от времени перебрасываясь короткими фразами.

Иногда наши взгляды встречались, и каждый раз от этого по телу пробегал ток. Я ловила себя на мысли, что впервые рядом с ним чувствую не страх, не осторожность, а… странное спокойствие.

— Что? — спросила я, заметив, что он слишком пристально смотрит.

— Думаю, — ответил он медленно. — Что я не ошибся в тебе.

— А в чём именно ты мог ошибиться?

Он отставил бокал, чуть наклонился ближе, и его голос стал ниже, мягче, но с тем самым железным оттенком, от которого у меня по коже пробежали мурашки.

— В том, что ты останешься, даже зная, какой я на самом деле.

Я замерла. Его слова повисли в воздухе, будто вызов.

— А может, я просто не боюсь сложностей? — ответила я, чувствуя, как сердце ускоряет ритм. — Ведь в каждом человеке есть и тьма, и свет.

Он усмехнулся. Не издевательски — скорее устало, с оттенком чего-то неизбежного.

— Осторожнее, Тесса. Такие слова опасны.

— Почему? — я посмотрела ему прямо в глаза.

Он чуть откинулся на спинку стула, сцепив пальцы, и его взгляд стал тяжелее, глубже.

— Потому что тебе лучше не встречаться с моей тёмной стороной. — Пауза. Он наклонился ближе, почти касаясь губами моего уха. — Она беспощадна. И хладнокровна.

От его слов внутри всё сжалось. Это не было пустым предупреждением — в его голосе звучала правда.

Та правда, которая не требует доказательств.

Я почувствовала, как дыхание становится неровным.

— Может, я не из тех, кто отступает перед тьмой, — тихо ответила я. — Иногда её стоит увидеть, чтобы понять, кто ты на самом деле.

Он посмотрел на меня долго, внимательно, будто решая — отпугнуть или… впустить.

И в этот миг мне показалось, что он всё же выбрал второе.

Александр облокотился на спинку кресла, снова сделал глоток вина, и в его глазах появилось что-то новое — тёплое, едва заметное.

Что-то, чего я раньше в нём не видела.

— Знаешь, — сказала я тихо, — странное чувство. Ты вроде бы рядом, но всё равно будто на расстоянии вытянутой руки.

— Просто я слишком долго жил так, — ответил он спокойно. — Когда доверие — это роскошь, а близость — риск.

Я протянула руку через стол, коснулась его ладони.

Он не отдёрнул её. Наоборот — переплёл наши пальцы, словно закрепляя нечто важное.

— Иногда риск — единственный путь вперёд, — сказала я.

Он посмотрел на меня, задерживая взгляд дольше, чем обычно.

— Тогда, может, стоит попробовать.

— Попробовать что?

— Жить. Не убегать. Не бояться.

Я чуть улыбнулась.

— Договорились. Но без обещаний.

— Никаких, — кивнул он. — Только действия.

Глава 33. «Полшага до безумия»

--- ~ Тесса ~ —-

Мы вышли из ресторана, и прохладный ночной воздух обжёг кожу.

Александр был рядом, молчал, но я чувствовала — внутри него снова буря. В нём никогда не бывает покоя. Даже в тишине он звучит громче, чем любой голос.

Дэвид распахнул дверцу, и я скользнула внутрь, ощущая, как Александр почти сразу последовал за мной. Кресло плавно покатилось по пандусу, и он устроился рядом — близко, как всегда.

Щёлкнула закрывающаяся дверь — мягко, глухо, и мир словно сузился до этого тесного пространства, где воздух был пропитан им.

Машина тронулась.

Я смотрела в окно, наблюдая, как ночной город лениво тянется огнями, и вдруг ощутила — его взгляд. Тот самый. Тяжёлый. Не просто смотрит — прожигает.

— Перестань так смотреть, — тихо сказала я, не отводя взгляда от дороги.

— Как? — его голос звучал низко, с хрипотцой. — Как будто ты сейчас решаешь, стоит ли похитить меня прямо отсюда.

Он усмехнулся.

— Мы оба знаем, что если бы я решил — ты бы даже не успела возразить.

— Самоуверенность тебе идёт, — я скрестила руки. — Но не забывай, завтра у нас вылет. Нью-Йорк. Ответственный день, куча встреч, журналисты...

— И что? — лениво протянул он, чуть повернувшись ко мне. — Я твой босс, Вишенка. Я решаю, когда тебе отдыхать, а когда работать. Мне можно всё. А тебе — не стоит переживать.

Я повернулась к нему. В его глазах — тьма, пламя и сталь.

— Всё, говоришь? — прошептала я, едва сдерживая улыбку. — Не уверена, что стоит тебе давать такую власть.

Он замер на долю секунды. Улыбка исчезла.

— Испытываешь моё терпение, Тесса?

— Возможно. — Я слегка склонила голову. — Кто-то должен.

Он придвинулся ближе, почти касаясь моих губ. Воздух между нами стал плотным, как перед грозой.

— Тогда готовься, — произнёс он низко. — Я пойду ва-банк.

Я успела лишь вдохнуть — остальное растворилось в его взгляде. В нём было всё: желание, ярость, собственничество и та самая искра, от которой я каждый раз теряю почву под ногами.

Машина скользила по ночным улицам, будто неся нас прямо в эпицентр бури, что разгоралась между нами.

— Прекрасно, босс. Тогда, может, вы разрешите своей сотруднице спокойно выспаться?

Он хмыкнул, наклонился ближе.

— Сотруднице — да. Но вот женщине, которая сводит меня с ума… — его дыхание обожгло мою кожу, — …ей я ничего обещать не могу.

Я резко повернулась к нему.

— Ты неисправим.

— Возможно. — Он поймал мой взгляд, и его рука медленно легла поверх моей. — Но я всегда добиваюсь то чего хочу.

Сердце предательски ускорило ритм.

— Не строй из себя всемогущего. Я ещё не дала согласие быть твоей невестой, — сказала я с усмешкой, решив хоть немного сбить его спесь.

Он усмехнулся уголком губ.

— Знаю. — Его пальцы обвили мою ладонь крепче. — Но, клянусь, Тесса… я собираюсь исправить это.

— Ах вот как? — я приподняла бровь. — И как ты собираешься это сделать?

Он склонился ближе, так что между нами не осталось воздуха.

— Я решу этот вопрос сразу по возвращении в Вашингтон, — произнёс он тихо, но твёрдо, как приговор. — Устроим помолвку. Нет причин ждать. Хочу, чтобы ты была моей. Полностью. Официально.

Я замерла. Взгляд — в взгляд.

Огни за окном сменялись вспышками, отражаясь в его глазах. Он был опасен. Привлекательный, уверенный, и до безумия упрямый.

Я не сразу смогла вдохнуть.

Его взгляд прожигал меня насквозь — прямой, без тени сомнения, как у человека, привыкшего получать всё, что захочет. Свет фар изредка выхватывал черты его лица: чёткую линию подбородка, напряжённые губы, сосредоточенность. И в этих мгновенных отблесках он выглядел почти нереально — воплощением силы и запрета одновременно.

— Александр… — мой голос сорвался. — Не стоит.

— Напротив, — он провёл пальцем по моему запястью, — самое время.

Его прикосновение было медленным, изучающим, как будто он запоминал каждую линию моей кожи.

Машина скользила по ночным улицам, а между нами воздух стал густым,