нападении — на самом острие атаки, в роли голеодора… как все семеро пацанов синхронно шагнули вперёд.

Вот она, романтика футбольного бомбардира. Каждый мечтает забивать.

Я едва удержался от смеха и в то же время крепко задумался. Исходя из этих вводных распределение позиций придётся решать уже на поле, на практике. Ничего, устроим тренировочный матч, прогоню каждого через разные позиции. И при таком раскладе игра сама покажет, кто где чувствует себя естественно, а кто бегает не туда и не тогда.

— Так, молодёжь, — сказал я, подытоживая, — с футболом мы разобрались. По позициям, по капитану и по основному составу мы определимся позже, когда проведём пару тренировок. А пока…

Я сделал паузу, взял ручку и перевернул один из листов. Лист оказался чистым с обратной стороны — самое то, чтобы начать формировать нашу командную ведомость.

Я подозвал к себе пацана, который собирался бросить футбол ради работы курьером.

— Так, молодой, если память мне не изменяет, ты у нас Аминов? Подойди.

Пацан кивнул и сразу подошёл, хоть и немного смущённый вниманием.

— Значит так, — сказал я. — Берёшь ручку и записываешь фамилии, размеры одежды и обуви всех членов нашей футбольной команды. Понял задачу?

Аминов на мгновение замялся, бросил быстрый взгляд в сторону девчонок, которые стояли чуть поодаль, хихикая. Затем наклонился ко мне и полушёпотом сказал:

— Владимир Петрович… а можно я лучше сборную гимнастики запишу? Ну… у них там размерчики куда поинтереснее будут, чем у пацанов-футболистов…

Вот это пацан. Хитрый, шустрый — и уже головой работает. Я не сдержал улыбки.

— Ах ты ж ушлый… — покачал я головой. — Ну раз так, Аминов, тогда будешь у нас писарем всей сборной на олимпиаду. А там уже и до девчонок доберёшься. Такой вариант тебя устраивает?

— Согласен, Владимир Петрович! — радостно выпалил он. — С превеликим удовольствием!

Наша новоиспечённая футбольная команда по одному начала подходить к Аминову и называть фамилии, размеры одежды и обуви. Пацан быстро выводил в столбик всё, что слышал, время от времени уточняя или переспрашивая.

Мне же эти списки были нужны для простой, но важной вещи: подобрать парням футбольную экипировку. Я хотел, чтобы на соревнованиях школьники выглядели как настоящая команда.

Параллельно я невольно задумался о следующем: с кем мы будем тренироваться? Одна команда у меня есть, но для нормальной подготовки нужен противник. Причём желательно чтобы противник был опытный и сыгранный.

Где таких искать? Подумаю…

Наверняка где-нибудь поблизости есть футбольное поле, где гоняет местная молодёжь. Вот туда мы и наведаемся нашим «клубом олимпийцев».

Когда с футбольной частью закончили, я попросил сделать шаг вперёд тех, кто хотя бы раз держал в руках баскетбольный мяч.

Вышли четверо.

Это было неплохо — сходу собралась почти полноценная команда. Но одного игрока всё же не хватало для полного состава.

Пока Аминов записывал и этих ребят, фиксируя их размеры рядом с фамилиями, я прошёлся взглядом по оставшимся в ряду школьникам. И сразу заметил одного высокого паренька, который стоял чуть в стороне. Он стоял как будто сам по себе, отстранённый от всего происходящего.

Пацан не вышел ни к футболистам, ни к баскетболистам. Если память меня не подводила, то передо мной стоял Ромка Филиппов — тихий, скромный, почти незаметный паренёк, который за время моего общения с 11-Д ни разу не попытался выделиться или проявить себя.

Рост у пацана был внушительный, даже выше моего, а я в этом новом теле был далеко не мелким. На фоне остальных Ромка выглядел так, будто природа создала его специально для спорта, но пацан об этом понятия не имел.

Я смерил его взглядом и спросил:

— Чего мнёшься, Ромчик? Из тебя ведь целый Майкл Джордан может выйти, а ты стоишь, будто тебе всё это не про тебя.

Он смутился, опустил глаза:

— Владимир Петрович… я же ни в футбол, ни в баскетбол никогда в жизни не играл, — пробормотал он едва слышно. — Я только всё испорчу вам, если выйду за команду.

— Знаешь, — я коротко пожал плечами, — если не умеешь — мы научим.

Вторую часть поговорки про «а если не хочешь — заставим» я, разумеется, оставил при себе. Заставлять никого здесь я точно не собирался, и это было моё принципиальное решение.

Ромка вдохнул, набрался смелости:

— Ну… давайте попробуем, Владимир Петрович. Но я не уверен, что у меня что-то получится. Боюсь команду подвести…

— Давай ты сначала попробуешь, — сказал я. — А там посмотрим. Поднимать голову пора, Ром. Если ты сам в себя не поверишь, то кто это сделает вместо тебя?

Пацан осторожно поднял глаза, будто проверяя, можно ли верить моим словам. Подумал чутка и кивнул:

— Давайте попробуем… Вы правы. — Он хоть и сказал это совсем тихо, но уверенность в пацане всё-таки брезжила.

Я же сразу попросил Аминова записать Филиппова в нашу новосформированную баскетбольную сборную. Высокий, спокойный, без лишнего выпендрёжа — то, что нужно для хорошего игрока под кольцом.

— Так, молодёжь, — продолжил я, — теперь посмотрим, что у нас по хоккею с мячом. Есть желающие? Чё по чём хоккей с мячом, — хмыкнул я, припомнив песенку, некогда популярную в девяностых.

Секунда-другая, но ни один человек не поднял руку и никто не сделал шаг вперёд. И, честно говоря, я только вздохнул с облегчением.

Потому что если бы нашлись желающие, мне пришлось бы раскошелиться на клюшки, защиту и прочие причиндалы, которые стоят совсем не детских денег.

А так — обойдёмся. Хоккей с мячом всегда казался мне каким-то странным, будто кто-то перепутал виды спорта и слепил их наугад. Примерно то же самое, что футбол с шайбой или баскетбол на льду.

Нет, я допускал, что кому-то это нравится, но мои школьники, похоже, явно были не из той категории.

— Ну что, девчата, — сказал я, переводя взгляд на девушек, — у вас выбора среди дисциплин, откровенно говоря, почти нет. Для вас на олимпиаде предусмотрена гимнастика.

Девчонки заволновались. В их глазах мелькнула смесь интереса и лёгкой тревоги. Слово «гимнастика» для них, похоже, звучало куда страшнее, чем для меня.

— И сразу скажу, — продолжил я, улыбнувшись, — никто от вас не ждёт результатов на уровне Ирины Родниной или кто у нас там из олимпийских чемпионок. Мы здесь не за медалями международного уровня, а за тем, чтобы вы выступили достойно и показали себя. Пару движений, несколько элементов — мы всё это подготовим. И подготовим так, что у наших конкурентов из других школ челюсти сами собой на пол упадут, — уверенно сказал я и подмигнул девчатам.

— Мы согласны, Владимир Петрович! — почти хором пискнули