каждая дюймов пять в длину. Ткань вокруг них казалась потертой. Подойдя к машине, Кейт обернулась и выразительно посмотрела на Тодда, словно хотела послать ему свои мысли. Тодд сообразил, что Эдди, должно быть, напугал ее, – он и сам испугался, когда тот вцепился ему в предплечья своими короткими толстыми пальцами.

Фред Уилкинсон подошел к нему, все еще дуя в ладони, и спросил:

– Так в чем дело?

– Парень блуждает здесь уже черт знает сколько. Говорит, что его машина сломалась на шоссе в миле отсюда. – Тодд растер лицо, внезапно почувствовав, что нос немеет. – Говорит, его восьмилетняя дочка где-то здесь. Она потерялась.

– Ты серьезно? – Фред Уилкинсон стал белым, как простыня.

– Ну, он так говорит…

– А ты ему не веришь?

Честно говоря, Тодду до этого и в голову не приходило, что Эдди Клементу нельзя полностью доверять.

– Пожалуй, нет.

– Но зачем ему лгать?

Тодд пожал плечами и снова засунул руки под мышки, чтобы согреть.

– Понятия не имею. Но он утверждал, что ходит здесь уже час.

Сомнение на лице Фреда усилило его собственные опасения.

– На таком-то морозе? Да он бы через полчаса во фруктовый лед превратился.

– Об этом и думаю.

– Конечно, если где-то здесь действительно бродит маленькая девочка… – Фред осекся. Он повернулся и посмотрел на заснеженный простор – сугробы по обе стороны от шоссе и сосны, нависающие вокруг, – такие высокие, словно того и гляди проколют верхушками небо. – И что будем делать?

Тодд обдумал вопрос.

– Ну, если гребаная машина не разбилась, въехав в нанос, поедем дальше, пока не найдем автомобиль мистера Клемента. Если из него действительно исчезла маленькая девочка, там могут остаться какие-то подсказки, улики.

– Следы на снегу, – предположил Фред.

– Верно. Или она сама может оказаться в машине… – Перед глазами возникла ужасная картина: труп маленькой девочки, раздетой и выпотрошенной, кровь впиталась в сиденья и собралась в лужу на полу, алые звездочки на ветровом стекле, потемневшие трусики присыпаны снегом.

Возможно, Фред Уилкинсон подумал о том же. Его глаза метнулись к Тодду, а затем снова уставились в небо над кронами сосен.

Оба зашагали к чероки.

– Фред, – сказал Тодд. – Просто приглядывай за этим парнем, ладно?

Фред хлопнул его по спине. Из глаз старика от холода потекли слезы, но тут же замерзли на щеках.

– Конечно, – ответил он. – Даже не сомневайся.

Глава 4

Чтобы освободить машину из заноса, Тодду, Фреду и Кейт пришлось толкать ее, упершись в радиаторную решетку, пока Нэн давила на газ. Чероки подался назад с отчаянным скрежетом, осколки стекла и кусочки металла усыпали замерзшее шоссе. Шины завизжали, и Фред вскинул ладонь, велев жене убрать ногу с педали.

Тодд опустился на колени и сунул два пальца в зеленую лужицу, блестевшую на льду.

– Тормозная жидкость, – сказал Фред, глядя ему через плечо.

Кейт, дрожавшая от холода, спросила:

– Это плохо, да?

– Нехорошо, – уклончиво ответил Фред.

– Через три мили будет город, – сказал Тодд, поднимаясь и вытирая руки о джинсы. – Если течь маленькая, мы доедем до него и все исправим.

– А если большая? – спросила Кейт.

Тодд не нашелся с ответом. К счастью, вмешался Фред Уилкинсон, по-отечески приобняв их обоих.

– Разберемся по ходу дела. Думаю, все будет хорошо.

– Идем, – сказал Тодд, и они снова забрались в джип.

