змей. Виракоча – это творец мира. Он сотворил луну и солнце – своих детей. Вот они, по обе стороны от него: Инти, то есть солнце, и Мама Килла – луна. Вот здесь изображение пирамиды. Я думаю, это отсылка к тому, что Виракоча создал город – какой, наверно, не сложно догадаться.

– А эти изображения то ли людей, то ли зверей? – спросил Джейк.

– Тут надо посмотреть, как они связаны с вертикальными столбами, ведь это крайние изображения верхней арки. Завтра мы полностью откроем правую сторону арки, и Сандра сможет зарисовать ее.

– Я закончу расчищать левую сторону и начну копать, – решил Джейк.

Сандра еще некоторое время прислушивалась, но усталость постепенно накатила на нее, и она провалилась в сон.

Во сне она продолжала срисовывать фигуры, высеченные на камне, только почему-то делала это ночью, при багровых отсветах огромного костра и свете своего фонарика. При всполохах пламени то и дело казалось, что фигуры приходят в движение и то скалятся на нее, то ухмыляются, то пытаются ей что-то сказать. А потом они действительно начали двигаться, только по квадрату: внизу тоже оказался каменный блок с резьбой. Фигуры пустились в пляс, перетекая по прямоугольной форме арки, которая даже теперь и аркой-то не была. Сандра назвала бы ее теперь окном или проходом.

Глядя на передвижение индейцев, шаманов, зверей и богов, Сандра услышала голос Тео:

– Арка состоит из трех граней. Как и мир в представлении инков. Первая грань – мир наверху. Чтобы войти в него, нужно перейти мост, сделанный из волос праведников. Этот мир мы можем видеть, но не можем контролировать. Там обитают Виракоча – бог-создатель, Инти – бог солнца, Мама Килла – богиня луны и защитница женщин. Вторая грань – мир здешний, где мы живем. Мир видимый и контролируемый. Там обитает Пачамама – мать-земля, Париякака – бог вод. И третий мир – мир невидимый и неконтролируемый. Подземный. Там живут Мамакоча – богиня бурь и Пачакамак – тот, что сотрясает землю. А вот что им нужно – это каждый, кто хочет войти в Маноа, должен решить для себя сам…

Голова кружилась от быстрого передвижения фигур, Сандра почувствовала легкую тошноту и резко проснулась.

Была глухая ночь, сельва буянила по-ночному, откуда-то отчетливо донесся рев ягуара, и Сандра поежилась. Рядом спал Джейк.

Сандра долго лежала в темноте, пытаясь понять, как будет жить дальше. Ведь Джейка она разлюбила. И как объяснить это ему? И главное, когда, ведь еще надо отсюда выбраться… И что потом? Снова работа в кафе? Или скитания по миру?

Сандра ощущала себя очень одинокой и опустошенной. И совершенно не представляла, что делать дальше со своей жизнью. Она вдруг поняла, что если бы Тео был сейчас рядом, то она попросила бы совета у него.

С этой мыслью она уснула на рассвете и увидела короткий сон.

В нем она сидела рядом с Тео перед аркой инков и пыталась спросить, что делать дальше. Шаман поднялся и сказал ей:

– Только ты знаешь ответ на этот вопрос. Ты пришла за ним в сельву. Осталось только увидеть его и понять.

Сандра открыла глаза и поняла, что даже Тео ей не поможет. С этой задачей ей придется справиться самой.

Глава 31

Росалия шла по сельве, понимая, что лес теперь совсем иной. Деревья шевелились и поворачивались, как будто любопытствовали: кто это идет здесь, обладающий зрением шамана? Звери выходили ей навстречу и провожали задумчивым взглядом. Росалия шла одна, только на плече у нее сидел тукан, поворачивая свой огромный разноцветный клюв туда же, куда смотрела она.

– Духи леса, – спрашивала Росалия то и дело. – Где нам искать гринго и Вао Омеде?

Но духи лишь провожали ее взглядом, не отвечая.

Росалия уже начала жалеть, что отправилась в этот путь, как заметила, что резко запахло бензином. Духи стали испуганно разбегаться, деревья – гибнуть. По земле черными змеями расползались потоки нефти. Пачамама исходила кровью.

– Что мне делать? – спрашивала в отчаянии Росалия. – Как остановить это?

Ноги увязали в черной жиже, дышать становилось все тяжелее.

Черная жижа стала черной рекой, а на другом берегу вдруг возник золотой город. Росалия разглядела женскую фигурку около воды. То была Сандра.

– Сандра! – позвала ее Росалия. – Помоги мне! Я здесь!

Сандра обернулась, помахала ей рукой, а потом села, достала карандаши и альбом и начала рисовать. Росалия рассердилась на нее.

– Сандра! Помоги же мне! – закричала она громче.

Но тут увидела, как от Сандры в воздухе стал появляться мост. Сначала он был полупрозрачный, но чем дальше рисовала Сандра, тем более основательным он становился. Росалия протянула руку и дотронулась до деревянных перил. Еле вырвав ступни из черной жижи, она зашагала по мосту. Сначала неуверенно, а потом все быстрее.

Когда она была уже посередине, Росалия увидела, как к Сандре приблизился Джейк. Он что-то сказал ей, Сандра покачала головой. Джейк вдруг вырвал альбом из рук Сандры и начал рвать страницы.

– Нет, Джейк, нет! – Росалия почувствовала, как мост под ней шатается и скрипит. – Остановись!

Но в этот момент мост под ней рухнул, и Росалия полетела прямиком в черную реку…

Росалия открыла глаза и вытерла пот с лица. Заунывное пение Тео звучало успокаивающе, словно говорило: «Ты дома. Ты в реальности».

Жар от костра заставил ее присесть и отодвинуться от пламени. Ночь сразу приобняла ее свежими крыльями. Пенти и Хосе молча сидели у костра. Пенти точил копье, Хосе резал на куски мясо капибары. Их смуглая кожа поблескивала от пота в отсветах пламени.

– Похоже, Сандра нашла золотой город, – сказала Росалия Тео. – Вао Омеде я не видела.

– Что запомнила? – спросил шаман, набивая в трубку табак.

– Там везде нефть. Плохо дело. Если об этом пронюхает государство, то нефтяные компании и здесь откроют свою нефтедобывающую базу. Сельва и так задыхается.

– Что ж… посмотрим, найдем ли мы их… – Тео задумчиво закурил.

– Думаешь, Сандре угрожает опасность? – спросила Росалия.

– Нам всем угрожает опасность. Росалия, тебе нужно быть сильной, чтобы справиться. И Сандре тоже.

– Во сне я увидела, что ее дар зависит от рисования. Похоже, духи хотели сказать, что она каким-то образом может создавать реальность. Но я не понимаю, как это возможно, как она взаимодействует с ними, не будучи шаманом.

– Я слышал, что люди, которые творят новое, в какой-то степени связаны с Виракоча. Виракоча создал мир, а они создают свои миры, пусть и не такие большие. Что же… давайте готовить. Пенти умирает от голода, – усмехнулся