Когда он дочитал последнюю страницу, то отложил бумаги, достал изо рта трубку и долго молча смотрел в огонь. Тишина в комнате была густой, звенящей.

— Америка, — наконец произнёс он глухо, растягивая слово. — Край света. Гибель для кораблей и людей. Барановы там волками воют, держась из последних сил. Ты это сам же и описал.

— Я описал ситуацию сегодняшнюю, — твёрдо ответил я, подходя ближе. — И указал на причину: слабость управления из Петербурга. Компания жиреет на монополии, но теряет хватку на местах. Как раз сейчас, при смене правителя, образуются щели. В эти щели могут просочиться другие — англичане, американцы. Или те, кто успеет сделать первый шаг и закрепиться.

— Ты предлагаешь нам стать этими «теми»? — в голосе отца прозвучал скепсис, но уже без немедленного отрицания. В нём была профессиональная оценка безумия предложения.

— Я предлагаю диверсифицировать риски, отец. Наши дела здесь, в России, — это основа. Но они уязвимы. Один неурожай, один удачный сговор конкурентов — и мы на мели. Вложение части капитала, даже значительной, в заокеанское направление — это шанс получить источник дохода, не зависящий от льда на Волге или цены на пеньку в Риге. Первый шаг — всего лишь получить доступ, стать поставщиком Компании. Это не требует от нас немедленно грузиться на корабль. Это требует связей и денег, которые у нас есть.

— Связи, — усмехнулся Рыбин. — С РАК связи имеют те, у кого благоволение в столице или чьи корабли уже двадцать лет в те воды ходят. Наши суда — барки для Балтики, не более, но и то никто нам этого не даст. Нет у нас такого права.

— Поэтому первый этап — модернизация одного из них. И налаживание связей. В ваших бумагах я нашёл контракт с агентом Тихоновым, который как раз имеет дела с компанейскими чиновниками. Его можно использовать как входную точку.

Отец снова замолчал, его взгляд блуждал по знакомым чернильным строчкам моего доклада. Я видел, как в его голове идёт борьба между врождённой осторожностью, граничащей с консерватизмом, и купеческой жилкой, чуткой к возможности сверхприбыли. Его собственное дело было построено на рискованных, по меркам его отца, операциях. Теперь же ему предлагался риск на порядок выше.

— Допустим, — сказал он наконец, отчеканивая слова. — Допустим, я соглашаюсь на твой «первый шаг». На модернизацию судна и попытку войти в доверие к компании через Тихонова. На это уйдёт время и не одна тысяча рублей. А дальше? Ты сам, что ли, поплывёшь? Бросишь всё здесь?

Вопрос был прямым и главным. Я встретил его взгляд.

— Если потребуется — да. Кто, кроме того, кто разработал этот план, сможет его реализовать на месте? Нужно видеть всё своими глазами, принимать решения, не дожидаясь писем, которые идут полгода. Я готов.

— «Готов» он, — отец ухмыльнулся. — Только ни черта ты не готов. План у тебя хороший, комплексный, все риски посчитал — хвалю. Вот только не могу я такие большие вложения в твоё предприятие делать — много на кон поставлю. Да и не хватит мне денег, чтобы на следующий год торговлю наладить и ещё твою компанию профинансировать. — Отец вздохнул. — В какой ты там собрался залив заплыть, чтобы колонию поставить?

— Залив Святого Франциска.

— Ты прямо в своей записке написал, что они под испанской короной там стоят. Представляешь, как они реагировать будут?

— Думаю, что почти никак. Там человек триста от силы стоит и всё.

— Они ничего не сделают, а император меня по голове за такое не погладит уж точно. — Он посмотрел на меня, сделал странный пас рукой и потянулся к ящику под столом. Несколько секунд его руки не было видно, но затем он вытащил перевязанную лентой небольшую пачку купюр. — Здесь сотня рублей серебром. Придумаешь, как увеличить эту сумму втрое за месяц — подумаю о твоей авантюре.

Глава 4

Надо сказать, что отцовское задание было отнюдь не из самых лёгких, пусть и трезвой задачей. Вкладывать многочисленные средства в весьма сомнительное предприятие громадную сумму — дело слишком уж рискованное. На его месте, будучи в своей прошлой жизни, я бы также не стал растрачивать ресурсы в условиях их серьёзного кризиса.

Сотня рублей — не подарок. Проверка не столько на умение строить воздушные замки из колонок цифр в отчётах, сколько на предпринимательскую хватку здесь, в реальности промозглого Петербурга. Авантюра с колонией в самой Америке теперь выглядела как ярко блещущий маяк, но задвинутый за туманную стену. Он направлял мою мечту, но сейчас же мне требовалось доказать способность самостоятельно создать полноценный капитал буквально из одного кирпича, хотя магом я не был.

Мысли сразу же начали работать в привычном режиме: анализ ресурсов, поиск ниши, оценка рисков. У меня были знания, выходящие за рамки эпохи, понимание базовых химических и физических процессов, и взгляд, не замыленный обыденностью этого мира. Но не было времени на сложные многоходовые операции. Нужен был быстрый, почти спекулятивный оборот. Я решил прогуляться в порт — место, где концентрировались товары со всего света, а значит, и возможности, вместе с людьми, которые могли бы помочь мне их реализовать.

Порт Петербурга сегодня представлял собой царство сырости, хаоса и напряжённой деятельности многих сотен людей. Стоял привычный для города промозглый туман, смешивающийся с дымом из труб стоящих на рейде парусников. Воздух пропитался запахами смолы, мокрого дерева, солёной воды и гниющей рыбы — не самый приятный запах, но ничего не поделаешь. Я брёл между штабелями товаров, прислушиваясь к перекрикиванию грузчиков, скрипу лебёдок, гортанной ругани крючников. Взгляд скользил по бочкам, тюкам, ящикам — искал некондицию, брак, то, что в этой системе считалось отходами.

И вскоре обнаружил подходящий объект. У старого, видавшего виды двухмачтового брига, корпус которого потемнел от времени и покрылся слоем ракушек, кипела работа. Моряки в просмоленных куртках выкатывали из трюма по сходням тяжёлые, почерневшие бочки, явно видавшие виды и давно правильно не обслуживаемые. Что-то в этой картине заставляло меня замедлить шаг. Судно явно готовилось к разгрузке в последний раз — его состояние говорило о скорой разборке на дрова. Они будут не лучшего качества, но такое использование куда логичнее, чем держать гниющий корабль здесь.

Казалось бы, самая обычная процедура повторного использования ресурсов, но что-то в этой картине заставило