его страшный оскал не сулил сыновьям и кумам Легера ничего хорошего. Их столкнут с края в тот момент, когда мой муж появится на пороге купеческой гильдии в сопровождении королевского стряпчего и потребует записи о выплатах, которые делались в учетных книгах по векселям поставщиков, того же мельника. И там суммы будут совсем другими, чем в книгах, которые вел в Херцкальте бургомистр Легер.

— Милорд, я сделаю все возможное, чтобы собрать выписки по этим векселям из наших учетных книг, — я склонила голову перед мужчиной. — Сколько у меня есть времени на это задание?

— У нас есть дней пять, пока в город не вернется Ларс вместе с приказчиком, — ответил барон, а в его голосе звучал легкий упрек.

Опять он меня поправляет. Опять это его странное «у нас», хотя никакого «нас» или «мы», по сути, и не было. Я сейчас жила в замке на правах писаря и помощника барона, который каким-то образом делит с ним одни покои. Словно это была наша казарменная комната, но уж точно не спальня женатой пары.

— Пожалуйста, сходите в покои отдохните, за этими хлопотами вы совсем не спали, — проговорила я, отводя взгляд.

Слишком мучительно было слышать такие его речи. За этими словами Виктора Гросса о «нас» я забывала о своем плачевно-шатком положении. И пусть мы оба были преступниками, основная вина за то, что наш брак не был заключен до конца, лежала на мне, как на женщине. Это подтвердит любой судья.

— Пара часов, Эрен, потом я к вам присоединюсь. Читаю я не слишком хорошо, но смогу записывать, — ответил барон, отходя от стола и ставя стакан с недопитым отваром рядом со своей чернильницей.

— Я все подготовлю для совместной работы, милорд, — проговорила я уже спине Виктора Гросса.

Барон вышел из кабинета, ничего мне не ответив. Просто молча отворил дверь и повернул в сторону спальни, я же осталась одна, наедине с ларцом и векселями, которые мой муж добыл с таким трудом.

Уже когда хлопнула дверь в спальню, я запоздало подумала, что для такого хитрого и проницательного человека — а иной бы просто не смог предположить способ хищения средств из городской казны путями, как это делал Легер — он слишком сильно мне доверяет.

Ведь если бы я хотела навредить ему, мне было бы достаточно бросить все эти вексели в огонь камина, и в кабинете не было никого, кто смог бы меня остановить.

Глава 2

Виктор

Поспать мне толком и не удалось. Только я опустил голову на подушку и кое-как накрылся шерстяными одеялами, в дверь покоев тихо поскреблись, а на пороге появился Арчи вместе с моей женой.

— Милорд! Срочное дело! — воскликнул мой помощник, заходя в комнату.

— Что еще такое? — я поднялся на локте, пытаясь разлепить глаза и сфокусироваться на прыгающих фигурах на другом конце комнаты.

— Люди пришли к замку, требуют дать ответ, за что устроили погром дома уважаемого бургомистра… — начал Арчибальд.

— Не погром, а обыск, это совсем разные вещи, — лениво протянул я, садясь на кровати. — Что, прямо требуют? Вы не можете их прогнать? Объективно, этот вопрос их не касается и…

— Милорд! — тут вперед вышла Эрен, жестом руки останавливая Арчибальда, который уже был готов взять это решение под козырек, как он любил и умел. — Я бы хотела с вами переговорить! Наедине!

Я с удивлением посмотрел на свою жену, которая сейчас выглядела крайне собранной и какой-то даже не знаю, боевой? Точно, в глазах Эрен блестел пожар эмоций, смеси решимости и недовольства, часть которого, кстати, была направлена и в мою сторону.

— Арчи, подожди меня внизу, — скомандовал я Арчибальду.

Мой заместитель с интересом посмотрел на Эрен — для женщины в этих краях вот так выйти вперед и заткнуть двух мужчин, было довольно отважным поступком, особенно, если это твой муж — после чего Арчибальд коротко кивнул головой и скрылся в коридоре.

— Барон! — тут же перешла в наступление Эрен. — Вы не понимаете всей важности ситуации?

— Арчи сказал, там собралась толпа, разве нет? — спросил я. — В моем понимании толпы надо разгонять.

Я на самом деле считал, что стихийные и прочие митинги лучше разгонять, ведь ничего, кроме пустых выкриков и грязи они после себя не оставляют. Эффективны подобные собрания могут быть только в одном случае — когда они подкрепляются насилием или реальной угрозой его применения. А что я понял за год жизни в этом мире, так это то, что если тебе угрожают насилием, то лучше применить его первым. Так будет и спокойнее, и надежнее, и эффективнее.

— Вам еще править этими людьми, милорд, — вкрадчиво сообщила Эрен. — Конечно же, вы в своем праве разогнать людей, но устранит ли это их недовольство? Или они просто затаят обиду? Я уверена, что у бургомистра Легера было достаточно друзей и знакомых из числа купцов и мастеровых, чтобы они забеспокоились. Шило такой масштабной растраты из казны ни в одном мешке не утаить.

Я встал с кровати и прошелся по покоям, разгоняя кровь по рукам и ногам. Господи-боже, как же мне сейчас хотелось спать! Но Арчи и Эрен, видимо, каждый по-своему были правы — подобные кризисные ситуации должны решать самые старшие. По версии Арчибальда, я как минимум должен отдать приказ и взять на себя ответственность. По версии Эрен — принять личное участие.

— Хотите, чтобы я вышел к людям? Может мне еще на телегу встать и речь толкнуть? — язвительно, стараясь подавить внезапно накативший приступ головной боли, поинтересовался я у своей жены.

Было бы намного проще погнать крикунов в шею. Толпа может быть сколь угодно большой, но на нашей стороне королевская власть, три десятка вооруженных и обученных наемников и какое-то число свободных рук работников замка.

— Не знаю, о какой телеге вы говорите, милорд, — внезапно холодно ответила моя жена, — но выйти и поговорить с людьми вам все же стоит. Как минимум вам стоит объявить, что Легер арестован как преступник и ожидает прибытия королевского стряпчего для проведения дознания и последующего суда. Чтобы успокоить люд, что вы не творите произвол и самосуд над вольным и уважаемым человеком.

— Как все сложно-то… — протянул я, выглядывая в окно, прямо на главные ворота, за которыми