собой. Я уткнулась носом в его шею. Его запах горячий и знакомый щекотал ноздри, проникая в меня глубоко – до самого сердца. Я чувствовала, как по его венам жарко и быстро несется кровь, как бешено стучит его сердце и как крепко сжимают его пальцы мое плечо. Я понимала, что происходит с Робертом, не могла не понимать. Слышала, как он дышит глубоко и жадно, ощущала, как дрожат его пальцы, когда он зарывается носом мне в волосы, как он вздрагивает, когда мои ресницы щекочут ему шею. И я подумала, что мне надоело болтаться между жизнью и страхами, я могла бы еще медлить и придумывать тысячу отговорок, как будто бы мы бесконечны, как будто бы этот день растянется навсегда, и Роберт никуда не уедет. Зачем? Зачем прятаться, когда так хочется открыться ему, показать всю себя, до самой сердцевины. Расколоть свою душу и вывернуть ее наизнанку. Хочется утонуть в нем, раствориться, увидеть свет, струящийся с неба, почувствовать себя в невесомости. Мне захотелось рискнуть.

– Роберт! – выдохнула я ему в шею и прикоснулась губами к вене, подрагивавшей от напряжения, он втянул воздух ноздрями, а горло вытолкнуло звук, еле слышный, но я поняла все. Я приподняла голову и заглянула ему в глаза. Они были подернуты пеленой – словно туманное небо, пожирали меня, убеждали и раздевали. Я чуть наклонила голову набок, улыбнулась и качнула – меня не нужно убеждать. Я здесь, и ты здесь. Сегодня.

Я подалась вперед. Он тоже. Мы вцепились друг в друга, тяжело дыша, словно нас окольцевала тугая нить и сдавливала нам грудь. Мы сталкивались зубами, сплетались языками, прижимали друг друга крепко, чтобы стать еще ближе. Его щетина оцарапала мне шею, я распахнула глаза – Роб навис надо мной, замерев. К черту страхи! К черту завтра! К черту весь остальной мир. Я опустила руки к краю пижамной футболки с шахматами и стянула ее через голову. Теперь он впивался взглядом в мою обнаженную грудь, его губы чуть дрогнули, словно это именно то, чего он хотел. Он медленно провел пальцами вдоль моей шеи, коснулся ключицы, спустился еще ниже, и я ахнула. Он затаил дыхание. Я потянула его к себе, зарылась руками в волосы. Его губы – мое тело. Его пальцы – мое тело. Он – я. Мы неразделимы. Его тело, большое и сильное, накрыло мое, повторяя контуры, и мне кажется, я наконец обрела смысл жизни.

Satan i gatan!

Эпилог

Музыка орала так, что у меня закладывало барабанные перепонки, а народу набилось в три раза больше обычного. Я протискивалась в гостиную из кухни, неся в руках две миски с чипсами. Миша впереди меня тащила тарелки с закусками и чистые стаканы. Все как обычно. У Роберта и Миши хоккейная вечеринка, а это значит, что мы с ней не отдыхаем, а следим за тем, чтобы всем всего хватало. Мы поставили на стол чипсы, забрали пустые тарелки и тем же путем стали возвращаться назад. На кухне Арина со скоростью света смешивала всем желающим напитки.

– А ты набила руку, – сказала я, усаживаясь на стол. Я всегда так делала, несмотря на то что Миша страшно бесилась. Мне всегда нравилось ее бесить.

– Да, – Арина улыбнулась и перекинула через плечо одну из кос, которая соскользнула со спины вперед и теперь мешала ей. – Ты давно не видела меня в деле.

Я прижалась спиной к стене.

– Прости. Сначала Швеция, потом Роберт приехал, и я немного выпала из процесса… общения, – начала было я, а Миша, подмигнув мне, села рядом.

– Мне можешь не рассказывать, я прекрасно знаю, каким процессом вы с Робертом заняты с утра до ночи. – Она выразительно подняла брови, и мои щеки зарделись. – Хорошо, что у Макса есть отдельная квартира, а то не знаю, как бы я сдала сессию. Готовиться под эти… – она прочистила горло, – звуки просто невозможно.

Арина рассмеялась, а я бросила в Мишу трубочку.

– Не завидуй, – сказала я, улыбаясь и думая о бесконечно длинных ночах, когда мы с Робертом исследовали друг друга.

– Ты уже окончательно решила? – спросила Арина.

Я утвердительно кивнула.

– Да. Сдам сессию, и все.

– Мира, – простонала Миша. – Как я буду без тебя?

– У тебя есть Макс и Арина, – сказала я и шутливо ткнулась ей в плечо.

– Но я все равно буду скучать, – Миша легко щелкнула меня по носу. – Буду звонить тебе каждый день.

– Ну да, – сказала я. – Ты, как с Максом начала встречаться, забыла, где находится кнопка «Вызов» на телефоне.

Мы рассмеялись, а Арина спросила:

– Ты переводишься на дистанционный формат обучения? – она наморщила лоб. – А как же разница во времени?

– Не думаю, что это будет проблемой. «Живых» встреч с преподавателями немного, все лекции в записи, и работы сдавать нужно, просто загружая их на портал.

– Неужели ты и на хоккей будешь ходить? – в голосе Миши звучал скепсис.

Я вспомнила это непередаваемое ощущение энергии болельщиков и удовольствие, которое я испытывала, когда была среди них.

– Перед игрой у Роберта есть «счастливый ритуал» – я привожу ему клюшку вашего отца. А удача ему очень понадобится, – сказала я, вспоминая, как первый раз везла ему клюшку в стокгольмском трамвае. – Так что, по возможности, буду ходить на все игры, тем более время у меня для этого будет.

Арина кивнула, а Миша задумчиво сказала:

– Я вот думаю, что есть какой-то смысл в том, что клюшка через двадцать с лишним лет возвращается туда, откуда приехала.

Мы с Ариной переглянулись и прыснули:

– Так, ну все, Мишу потянуло на философские размышления на тему круговорота клюшек во вселенной.

– Да ну вас, – фыркнула Миша.

Дверь на кухню отворилась, вошел Роберт, за ним Макс и Тимур. У меня возникло чувство дежавю. Почти год назад мы так же прятались от веселых хоккеистов на вечеринке по случаю отъезда Роберта в Германию, когда эта троица неожиданно появилась на кухне. Они были такие разные, но каждый из них – невероятен. Тимур – зеленоглазый со светлыми волосами, добрый и спокойный. Макс – темноволосый, со своим непроницаемым холодным взглядом, молчаливый, как ледяная скала, а Роберт… Роберт просто моя любовь. Самый красивый, самый лучший, самый…

– Чего вы здесь прячетесь? – спросил он, подходя и чмокая меня в макушку.

– Традиционно перемываем вам кости, – пошутила Миша, подставляя губы для поцелуя Максу.

– Достойное занятие, – согласился Макс и обратился к Арине. – Есть у тебя в арсенале сногсшибательно вкусный коктейль?

Та молча кивнула, отвернулась к