class="p1">Чи Яньлун бросил на камни, между нами, обломок ржавого и тупого меча, при взгляде на который возникало желание поместить эту штуку в музей.

— Издеваешься?

— Если ты умрёшь от этого клинка, то твоя душа не попадёт в Желтую Реку — и ты никогда не сумеешь переродиться. Но зато твои близкие не пострадают от твоей глупости!

Скорее всего это было ложью — сильно сомневаюсь, что красноволосый стал бы так обращаться с драгоценным артефактом, но проверять в любом случае не собирался.

— Воистину, щедрое предложение, — оценил я. — Интересно, это хоть раз вообще сработало?

— Не один раз. Те, у кого было немного мозгов, ещё и благодарили меня на коленях за милосердие!

— Ну а я могу лишь показать тебе этот палец в знак отказа, — ответил я. — У меня нет семьи, так что мне плевать на подобные угрозы.

Возможно, будь на моём месте настоящий Чжи Дао, он посчитал бы иначе, но я ничего не помнил о прошлом этого тела и не собирался вестись на столь наглый шантаж.

— В таком случае — как насчёт людей за твоей спиной? — хмыкнул Чи Яньлун. — Или той маленькой служанки? Тебе тоже плевать, будут они жить или умрут?

Наверное, если считать этот мир иллюзорным, то мне нужно было просто плюнуть на сопровождающих и вернуться в резиденцию, чтобы спокойно культивировать, но я не любил отступать от принципов без крайней необходимости.

— Я обещал им защиту, — признал я очевидное. — Но ты же не думаешь, что жизни случайных союзников окажутся для меня важнее собственной?

— Разумно, но тогда давай проверим их верность, — улыбнулся Чи Яньлун. — Тот из вас, кто убьёт Чжи Дао, сможет уйти!

Я даже не потрудился повернуться, поскольку прекрасно понимал, что пока меня защищают правила — убийца проживёт немногим дольше. К тому же, потенциальных предателей было четверо, а пощаду обещали только одному.

— Хорошая попытка, но среди нас нет таких идиотов.

— Тогда как насчёт твоей служанки? Тот из вас, кто убьёт девушку…

— … умрёт от моей руки.

— Забавно. Похоже, как минимум эта девчонка тебе небезразлична?

— Как и всё, что принадлежит мне, — признал я. — За каждого из своих людей я убью двух твоих сторонников, и все будут знать, что ты не смог их защитить!

— А справишься?

— Я — седьмой, — напомнил я. — Никто из твоих людей не может напасть на меня, но я — могу напасть на любого. И один на один, они мне не противники!

Плохо то, что это во многом был блеф — несмотря на высокое место в рейтинге, у меня не было уверенности в победе даже над членами первой двадцатки, но показывать сомнения было ни в коем случае нельзя.

— Ублюдок!

— Не нужно завидовать моей красоте, — не обиделся я. — Если считаешь себя обиженным и хочешь отомстить — сделай это самостоятельно!

— Я — потомок семнадцатого Небесного Дьявола! — напомнил Чи Яньлун. — Ты недостоин того, чтобы я пачкал о тебя руки!

— Ну а я — будущий Небесный Дьявол, — выпрямился я. — И мне ничего не помешает вас всех убить — руки я потом могу и помыть!

— Да ты безумен!

— Сочту за комплимент.

Откуда-то неподалёку раздался женский смех и, повернувшись, я увидел сидящую на крыше девушку. Бай Шуанмэй, третья в рейтинге.

— Какая интересная сцена — неужели брат Чи ведёт себя подобно разбойнику?

— Не вмешивайся в то, что тебя не касается!

— Не касается? — хмыкнула Бай Шуанмэй. — Ты устроил охоту на последователей других пиков и думаешь, мы оставим это без внимания?

— Никто из них не говорил, что находится под вашим покровительством!

— А если и говорили — их никто не слушал, верно?

— Даже если так, что с того?

— Мы заключили соглашение, — ответила девушка. — И сейчас ты его нарушаешь. Если хочешь убить кого-то из первой десятки — сделай это по правилам!

Откуда-то из-за моей спины прилетела отрубленная голова и покатилась по площади, смотря на мир с равнодушием, свойственным лишь мертвецам. За ней — вторая, а потом и третья, обозначая появление новой фигуры.

— Приветствую, друзья, — произнёс Хэй Лунтянь, второй в рейтинге. — Брат Чи, я поймал для тебя этих мелких крысёнышей!

— Кто это такие?

— Люди из отряда этого ничтожества, посмевшего вызвать твой гнев!

— Собака лает — ветер носит, — поделился я мудростью. — С того момента, как эти трусы решили сбежать, они больше не имели ко мне никакого отношения!

— Значит, ты не убьёшь за каждого из них меня по два раза?

— Для того, чтобы ты умер, хватит и одного.

Ситуация развивалась по негативному сценарию, но иногда приходится идти на риск, чтобы сохранить лицо и избежать куда худших последствий.

— Брат Чи, если ты не хочешь марать руки — позволь я убью его для тебя!

— Что ты хочешь взамен?

— Право называть тебя своим другом! — ответил Хэй Лунтянь. — И забрать служанку Чжи Дао, когда он сдохнет от моей руки!

— Ты просишь многого, но я согласен.

Наблюдая за этой попыткой втереться в доверие к потомку небесного дьявола, я разразился смехом, который разогнал дурные предчувствия. Умирать сегодня я не собрался, но если всё же умру — у меня будет вторая попытка.

— Я, Хэй Лунтянь, вызываю тебя на смертельный поединок! Сразись со мной, если осмелишься, или я лично убью всех твоих людей!

— Где и когда?

— На арене, через час!

— Через пять часов, — покачал головой я. — И сначала люди, находящиеся под моей защитой, должны достигнуть своих резиденций!

— Кроме твоей служанки, — облизнул губы Хэй Лунтянь. — Она останется в качестве заложницы!

— Нет. Моя служанка будет следовать за мной туда, куда я прикажу.

— Ладно, тогда заберу её позже. Но, если ты не придёшь на арену, все будут знать, что ты трус.

— Я приду!

Чи Яньлун молча взмахнул рукой, и практики расступились, пропуская мой отряд к порталу. И, в последний момент, Бай Шуанмэй спрыгнула с крыши, приземлившись неподалеку.

— Не возражаешь, если я составлю тебе компанию?

— Только если твои ответы не будут стоить по три жетона за каждый.

— У тебя