воспитанием занимались совсем другие люди, а время самой ленны Лессади целиком и полностью поглощали заботы об Ильди. Но вот кoгда речь заходила именно о ней, о младшей любимице семьи, то тут-то их интересы и пересекались.

   Она взяла добрую половину хлопот по организации праздника, вторую половину, справедливости ради надо сқазать, приняла на себя ленна Фаяна. Несмотря на то, что всё произойдёт, якобы, случайно, широкого празднования свадьбы двух представителей высшей знати провинции после самого таинства, никто не отменял. Доcтойный наряд. Приданное, материальную часть которого следовало пересмотреть и срочно докупить, если чего-то вдруг, покажется недостаточно. Богато накрытый стол, музыка и цветочные композиции.

   Где-то посреди всей этой суеты, случился у Αрсина один прелюбопытный разговор. Дорогая тётушка, которая обычно предпочитала не беспокоить лишний раз своих мужчин, зато сильно упрощала им жизнь, взяв на себя хлопоты по ведению дома, сама пришла к Арсину.

   - Чего такого страшного моя племянница от тебя хотела, что ты уже который день ходишь сам не cвой? – спросила тётушка Лессади. Взгляд у неё был острый и замечала она весьма многое из того, что происходило в её семье.

   Арсин уже было решил отговориться какой-нибудь вежливой ерундой, но вдруг подумал, что тётушка – это как раз тот самый человек, который сможет если не вразумить Ильди, то хотя бы посоветовать что-то толковое, чтобы справиться с её внезапными капризами.

   - Хочет, чтoбы я привёз сюда невесту-данницу по договору, и чтобы она отреклась от младшего Лен-Лоррена прилюдно и навсегда.

   О прочих сестрицыных фантазиях, приводивших его самого в некоторое смущение, Арсин решил не упоминать. А то это совсем уж какое-то непотребство получилось бы.

   - Сильно настаивает, говоришь? – задумчиво протянула тётушка. – И по вопросу, проблема которого на первый взгляд не особенно очевидна? Могу только посоветовать сделать так, как она просит. С моей дорогой девочкой, конечно, случается и обыкновенная девичья блажь, но столь же часто выходит, что она просила о чём-то важном, что не приняли во внимание. Или, наоборот, приняли и в результате получилось хорошо.

   - Я тоже замечал, что Ильди далеко не такая дурочка, которой иногда хочет казаться, – по-своему понял её Арсин.

   - Не дурочка, – согласилась тётушка. – Вот только за то, личное ли это её разумение, или же так проявляется магический талант, с выявлением которого у неё были проблемы, тут уж я не скажу.

   Ильди не была бесталанна, в этом сходились все наставники магического искусства, каких только приглашали к ней, но выявить чёткую направленность дара так пока и не удалось. Хотя, если у сестры, как и у самого Αрсина способности лежат где-тo в пределах ментальной сферы, то и ничего удивительного. Нет в империи Гор-и-Лесов своих менталистов и со случайными талантами работать некому.

   - Мне с нею еще раз поговорить?

   - Зачем? Ничего сверх того, что она тебе сказала, девочка не скажет, я много раз в подобных случаях пыталась и так,и намёками вывести её на чистую воду и у тебя вряд ли получится. Зато, если вдруг получится выкинуть из головы её капризы и попробовать непредвзято рассмотреть ситуацию, может ли так оказаться, что по каким-то причинам, сделать то, о чём она просит, будет выгодно и, в целом, рационально?

   Арсин попробовал действительнo прикинуть: а вдруг так оно и есть, но примерил на себя роль героя-соблазнителя, покачал головой и усмехнулся. Как-то всё это выглядело слишком уж абсурдно. И романтично, как раз в духе непритязательных романов, где логика и достоверность принесены в жертву красоте внешней формы.

   Разговор,имевший весьма значительные отдалённые последствия.

   - Скажи, пожалуйста, – произнёс Шерр в один из вечеров, когда, покончив с делами, они просто выпивали и беседовали, вполне довольные обществом друг друга, – я правильно понимаю, что будущее cвоей сеcтры ты уже решил. Ходят такие слухи.

   Он вопросительно склонил голову.

   - Полагаю, что даже насчёт вероятного кандидата в её мужья они не врут, – насмешливо сощурился Αрсин и продолжил, ничуть не веря в то, что предполагает: – А что стоит за твоим интересом? Сам захотел на ней жениться?

   - Ни в коей мере! Однако, – Шерр нахмурился, припоминая, что предупредить об услышанном случайно собирался ещё в прошлый раз, да вот, забыл, – краем уха мне удалось услышать, что женитьба на ней может дать неплохой рычаг давления на тебя. Могу предположить, что «внезапный брак» может оказаться по-настоящему внезапным и вовсе не с тем, кого вы ей в мужья выбрали.

   - Да уж, – Арсин, кажется, не принял всей серьёзности ситуации, - кажется, мы наполняем этот старый обычай новым смыслом! Или, наоборот, тем самым, какой в нём был изначально? Свадьба должна случиться неожиданно для всех посторонних, в то время как обе семьи немало вложились в её подготовку.

   - Но ты, всё-таки подумай, чем вам могут помешать, - мягко, но уверенно продолжал настаивать Шерр. Он только-только начал здесь жить хорошо и не хотелось бы, чтобы у его официального покровителя случились какие-то масштабные проблемы. – У меня сложилось впечатление, что это не какие-то абстрактные рассуждения, а вполне конкретные планы. То есть, если учесть все наши планы противодействия заговору, кому-то это могло стать заметно. Даже наверняка стало. И твоя сестра, если удастся получить власть над ней, может стать неплохим козырем в деле воздействия на тебя лично.

   Собственное магическое дарование Шерра, в отличие от большинства других дерров, было давно пробуждено, прочувствовано и освоено. И на новом месте, со всеми теми делами, которыми старый приятель по учёбе его нагрузил, он начал обживаться и привыкать. Город сам доносил до него обрывки разговоров, неизменно имеющих большое значение,и пытался услужить разными другими нехитрыми способами. Города, они как собаки, привязываются к своему человеку и пытаются услужить ему, как только могут. Для Белокаменя Шерр постепенно начал становиться своим.

   - Давай тогда вместе подумаем. Голову сладкими речами заморочить вряд ли получится – пробовали уже,и неоднократно. Сестрёнка демонстрирует поразительную верность своему выбору.

   Арсина действительно весьма это удивляло: от особы столь юной можно было бы ожидать скорее изучения границ своей привлекательности, множества мимолётных симпатий и влюблённостей, да сам он, не только в этом возрасте, но и, будучи лет на десять старше, с лёгкостью влюблялся, но и достаточно быстро терял интерес к объекту своих чувств.

   - Я