почувствовала, как хрустнули ребра обезьянки, как боль опоясала ее грудную клетку, мешая дышать. И в следующий момент она снова стала человеком. От боли темнело в глазах, но Сандра еще сохраняла сознание. Во рту стало горячо, солено и мокро. Кашлянув, она провела пальцем по влажным губам и увидела, что это кровь. Какая-то тень с красными точками вместо глаз склонилась над ней и сунула пальцы в ее грудную клетку. Страшный холод сковал сердце, Сандра не могла пошевелиться от боли. В ужасе она понимала, что сейчас умрет.

Она пыталась потянуться к альбому, но почти не двинулась с места. Бессилие и боль обездвижили ее. Тень сжала пальцы в кулак внутри ее тела, и сердце остановилось. Сандра захрипела. Альбом, листья, корни деревьев расплылись перед глазами.

Но в этот момент пальцы духа разжались, и на него, перепрыгнув через Сандру, навалилась призрачная черная пантера. Ее зеленые глаза светились слишком ярко для реального животного. Сандра поняла, что Диего каким-то образом тоже удалось принять форму духа.

Сердце робко начало снова биться. Превозмогая боль, стараясь сохранить сознание, Сандра открыла альбом и нечеткими линиями нарисовала стеклянный ларец и в нем тень с горящими глазами. Пантера и тень рвали друг друга на части, но вдруг тень взвыла и над листом бумаги вырос стеклянный ларец. В него затянуло тень, и она стала биться там в попытках вылезти.

Ослабнув после чрезмерного усилия, Сандра выронила карандаш из рук. Все вокруг стало гаснуть. Последним, что она почувствовала, было прикосновение к ее ладони мокрого носа пантеры, а последним, что увидела, были светящиеся зеленые глаза огромной кошки.

Глава 40

Росалия и Тео попытались удрать от накативших на них теней. Росалия почувствовала сообщение Тео: он вызовет духов ваорани, а она должна отвлечь тени. И потому Росалия металась между деревьями, то удаляясь от места привала, то возвращаясь, пока за ней роем следовали разозленные духи инков. Их она видела то сплошным темным облаком, то вдруг даже различала их внешность: они то представали перед ней такими, какими были при жизни, юношами и девушками, то вдруг их лица серели, и они становились мертвецами. Они чуяли в ней шамана и не желали отставать, разозленные, как рой диких пчел.

Заметив, что Сандра все-таки нашла способ справиться с духами, Росалия приободрилась. В этот момент она почувствовала сигнал от Тео, что духи ваорани пришли на его зов. И полетела к месту привала. Ее и Тео затянуло в битву практически тут же. Как будто два войска индейцев, не касаясь земли, по воздуху, хлынули друг на друга с боевым кличем.

Души принесенных в жертву, души невинно убитых – все они становятся после смерти разгневанными духами, мечтающими только о том, как бы причинить боль живым. Но духи ваорани, те, кого чтили и вспоминали, кого провожали в мир духов, те, кто наблюдал за живыми с любовью и благодарностью, оказывали сильное сопротивление, желая спасти тех, кто оказался проклят за то, что пересек территорию, охранямую духами Маноа.

Росалия была постоянно на связи с Тео: души шаманов в мире духов способны общаться на расстоянии. И поэтому когда она почувствовала в себе угасание его присутствия, Росалия бросилась искать яркого колибри, понимая, что ему угрожает опасность.

Она увидела, как колибри бьется и трепыхается в руке одного из темных духов. Росалия налетела на него и попыталась выклевать горящие красным глаза. Но тут вдруг лицо тени приобрело человеческие черты, которые в одну секунду чем-то стали похожи на ее мужа, а в другую чем-то напомнили Джейка, и Росалия всего на мгновение ошарашенно замерла. Этого оказалось достаточно, чтобы тень, ухмыляясь, задушила колибри. В следующее мгновение Росалия с криком попыталась выклевать тени глаза, понимая, что та лишь играла с ней, но было поздно. Колибри бездыханным упал с ладони духа на землю, превратился в красочные яркие пятна, будто оплавился краской, и впитался в землю.

Росалии было так больно от потери Тео, что она потеряла способность размышлять и, одичав, клевала тень как попало. Но тень обрушила на нее сильный удар, который заставил Росалию отлететь в сторону, потеряв ориентацию. Взмахнув пару раз крыльями, Росалия поняла, что ранена. В следующую секунду тукан, не удержавшись в воздухе, упал на землю.

Когда Росалия немного пришла в себя, она увидела, что тень атаковала Сандру. У Росалии было сломано крыло, она не могла прийти на помощь Сандре.

В отчаянии, она сделала единственное, что могла: попыталась вступить в контакт с духом Вао Омеда. Тот как будто спал, потому что Диего, не подозревая о развернувшемся сражении, спокойно подбрасывал дрова в огонь в ожидании, когда завершат ритуал Тео и Росалия. Но Росалия кричала, билась, звала, пока вдруг не увидела, как рядом с Диего, впавшим в полузабытье, появляется призрачная пантера.

Переключив свое внимание на духов ваорани, Росалия увидела, что они одолевают духов-хранителей Маноа. И тогда она позволила боли окончательно нахлынуть на себя и отключилась.

Сознание возвращалось к ней постепенно. Росалия все еще чувствовала боль, но уже осознавала, что боль фантомна. А значит, она вернулась в свое тело.

Рядом кто-то присел, взял ее за руку и нащупал пульс.

– Она тоже жива, – послышался сквозь туман голос Диего.

Надежда разлилась по душе, Росалия открыла глаза и не сразу увидела в полутьме Диего.

– Все хорошо, Росалия. Духи ваорани одержали верх над духами хранителей Маноа, и те исчезли. Сандра говорит, что проклятия сняты, но хочет, чтобы ты тоже посмотрела.

– Как она? – хрипло произнесла Росалия. Ей становилось все лучше. Хосе помог ей поднять голову и приложил к губам чашку с горячим бульоном. Только теперь, глотая густой горячий напиток, Росалия поняла, как замерзла.

– Спасибо, – поблагодарила она Хосе и села, повернувшись в сторону Сандры.

Та сидела у костра, скрестив ноги, завернувшись плотно в одеяло. Она была бледна, было заметно, что у нее недавно шла кровь носом. Но в остальном она была в порядке.

– Если бы ты не достучалась до моего духа, – тихо произнес Диего, делая вид, что помогает Росалии усесться поудобнее, – она бы сейчас была мертва.

Индианка кивнула. Да, Сандра была на волосок от смерти. Присмотревшись, она не увидела проклятий ни над Диего, ни над Хосе, ни над Сандрой.

Повернувшись в другую сторону, она увидела Тео лежащим на земле. Судя по заострившимся чертам лица, он был мертв.

Росалия уже знала об этом, но сейчас последняя надежда погасла в ее душе, как остывающий уголек от костра.

Ее