посмотреть, как они своим любовницам объясняют, почему их «чижик» внезапно впал в кому и больше не «чирикает». Сто процентов драконы будут из кожи вон лезть, чтобы вернуть своих половинок хотя бы для того, чтобы их позорный секрет не раскрыли.

Так, с этим всё понятно. Хоть это и негусто, но я надеялась, что пары драконов в порыве гнева выдадут что-нибудь стоящее.

Кстати, а чего ещё боятся драконы? Я задумалась, перебирая в голове информацию, полученную от архивариуса. И тут меня осенило: «Точно! Они боятся потерять свою силу! Ведь именно это было первопричиной того, что не желали вступать в брак по всем правилам». Эх, если бы можно на время лишить их магии, вот это действительно было бы для них ударом.

Ладно, не стоит мечтать о несбыточном. Нужно прикинуть ещё пару вариантов, как их наказать.

Здорово было бы, если бы драконы испытали те же эмоции, что их девушки. Но как это сделать? Может, поменять их телами на время?

Я тряхнула головой, решив, что меня понесло не в ту степь. Раз своих идей нет — придётся провести мозговой штурм, как я делала у себя на работе, только в этот раз идеи будут генерировать обиженные женщины. Думаю, они на эмоциях выдадут что-нибудь стоящее.

От всех этих мыслей разболелась голова. Я решила отдохнуть немного в саду возле дворца. Сегодня можно немного погулять, а завтра всё начнётся, и я уже не смогу так свободно передвигаться, буду практически заперта в своих апартаментах.

Я села на лавочку в уединённом месте в тени ивы. Подарок ведьмы — кольцо — решила не использовать. Разговоры сейчас раздражали, хотелось слышать просто щебетание птиц и вспоминать прежние времена. Закрыв глаза, я мысленно перенеслась туда, где уютно и спокойно, будто я снова дома, в своём мире, среди родных цветов и деревьев.

Но моё уединение нарушили тихие шаги. Сначала показалось, что это император пришёл, однако вскоре я поняла, что это не он. Возле меня сел Абелот. Немного растерянно улыбнувшись, я кивнула ему.

— Прячешься? — участливо поинтересовался он.

— Не совсем. Хотела немного расслабиться и поразмышлять о разных пустяках.

Абелот грустно ухмыльнулся:

— А мне вот одиночество уже опостылело. Но гостей императора видеть особо не хочется, а оставаться одному тошно. Противоречивое чувство, правда?

Я слегка склонила голову набок, изучающе глядя на него. Даже как-то жалко его стало.

— Обычно такое бывает с теми, кого мучают внутренние демоны и нет гармонии в душе.

Абелот уставился куда-то вдаль, словно пытаясь сосредоточиться на чём-то далёком, а после вновь посмотрел на меня.

— Я так понял, ты не прислушалась к моему совету и до сих пор продолжаешь искать пару дракона?

— А что мне ещё остаётся? Приказы императора не обсуждаются, — развела я руками.

Абелот ответил сдержанной усмешкой:

— Хорошо играешь роль, я тоже вначале повёлся.

Я удивлённо изогнула бровь, мол, ты о чём?

— Ни для кого не секрет, что раньше мы были с императором друзьями, и я неплохо изучил его. Только он мог додуматься спрятать у всех на виду самое ценное. И всё же я считаю, что он неправ и очень рискует.

Я должна была испугаться, что он догадался, но почему-то страха не было. Была какая-то уверенность, что этот человек не причинит мне зла.

— Кто не рискует, тот скучно живёт, — решила перевести всё в шутку.

— Я бы на твоём месте не был так беспечен. Если только… — Абелот резко замолчал, и в его глазах отразилась боль. — Он уже тебе поставил печать, — произнёс глухо, сокрушаясь, качая головой. — Если бы у тебя её не было, я бы мог помочь… Но теперь всё кончено, и назад не отмотаешь. Ну почему я раньше не догадался?!

— Всё нормально, правда.

Он словно не слышал меня.

— Не думал, что император на это пойдёт. Он так же, как и я, был против всего этого дерьма. Как он мог?! — Абелот надолго погрузился в молчание, размышляя о своём. Потом произнёс тихо и печально: — Мы, драконы, испорченные, эгоистичные. Думаем только о своих желаниях. А те, кто рядом с нами, никогда не бывают счастливыми. Мы причиняем невыносимую боль и уничтожаем тех, кого должны ценить и беречь больше всего на свете. Не открывай своё сердце Дариилу, иначе боль из-за измены императора тебя погубит. Не любить — вот твой шанс хоть как-то смягчить удар судьбы.

— Я бы это назвала — сунуть голову в песок. Извини, это не мой путь. Рыдать ночами из-за измен я не собираюсь. Если понадобится — самолично любовниц за космы из дворца вышвырну.

— Но императору это может не понравиться.

— Императору не понравится остаться без яиц. — У Абелота после моих слов глаза могли соперничать с фарами КамАЗа, но я на достигнутом не остановилась: — Либо он только мой — либо евнух, другого варианта не будет. И поверь, это не блеф. Вздумает он на сторону взглянуть — очень сильно об этом пожалеет.

— Почему-то я в это верю, — нервно хохотнул Абелот, но его веселье продлилось недолго.

— Забавно. Несмотря на репутацию злодея, ты лучше, чем кажешься окружающим. Я тоже тебе в качестве доброй воли дам совет: не стоит гоняться за призраками — они неуловимы и скрыты от нас за гранью миров.

— Ты что-то знаешь? — с надеждой посмотрел он на меня.

Ладно, дам ему шанс избежать публичного позора. Но только если он послушает меня и покинет дворец. В этом случае, когда он увидит наше послание, единственным свидетелем будет император. Да и то лишь для того, чтобы Абелот на эмоциях не совершил какую-нибудь глупость. А если нет — пусть не обижается: публичная порка и порицание ему обеспечены.

Вздохнув глубоко, я поднялась со скамьи.

— Знаешь, порой чёрный цвет скрывается под белой оболочкой. И выходит, что враг всегда был другом, а то, что ты считал правдой, оказывается ложью. И чтобы отличить одно от другого, нужно всего лишь прислушаться к своему сердцу, откинув страхи и предрассудки.

Сделала небольшую паузу, заметив, как напряжение пробежало по лицу собеседника. Да у него с пониманием метафор сложности! Ладно, упрощу:

— То, что ты так долго ищешь, здесь больше не найти. Всё уже закончено. Надеюсь, ты сделаешь правильный вывод из моих слов. Всего доброго.

Я развернулась и направилась к выходу из сада.

— Эй, подожди, ты не можешь так просто уйти и не объяснить всё толком! — воскликнул он мне в спину.

Я остановилась и обернулась.

— Вот как раз это я могу сделать. Разжёвывание информации не входит в мои