сумки небольшой золотистый листок Зари Пустыни. Тот самый, что упал мне в руки в присутствии Шелеста.

— Благодарю, Тха-Иш, лист священного Игг-Древа… Я сохраню его в память о тебе, — сказал Восходящий. — Рад, что нам не пришлось скрестить клинки. Ты теперь эрл, но и я тоже. Мы оба добились того, чего хотели.

Новость оказалась для меня неожиданной, но я быстро осознал, что сегодня у Эллесара освободилось немало мест знаменосцев. Минимум десяток караванов будет уничтожен, а значит туда можно назначать новых Восходящих.

— Рад за тебя, друг мой, — без скрытых смыслов ответил я. — Пусть наши пути ещё пересекутся. Уверен, так и будет.

— Ты уходишь из Пустыни? — нахмурился Шелест.

— Лишь на время, скоро вернусь.

— Буду ждать, когда наши пути пересекутся.

Встреча с Шелестом оставила после себя тёплые воспоминания, особенно на фоне тех слухов обо мне, что явно расползались во все стороны. С первой встречи мне нравился этот Восходящий. В первую очередь за счёт своего бесстрашия и принципов, которые он готов отстаивать. Но расстраиваться я не стал, ведь знал, что ещё точно увижу Шелеста Песка на Ветру.

Ближе к полуночи, когда в небе засиял Небесный Трон, Маркус открыл портал в Нову, и примерно три четвёрти землян потянулись в сторону голубого диска пространственного перехода.

Я старался не оборачиваться, всё время смотрел прямо, но буквально ощущал, как спина горела от огромного количества взглядов землян.

— Как же хорошо оказаться дома, — протянул Костя, когда наши ноги коснулись тёмного асфальта одной из центральных улиц.

— Я бы на вашем месте не расслаблялась, — усмехнулась Нира. — Тренировки никто не отменял. Утром жду всех на площадке. Будем разбирать и отрабатывать всё, что вы сделали неправильно.

Ответом на это оказался слитный стон всех Восходящих команды. И я не стал исключением. Идеальная память синтетика позволяла ей запоминать и обрабатывать такие мелочи, о которых другие командиры никогда не задумывались. Так что с самого утра нам придётся выслушать много «интересных» рассуждений о своих умственных способностях. Это понимали все. Впрочем, как понимали и необходимость. В отличие от многих отрядов, мы не теряли бойцов. И списать это на магию невозможно. Подобное достигалось только постоянными тренировками и толикой удачи.

Но на самом деле застонал я по инерции. Больше меня беспокоило то, как на меня смотрели остальные лидеры отрядов. Казалось, будто вокруг портальной команды образовался невидимый кокон в десяток метров вокруг, куда никто не хотел заходить.

Косые взгляды знакомых в мою сторону тоже не добавляли уверенности. К сожалению, решить эту проблему банальным запретом Аноры на обсуждение не получится. А как пояснить происшедшее знакомым Восходящим, я не знал. Как не знал, станут ли меня слушать.

Идея уехать из Новы и переселиться в новое поселение с каждой минутой казалась всё соблазнительнее, пусть я и понимал, что буду скучать по зелёным улочкам и белоснежной громаде главного Корпуса.

Стоило попасть в свою комнату, как единственное, что я увидел — кровать и подушку. В тот момент они казалась даже более желанным, чем любая из золотых рун, что поселилась в моей скрижали.

Нира зашла со мной, огляделась и сказала:

— Завтра у нас много важных дел, так что тебе стоит выспаться.

Последние часы она казалась мне немного напряжённой, будто чего-то опасалась. Оглядывалась по сторонам, порой на несколько секунд замирала. И я не понимал, что с ней происходит.

— Ты нервничаешь из-за золотого Повышения? Или из-за своей просьбы освободить тебя из руны? — спросил я прямо.

— Нет, — мотнула головой она и подошла ближе, после чего положила ладонь мне на грудь. — Это меня не страшит. Наоборот, возможности моего тела выйдут на совершенно иной уровень, как и многое другое. Это будет полезно. Что касается освобождения, то сейчас оно будет лишь мешать.

— Ты ведь понимаешь, что тебя не сумеют починить, если…

Нира молчала, направив на меня взгляд синих глаз.

— Я не могу умереть, если ты об этом… Так что за мою сохранность не беспокойся.

— Не можешь умереть? — спросил я и нахмурился. — Ты говоришь о переносе сознания на цифровые носители Новы?

— Поговорим завтра, — на удивление мягко сказала Нира. Её ладонь опустилась на моё солнечное сплетение. Даже сквозь футболку я ощущал тепло её руки. — Я никуда не денусь, Нейт, а сейчас ты слишком устал, чтобы говорить о серьёзном.

Не признать правоту синтетика я не мог. Глаза слипались, а тело казалось ватным.

— Поговорим завтра?

— Обязательно. Ты в любом случае захочешь поговорить после того, что случится…

Если до этого момента сознание Ниры казалось закрытым и немного встревоженным, то сейчас оно лучилось игривостью и лёгкостью, будто она приняла важное решение, и теперь с неё свалился тяжёлый груз переживаний. Глаза тоже моментально изменились, в них прорезалось нечто новое, чего я там раньше не замечал.

Не говоря ни слова, синтетик быстро вышла и закрыла за собой дверь. Я знал, что она уже наверняка заняла свою излюбленную позу на подоконнике и смотрела в окно, свесив одну ногу и подтянув к животу вторую.

— Поговорим завтра? — хмыкнул я, переняв часть настроения Ниры. — Хорошо, подождем до завтра.

Глава 4

— Быстрее, Вулкан! Флами, зачем ты дёрнулась, Незримый тебя подери⁈ Что вы сегодня такие сонные⁈ — Нира бушевала на тренировочной площадке, хотя свет Игг-Древ только начал заливать Сентум.

Доставалось всем. Казалось бы, портальная команда сделала в пустыне всё, что было нужно, убила золотого Восходящего, разгромила мятеж в столице союзников, но синтетику этого оказалось мало.

Каждый из Восходящих получил от неё порцию едких шуток. К сожалению, правдивых. Нира замечала даже мельчайшие огрехи и не оставляла их без комментариев.

— Может хватит на сегодня? — взмолилась Наоки. Флами, пробегавшая мимо, тут же закивала, показывая, что всецело разделяет мнение азио.

— Разговорчики!

Дошло до того, что синтетик начала комментировать действия ещё пары Восходящих, что вышли размяться с самого утра.

— Эй, погибель золотых фанатиков, — обратилась ко мне Нира с явной подколкой. — Думаешь, я не вижу, что ты недорабатываешь?

Пришлось поджать губы и переделать отскок в сторону. Мирил меня и остальных с такими словами и поведением синтетика только один факт. Нира делала это беззлобно. Её голос казался одновременно и весёлым и воодушевлённым. И мне показалось, она ожидала момента после тренировки,