Аня всё ещё кипела.

— У него собака могла меня убить, ты понимаешь⁈ Убить! И он просто стоял, как будто это смешно!

— Понимаю, — кивнул я. — И именно поэтому я с ним не разговариваю. С такими не говорят — их просто ставят на место.

Она перевела взгляд на Рекса, потом на меня, и, кажется, только сейчас осознала, что маленькая собака действительно спасла ей жизнь.

— Он ведь… правда за меня кинулся, да? — прошептала Аня.

— За тебя, — подтвердил я. — И, между прочим, не дрогнул.

Аня опустилась на корточки, посмотрела на Рекса:

— Спасибо тебе, малыш…

Тот тихо фыркнул, как будто соглашаясь принять похвалу. Впервые в жизни этот мелкий чихуахуа ввязался в настоящую драку. Если перевести на человеческие масштабы, то разница в весе между ним и Губителем составляла как между Эриком Моралесом и Николаем Валуевым. А исход при таких раскладах обычно очевиден.

Но не в этот раз.

Аня растерянно улыбнулась, потом медленно покачала головой.

— Вова… ты прав, — призналась она. — Никакой это не Пончик. Это самый настоящий Рекс.

Забавно было наблюдать за такой метаморфозой в сознании Ани. Раньше она воспринимала этого пса как маленькое недоразумение на лапках, а теперь смотрела на него почти с благоговением.

Однако было видно, что девчонку что-то беспокоит до сих пор.

— Вова, я правильно понимаю, что этот бегемот в наморднике обижал моего… — она запнулась, — моего Рекса?

Я коротко кивнул.

— Именно так. Этот недоумок не следит за своей собакой, а та, видимо, привыкла, что все перед ней в кусты прячутся.

Аня снова опустила взгляд на Рекса, улыбнулась. Видимо, только сейчас до неё окончательно дошло, что произошло.

Похоже, именно в этот момент она впервые действительно увидела в своём питомце не просто домашнего любимца, а настоящего защитника.

— Вова… ну я его видела пару раз… но вот так, чтобы лицом к лицу — никогда.

— Ну как ты видишь, судя по его поведению — оно к лучшему, — я пожал плечами. — Я как раз хотел тебе всё это рассказать, когда домой вернулся.

Логика в моих словах была железная, и спорить тут было просто не с чем. Аня прекрасно понимала, что если бы не сегодняшние тренировки и не моя настойчивость, Губитель сегодня размазал бы и Рекса, и её саму заодно.

— То есть… ты не будешь отдавать его ни на какие собачьи бои? — вдруг спросила она. — Ты для этого его тренируешь?

Я хмыкнул, посмотрел на Рекса. Пёс окончательно пришёл в себя и теперь важно топтался рядом, будто ничего особенного не произошло.

— Нет, ни на какие собачьи бои я его отдавать не буду, — заверил я. — Он, конечно, у нас парень могучий и талантливый… но собачьи бои — это точно не про него, — добавил я, улыбнувшись.

Аня облегчённо выдохнула.

— Вова… а если так, — осторожно начала она, — то почему ты мне сразу всё это не сказал? Я бы поняла.

Я покосился на неё, усмехнулся уже открыто.

— Уверена, что поняла бы? — уточнил я. — А вот я так не думаю.

Подмигнул ей, давая понять, что без укола в её адрес не обойдётся.

— На самом деле, Ань, я и собирался всё рассказать тебе на днях. Просто хотел, чтобы сначала были результаты, а не слова, — пояснил я.

Она кивнула, но в следующую секунду заметно вздрогнула. По лицу моей сожительницы прям прошла тень. Видно было, как что-то щёлкнуло у неё в голове. Аня, похоже, вспомнила, что наш последний конфликт был не только из-за её собаки. Цвет лица у неё изменился, взгляд снова стал настороженным.

Я перехватил её взгляд и решил пресечь это на корню.

— Перед тем как ты сейчас что-нибудь скажешь, — произнёс я, — ты можешь хотя бы допустить мысль, что всё может быть не совсем так, как ты себе вообразила? Вот прям по той же схеме, как с тренировками собаки. Сначала картинка в голове одна, эмоции, выводы… а потом оказывается, что реальность чуть сложнее.

Аня замерла, спорить не стала, только прикусила губу и отвела взгляд в сторону, явно переваривая мои слова.

— Пойдём, погуляем Рекса, а заодно я тебе подробно расскажу, чтобы ты поняла по ситуации с Миланой, — предложил я.

Аня замялась, но ненадолго, а потом всё-таки согласилась пойти со мной и поговорить.

Мы вышли из подъезда, я отпустил пса с поводка, чтобы он немножечко побегал.

— Блин, не взяла пакеты, чтобы убрать за ним фекалии, — начала переживать Аня.

— Забыла и забыла, мы уже с ним разработали технику, как прятать мины от посторонних глаз, — улыбнулся я.

Ну а дальше я рассказал девчонке о том, что произошло с моей ученицей. Вернее, всё, что я сейчас говорил, я ей уже рассказывал, просто она не слушала, а предпочла закатить мне истерику.

На этот раз Аня не просто стояла рядом. Она действительно слушала. Не перебивала, не закатывала глаза и не вздыхала демонстративно. Просто шла рядом, периодически поджимая губы и кивая в нужных местах.

Когда я закончил, она выдохнула:

— Печальная ситуация…

Помолчала пару секунд и добавила:

— А что же ты мне сразу не сказал…

Вот опять двадцать пять… про «не сказал сразу».

Однако на этот раз Аня осеклась, будто только сейчас сообразила, что именно говорила. Она виновато опустила взгляд в асфальт.

— Ты же сразу мне всё это и сказал… — растерянно пробормотала она.

Я ничего не ответил.

— Володя… я была не права. Ты всё правильно сделал, что привёл Милану.

Она провела рукой по волосам, тяжело вздохнула.

— Блин… теперь так неудобно перед твоей ученицей. Она ведь наверняка всё слышала… всё, что я про неё наговорила…

Ну хоть осознание пришло — уже неплохо.

Аня чуть сгорбилась, словно ей реально стало стыдно.

— Вот дура… — прошептала она сама себе.

— Я думаю, будет правильным, если ты просто по-человечески скажешь Милане, что ничего не имеешь против того, чтобы она переночевала у нас, — сказал я.

— Ты прав… Обязательно ей так скажу.

Вот теперь Аня действительно поняла, насколько была неправа.

В этот момент Рекс, закончив исследовать кусты и соседние газоны, радостно подбежал обратно. Он выглядел довольным собой, хотя и дрожал весь — всё-таки маленькая собака, а на улице уже морозно.

Мы повернулись к подъезду, собираясь возвращаться обратно, когда я краем глаза заметил автомобиль, медленно вползающий во двор.

Я машинально посмотрел на тачку и узнал её мгновенно.

Это был автомобиль того типа, который вышвырнул мою ученицу на улицу, как мусор. Перепутать его было невозможно — специфическая машина, да и звук выхлопа я тоже запомнил.

Опачки…