Нэн вызвалась сидеть в багажном отделении вместе с сумками. Положила голову на огромного плюшевого мишку, купленного Тоддом в аэропорту, и обхватила себя руками, чтобы согреться. Тодд снова поехал по шоссе; линия обзора перекосилась из-за разбитой фары. Кейт развернулась на пассажирском сиденье и смотрела назад – там Фред Уилкинсон пытался оценить состояние Клемента. Он прижал большие пальцы к покрасневшим нижним векам Эдди и оттянул их.

– Смотрите вверх, – велел он.

Эдди Клемент сделал, как было сказано.

– Вы доктор?

– Ветеринар.

– По-вашему, я похож на кокер-спаниеля?

– Он пытается вам помочь, – вмешалась Кейт. Тодд решил, что ее оскорбила бестактность незнакомца.

Фред не обратил на ее слова никакого внимания.

– Покажите мне руки. Ладони вверх.

Клемент подчинился. Тодд поднял глаза к зеркалу заднего вида и заметил, как Эдди смотрит за плечо Фреда Уилкинсона, изучавшего его ладони. Он глядел, подумал Тодд, на Нэн.

– Откуда вы, Эдди? – спросил он.

– Родом? Из Батон-Руж.

– Я имею в виду, откуда вы ехали, когда ваша машина сломалась.

– А. Из Уэстовер Хиллс.

– Это в Айове?

– Ага.

Что-то с ним не так, подумал Тодд. Не знаю, что именно, но это меня тревожит.

Кейт, которой, кажется, тоже было не по себе, развернулась и уставилась в ветровое стекло. Она вытащила из сумочки мобильник и пыталась найти сеть.

– Вы ехали вдвоем с дочкой, Эдди?

– Да.

– Как думаете, почему она от вас убежала?

– Иногда ей нравится играть в прятки. Я уже говорил.

– Снаружи минус двадцать, – заметил Тодд. – Холодновато для игр.

– Ее зовут Эмили.

Остальные молчали. На один ужасный миг Тодду показалось, что мужчина играет – забавляется с ними. Как кот с мышью, прежде чем убить ее.

– Смотри, – указывая, произнесла Кейт.

Тодд кивнул.

– Вижу.

Ее голос упал до шепота.

– Какого черта…

Там действительно стояла машина – на обочине дороги, как и говорил Эдди. И все же, если бы не распахнутая водительская дверца, Тодд проехал бы мимо: автомобиль так занесло снегом, что он слился с сугробами вдоль шоссе. Если бы не антенна, он бы походил на эскимосское иглу.

Тодд осторожно остановил чероки и выключил зажигание. Напрягся, когда мотор издал громкий металлический хрип. Он чувствовал на загривке тяжелое дыхание Фреда – старик наклонился вперед, пытаясь разглядеть сугроб, в котором угадывались очертания автомобиля.

– Это ваша машина, Эдди? – спросил Тодд, потянувшись через Кейт, чтобы взять фонарик из бардачка.

– Да, – спокойно ответил Эдди с заднего сиденья.

Тодд выбрался из джипа, давя ботинками лед, и медленно двинулся к открытой водительской дверце. Лампа в салоне погасла, и, приблизившись к машине, он не видел ничего – только узкую темную щель. Перед глазами вновь возник образ мертвой маленькой девочки, словно сломанная кукла валявшейся на заляпанном кровью заднем сиденье. Тодд почти сразу отогнал эту мысль, но все равно покрылся холодным потом. Готовясь к самому худшему, он сделал глубокий вдох и заглянул в салон. Включил фонарик и направил мягкий желтый луч на переднее сиденье. Некоторое время он стоял так, потом распрямился и выключил свет.

Затем развернулся и прокричал пассажирам чероки:

– Пусть подойдет!

Дверца со стороны Фреда приоткрылась, и старик выбрался из машины. Эдди Клемент последовал за ним, замотавшись в один из шарфов, купленных Тоддом в аэропорту. Теперь он шел уверенней. Возможно, его мышцы