! — внезапно поняла Сир» Эйна. — У неё такие же зелёные, как у Дарена! И нижний овал лица похож…но как так⁈ Прошло же не больше двух лет с тех пор, как Дарен сюда приходил!'

— Дочь! Ты всё слышала? — спросила Нагиня, обращаясь к девочке.

— Да, мама, — девочка почтительно склонила голову. Сир' Эйна заметила, что наконечник копья, которое она сжимала в руках, отливает необычным фиолетовым блеском. Не иначе, зачарованное оружие…хмм…неужели его прямо здесь в Порченом Лесу делают? Сомнительно. А значит, Мать Леса ведёт торговлю с кем-то из внешнего мира, только вот с кем?

— Что скажешь? — Нагиня снова обратилась к своей дочери.

— Надо помочь! — решительно сказала девочка и тряхнула роскошными, чёрными с прозеленью волосами. — Я согласна!

* * *

Очень далеко от Леса. Где-то в мире Летающих островов.

Впервые за долгие годы Глава Братства спустился на землю. Высадившись с виверны в неприметном лесочке, он вместе с одним охранником пошёл по ведущей на запад дороге.

Идти пришлось довольно долго, но в конце концов они добрались до нужного места.

«Копытом в рыло» — прочитал Глава вычурное название, криво вырезанное на вывеске.

«-Хм…пятнадцать лет назад таверна вроде бы по другому называлась, — подумал он. — То ли „Узкая щель“ или, может быть, „Шаурма-хаус“? Всё течёт, всё изменяется…»

Охранник почтительно открыл перед ним дверь, и Глава шагнул в полумрак освещённого редкими светильниками помещения. Народу внутри было изрядно: купцы, бродяги, наёмники и другие тёмные личности пили, дрались, а в одном из углов, кажется, сношали полногрудую служанку.

«Экий клоповник! — с удовольствием подумал Глава. — Здесь нас ищейки императора точно не достанут…»

Он вдохнул запахи прогорклого масла, немытых тел, пива, свежей блевотины и кивнул охраннику. Тот подошёл к жирному бородачу, стоящему за стойкой и перекинулся с ним парой слов. Затем вернулся к Главе и произнёс:

— Наверх и налево. Первая комната. Вас ждут. Два быстрых и один.

— Хорошо, — Глава кивнул. — Жди меня здесь. Можешь пива выпить. Но только одна кружку, понял меня?

— Да, господин.

Глава направился к лестнице. Поднявшись по двенадцати очень скрипучим ступеням, он свернул налево и постучался в первую комнату. Стукнул в дверь дважды, немного подождал и стукнул ещё раз.

— Никого нет дома! — буркнул из-за двери знакомый голос.

— Скажите пожалуйста, а как пройти в библиотеку? — Глава назвал пароль.

— Какая библиотека, в три часа ночи? — отозвался тот же голос.

— Хочу почитать Маркса и Энгельса. Нужно ознакомиться с первоисточниками!

Пароль и отзыв совпали полностью, дверь бесшумно отворилась, и перед глазами Главы предстал брат Бигль. Мастер сидел на кровати с измятыми простынями и сжимал в руках многозарядный арбалет. Это было настоящее чудо гномьего искусства, украденное братством в одном из миров. За пять ударов сердца оно было способно выпустить четыре болта, от которых на небольшом расстоянии даже зачарованные доспехи не спасали.

— Брат, — Глава вежливо кивнул Биглю. — Сестра.

Мелисса сидела за столом и цедила пиво из кружки. Она поздоровалась с Главой, сделала последний глоток и с видимым сожалением отставила напиток в сторону.

Глава мельком отметил нитку свежего шрама, проходящего по правой скуле воительницы. Мелисса никогда не пряталась за спинами своих воинов и не бежала от битвы.

— Докладывайте! — он сел на жалобно заскрипевший табурет.

— За последние шесть дней было атаковано пять наших Убежищ. Три из них уничтожены полностью. Двоим удалось отбиться, — начала говорить Мелисса.

— Что по наследнику?

— Нам точно известно, что он прибыл на Двукрыл и вошёл в туман. Но пока не вышел обратно.

— Плохо…очень плохо, — медленно проговорил Глава.

— В летописях я отыскал два случая, когда из тумана выходили через десять и через пятнадцать дней, — подал голос Бигль. — То, что наследник пока не вышел, ещё не значит, что испытание провалено.

— А что говорится в летописях о тех, кто вышел из тумана не сразу? — вкрадчиво спросил Глава.

— Ну…один из них всю жизнь хромал и заикался…- Бигль отвёл взгляд и посмотрел куда-то в потолок. — А другая вроде вполне хорошо себя чувствовала. Даже замуж потом вышла. Детей, правда, не родила. Scheiße!!!

Глава вопросительно посмотрел на выругавшегося на неведомом языке учёного.

— Клоп меня укусил! Вот зар-раза…

Глава закатил глаза и глубоко вздохнул. Чуток помедлил и ни на кого не глядя спросил:

— Какие будут идеи?

Мелисса глотнула пива и ничего не ответила. Бигль же откашлялся и продолжая смотреть куда-то в сторону, медленно произнёс.

— Если станет совсем плохо, то мы можем выпустить Хворь. До императора нам не добраться, но этого и не нужно. Достаточно заразить кого-нибудь из дворцовых слуг или охраны…

Мелисса поперхнулась и закашлялась, после чего в комнате повисла тишина, лишь были слышны отдалённые пьяные вопли, доносящиеся с первого этажа.

Глава нахмурился. С одной стороны, он ждал этих слов, а вот с другой…Хворь! Творение мудрецов из далёкого мира, выкраденное оттуда с большим трудом и потерями.

Неведомая субстанция, хранящаяся в трёх странных, прозрачных сосудах, сделанных из неведомого материала, не стекла, но и не металла. Очень лёгкого и прочного.

Всего сосудов было четыре, но один открыли, когда на далёком острове решили